Сбежавшая жена босса. Развода не будет!

 
Глава 4
 
Альберт 
– Мне казалось, мы договорились и все решили, сын, – размеренно произносит папа, сложив руки на груди.
Внешне он выглядит спокойным, непоколебимым, но образ этот обманчивый. По едва заметным деталям считываю, что отец на грани ярости. И ехидно подталкиваю его к краю пропасти.
– Ты решил, – подчеркиваю, – а я согласился.
– Вы с Лерочкой с детства знакомы. Она души в тебе не чает. Лучшей жены не найти, – заводит старую пластинку, и я хмыкаю демонстративно.
– Скажи прямо, что лучшей семьи для слияния капиталов не найти, – напоминаю истинную цель этого брака. Выгодного для обеих сторон. – Но теперь сделка отменяется. Кузнецовы еще успеют «перепродать» свою дочь Петровским. А у меня заключен брачный договор не с той Валерией, – пожимаю плечами.
Признаться, меня позабавила сложившаяся ситуация. И девчонка эта с огромными глазами олененка. Необычная, пугливая, но в то же время дерзкая.
– А где сам договор? – спохватывается папа.
– Понятия не имею, – тяну невозмутимо, хотя сам зол не меньше отца.
– То есть документ, согласно которому все ваше совместное имущество в случае развода делится пополам, утерян? – уточняет он.
– Или украден, – озвучиваю наиболее правдоподобный вариант.
– Твоя ненастоящая жена – кто она вообще? Что если у нее ни гроша за душой? Тогда ТВОЕ имущество вы разделите пополам, – с каждым словом глаза отца становятся шире, а сам он за сердце хватается.
Честно говоря, понимаю его. Он шел к своему нынешнему положению долгие годы. Хватался за любое дело, пытаясь из всего извлечь прибыль. В каком только бизнесе не пробовал себя. До сих пор наша семья владеет несколькими разрозненными предприятиями, но лично для меня интерес составляют типографии и издательство, у истоков развития которых стоял и я. Хоть для папы они, скорее, как дополнительный заработок. И ниточка, за которую можно дергать меня. Банально, но именно ради наследства я и согласился на брак с дочерью известного бизнесмена. А теперь все оказалось под угрозой из-за случайной ошибки. Или чьего-то продуманного плана?
– И в печали и в радости, – смеюсь нервно. – Да, эта пигалица при желании легко сможет откусить половину нашего семейного капитала. Поэтому в ближайшее время развода точно не будет. Пока не разорвем контракт.
– Прижмем аферистку, заставим выдать подельников, вернем договор, – зло цедит отец, взмахивая руками. – А потом разведешься.
– Она не знает, где контракт. И подписывала все, не читая. Думала, что с Павликом своим заключает брак, – спорю я и сам удивляюсь, почему защищаю ее. – Трясти надо работников ЗАГСа и твоего «лучшего нотариуса, который все сделает четко», – закатываю глаза, цитируя слова папы. – Все бумаги были заполнены, проверены и подписаны с моей стороны, пока истинная Валерия опаздывала, – раздражаюсь не на шутку. Из-за хронической непунктуальности своей невесты я и попал впросак. – Вопрос в том, кто именно дал "горяченькие" документы не той Кузнецовой. Подозреваемых уже допрашивают.
Прислушиваюсь к скрипу открывающейся двери за спиной – и мгновенно оглядываюсь. Слежу, чтобы жена не сбежала, хотя ей не удастся ускользнуть незамеченной в своем свадебном платье. Да и смелости не хватит.
На секунду бросаю взгляд на двух пьяных девчонок, которые на каблуках ковыляют к выходу. Чьи-то гостьи. Залипаю на одной, миниатюрной, хрупкой, с пышной копной кудряшек.
Зыркаю на закрытый туалет – и возвращаюсь к разговору.
– Да брось. Купился на невинный образ новой жены? – сильнее раздражается отец, устав сдерживаться. – Таких обычно в дело и берут, чтобы легче было мужика соблазнить и отвлечь.
– Перестань, пап, – отмахиваюсь и ухмыляюсь, вспомнив, как Лера меня «соблазняла». – Она точно не при чем. Трясется, боится всего, шуток не понимает, от мужчин шарахается. Куда ей.
В комнате невесты эта девочка испуганным зверьком казалась. А как она отскочила от меня, едва стену не вынесла! И с каким неподдельным страхом восприняла несерьезное предложение родить наследников. Я проверял ее, испытывал, на искренность вывести пытался. Да любая другая посчитала бы за честь стать частью семьи Тумановых. А уж тем более мошенница, которая читала детали договора.
 
