Алхимики (СИ)
- Готова? - спокойно спросил он, глядя на меня искрящимися от веселья глазами. Или не от веселья? Хм, нет, реально искрит.
- Готова, а что у тебя с глазами? - полюбопытствовала я, подходя ближе.
- Отголоски магии. - ровно ответил он, притягивая меня к себе ближе за талию и проводя горячими губами по мочке уха, вниз по шее и жарко целуя в плечо. Магия? Какая магия? Что такое магия? Где...
Не получив никакого сопротивления в ответ на свои действия, он крепче прижал меня к себе, второй рукой спокойно комкая мою юбку, задирая ее вверх. Горячие пальцы коснулись бедра, нежно лаская чувствительную кожу. Он, словно заклинатель змей, плавно и уверенно подчинял себе мои мысли и чувства. Не было ни единого повода противиться его действиям. Я плавилась в руках самого надежного мужчины во всех мирах. Он не причинит мне вреда, это ясно, как и то, что Солнце встает на востоке и садится на западе. Нежные губы спускались все ниже, заставляя меня выгнуться в его руках, слепо цепляться за сильные плечи, а дыхание рвано вылетать из приоткрытого рта. Он - самое правильное, что со мной происходило за всю эту странную жизнь, полную нелепых событий и всегда неожиданных случайностей. Каждым своим касанием он словно поджигал дорожки из пороха на моем теле. Обжигающе горячие искры разлетались во все стороны, следуя за его губами и каждый раз попадая в бешено бьющееся сердце. Они заставляли его биться еще сильней и быстрей, роем кружились перед глазами, заставляя терять связь с реальностью. Исчезло в этих искрах все, кроме его глаз, где они отражались. Постоянным остались только его руки на моем теле и нежный шепот "родная", эхом разносящийся по всей галактике. Еще немного и я сама рассыплюсь искрами, не выдержав этого спокойного вихря, планомерно снимающего с меня одежду. Если ты остановишься, я просто умру. Эти искры сожгут меня, оставив лишь пепел и гарь.
- Эй, вы там скоро?! - раздался чей-то крик за дверью нашей каюты.
- Нет нас... - шепнула я, щелчком пальцев сровняв стену и ликвидировав то место, куда стучали назойливые люди. - И двери нет.
Харон отстранился, заглядывая мне не в глаза, а в самую душу и улыбнулся так, что у меня с громким звоном сердце разлетелось на осколки, не выдержав чувств. Тихий стон сорвался с губ и был стремительно пойман его губами, выпит до самого дна, словно вино из самой нерушимой зависимости. Он упивался им, словно Дьявол самой чистой из душ, неотвратимо затягивая в себя, заставляя отдать все, что у меня было.
Забирай все, что есть.
Я забираю тебя.
- Харон... - глотая его имя, словно тонущий в океане воду, прошептала я. Я влюблена в этот океан, мне больше не нужен воздух, я хочу утонуть до конца. Опуститься на самое дно, что бы никто и никогда не смог меня найти и вытащить из этих вод. Эта любовь стала моей маленькой смертью, за которой идет золотое бессмертие. Сила изменений во мне заворочалась, перетекая слоем янтарного масла по внешне спокойному океану. Она ощущала, что настоящий шторм бушует под толщей показательно неподвижной воды, круша рифы моей неуверенности в себе, подводные камни, оставшиеся от сомнений, и острые осколки от мечей моего жизненного опыта в отношениях с мужчинами.
Все перестало иметь значение. Этот мужчина принципиально отличается от всего, что со мной раньше было. Он не вписывается ни в одну систему координат, рядом с ним мой компас здравого смысла сходит с ума, превращая стрелку в вертолетные лопасти, уносящие меня в сторону океана, что так обманчиво спокоен. Да, обманчиво. По дну его течет такой поток настоящей лавы, что в нем невозможно не сгореть до тла, чтобы возродиться огненным фениксом, который будет возрождаться каждый раз. Ради него. Харон - та самая сила, что заставляет пепел снова и снова превращаться в пламенную птицу, каждый раз словно впервые чувствующую, что значит жить.
- Настя, мать твою! Это мой линкор! Верни мне мою дверь! - кто-то затарабанил в стену, искренне негодуя из-за порчи казенного барахла.
Я второй раз щелкнула пальцами, материализуя за стеной табличку "Постучи еще раз и получи вместо головы тыкву", и понадеялась, что третьего раза не будет. Но моего предупреждения оказалось достаточно, стук прекратился, а воды моего океана качнулись. Харон подхватил меня на руки, и клянусь жизнью, его терпение подходило к концу. Лишь миг спустя спины коснулось прохладное покрывало постели. Когда я успела остаться без одежды? Я не знаю. Широко распахнутыми глазами я смотрела, как мой Владыка отстраняется, и пыталась унять срывающееся дыхание.
Продолжая удерживать мой взгляд, он стал спокойно расстегивать пуговицы на черной рубашке. Тонкие пальцы издевательски медленно скользили по измятой моими руками ткани, вынимая стальные шарики с таким видом, что не оставалось сомнений - именно так, уверенно и спокойно, он вытаскивает гвозди из моего заколоченного наглухо ящика с терпением. Именно это было в его взгляде среди водоворота нежности, и его ласковая улыбка только подтверждала это.
Что ты делаешь, Харон? Со мной. С нами. С этой хлоровой рубашкой.
Он рассмеялся, глядя, как я нетерпеливо ерзаю на постели. Исчез на миг, что бы тут же появиться полностью обнаженным, нависая надо мной. Я никогда не забуду взгляд этих карих глаз. Он требовал, приказывал, говорил отдать ему душу. Здесь и сейчас, всю без остатка, сулил равноценный обмен. И я поверила.
Я всегда ему верила.
В мире нет ничего более идеально совместимого, чем я и он. Мы оба в этом убедились сегодня. Сейчас. Это была настоящая алхимия. Та, что смешивает две души, рождая целый мир. У каждого свое золото. Для меня Философским камнем стал он - Харон, Владыка Познания, контрабандист и бывший регент целой галактики.
В этот день на линкоре "Хозяин душ" соединилась не одна пара в древнейшем признании любви. А работа... Она будет завтра. Завтра мы приступим к созданию щита, который позволит нам подойти к врагу на достаточно близкое для удара расстояние. Удара, который станет последним.
Последним.
***
На утро мы все собрались в пищеблоке за завтраком. Не смотря на волшебную ночь на кануне, сегодня все были максимально собраны и серьезны. Даже дети были тихи, ожидая, когда мы с ними приступим к колдовству алхимии. Да, сегодня мне понадобится их помощь.
- Эля, - обратилась я к нашему главному артефактору, - пока мы приготовим составы для первого этапа закалки металлов, тебе надо будет отмерить точное количество ингредиентов. Тех, о которых мы говорили вчера. Нельзя ошибиться даже на сотую долю грамма, так что работа предстоит ювелирная.
- Не переживай. - улыбнулась она мне, весело блеснув зелеными глазами. - На Земле я работала ювелиром.
- О! Тогда я спокойна. - улыбнулась я в ответ. А допив чай, который заварила Лия, и за который я могла бы ей продать душу, если бы она уже не была отдана вся до последнего клочка моему молчаливому брюнету, встала из-за стола. - Ну что? Приступим?
- Да! - радостно захлопали в ладоши дети, вскакивая с мест и подбегая ко мне.
Принеся из каюты все необходимые реактивы, мы с детьми приступили к колдовству. Разместив на широком белом столе четыре зажженные спиртовки, поставили на них греться колбы с тотемными ингредиентами. Как я уже говорила, в бронзу мы добавим прокаленный заговоренный песок, в серебро зелье из фиалок и кувшинок, в платину магически сжиженный озон, который еще и довести до кипения придется, как обычную воду, а в золото замершую искру, которая образуется над раскаленным оловом после произнесения заклинания. Если бы не магия, то это ни за что бы не получилось осуществить. Хотя бы потому, что озон - газ, и кипятить его - это что-то за гранью фантастики.
Пока над огнем нагревались четыре зелья, я стала выписывать из дедушкиной книги нужные нам заклинания, еще раз сверяясь со списком. В моем деле лучше перепроверить, чем положиться на авось. Не смотря ни на что алхимия, как и химия - наука точная. А значит требует предельной внимательности и строгости соблюдения рецептуры и следованию расчетам.