Но нет. Мне показалось, что Лера не лжет.
Глупая. Наивная. И честная.
А еще совершенно не умеет целоваться. Однако своей дрожью и неопытностью заводит с полуоборота. Я на секунду даже грешным делом засомневался, а стоит ли торопить развод?
– И все-таки я склоняюсь к тому, чтобы сдать аферистку полиции, – настаивает отец. – А не церемонию проводить.
– Хочешь спровоцировать скандал? Ты лично прессу приглашал. А теперь представь, как теперь выкрутят срыв свадьбы… – криво ухмыляюсь, и отец багровеет от гнева. Он терпеть не может, когда я оказываюсь прав. Нервно дергает галстук, ослабив узел. – Мы доведем дело до конца, выбора нет. Чужие не знают, как выглядит Валерия. Она за границей последние годы жила, и Кузнецов-старший семью свою скрывал от посторонних глаз. А своих заставим промолчать.
– Что ты предлагаешь делать дальше? – все-таки сдается папа. Понимает, что без потерь нам из странной ситуации не выбраться.
– Проведем церемонию, будто мы настоящие влюбленные, – улыбаюсь, потому что совсем не против еще одного "Горько". – Гостей отправим в ресторан. Скажем, что медовый месяц перенесли, билеты поменяли – и вынуждены улететь прямо сейчас, – постукиваю себя пальцем по подбородку, размышляя. – Девочку домой отвезем, поговорим с ней спокойно. Кузнецовым позже позвоним, все равно они не в России, а за границей нас ждут. Может, удастся все решить быстро и без их ведома. А вот истеричку Валерию надо перехватить, – с пренебрежением отзываюсь о своей несостоявшейся жене.
Настоящая Лера красивая, удобная и выгодная, этого не отнять. Отец полностью прав – идеальная партия. Но при этом слишком капризная и избалованная. Воспитывать ее и воспитывать. Переделывать то, что из нее выросло за двадцать пять лет. Лепить под себя. Но сначала разобраться надо с "лишней" Лерой.
– Допустим, – тянет папа, будто одолжение делает. А ведь у самого нет других предложений. Придется следовать моему плану. – Аферистка где? – выплевывает ядовито. И я плечами передергиваю.
– Девочка носик пудрит, – взмахиваю рукой в сторону уборной. Не спешу ярлыки вешать, как отец. Сначала выясним все, а наказать ее и обозвать успеем.
– Одна? – с подозрением прищуривается.
– Конечно, не с охранником же ей в женском туалете быть, – морщусь. Никогда девчонок под дверью не сторожил, но именно эту охране почему-то не решился отдать.
Кто-то толкает меня плечом, холл стремительно заполняется чужими людьми. Судя по настроению и нарядам, это гости следующей церемонии, которая состоится после нашей. Я смотрю на циферблат часов, мрачнею, осознавая, что время на исходе, а после – кошусь на дверь.
– Опаздываем, – бубню под нос недовольно.
– Пойду договорюсь, чтобы нас ждали, – рычит отец недовольно. – Давай поторопи лже-жену!
По пути к залу бракосочетаний он все-таки дает знак охраннику, и тот движется в моем направлении.
– Смешно! За мелкой пигалицей с охраной ходить! – прыснув смехом, легко стучу по деревянной поверхности.
Слышу шум и суматошную возню за дверью. В платье своем неудобном запуталась? Кто только выдумал эти глупости! Я парюсь в костюме, невеста чуть ли не в балетной пачке. Ради чего? Проще было бы расписаться – и забыть. Зачем делать из свадьбы шоу? Тогда бы и путаницы этой не возникло…
Шаги звучат совсем близко, но потом вдруг затихают. Отдаляются, словно девочка забыла что-то.
– Валерия? – зову строго. Хотя бы голос подала и отчиталась, что скоро выйдет. – У тебя есть пять секунд, или я действительно зайду «платье подержать», – угрожаю в шутку, вспоминая, как эта скромница дерзила мне.
Дверь распахивается, едва не прибив меня, но на пороге… не Валерия. Окидываю ее с ног до головы. Совершенно незнакомая девушка. Хотя у меня плохая память на лица, но эта даже не в свадебном платье. Да и высокая слишком.