Абордаж (ЛП)

— Что за игру она затеяла? — он сжал пальцы в кулаки. — Неужели так и не перестала быть столь упрямой и такой вздорной?
— Нет, — Сара грустно улыбнулась. — В тот день, когда она этому научится, это будет уже не наша Кэмми.
— Пока мы продолжаем бороться с киборгами-террористами и их пособниками, нам нужно сохранять бдительность, — бормотал император Шуй. — Мы должны быть бдительны, чтобы не впустить врага в нашу среду. Среди нас есть те, кто жаждут власти и готовы пойти на все, чтобы получить ее. Некоторые хотят устроить анархию, потрясти общество, что позволит им поставить крест на всем, что мы считаем правильным, нравственным и справедливым. А еще, — со вздохом произнес, — есть те, кто стал жертвой манипуляций.
Когда Шуй взглянул в сторону Камилы, у Миско перехватило дыхание. Камила стояла на трибуне, стараясь не выражать эмоций, не понимая, что ей грозит смертельная опасность.
— Те, кто был развращен ложью и психологической тактикой киборгов, — продолжал Шуй, — представляют для нас наибольшую опасность. Те, кто воспылал глубокими чувствами, кто отчаянно хочет помочь нуждающимся. Киборги это знают и будут выбирать среди нас самых слабых, чтобы добиться своего.
За трибуной вспыхнул экран, на котором отобразилось изображение большой императорской печати. Камила обернулась, а затем изображение дважды моргнуло. Ее взгляд переместился в сторону, сканируя толпу в поисках конкретного человека.
— Это кабинет нашего отца, — пояснила Сара, не отрывая глаз от экрана.
— Мне больно раскрывать предательство в собственной семье, — с притворной грустью произнес император Шуй. — Когда вчера вечером мне сообщили о том, что факты похищения Камилы Велдерс оказались другими. я отказывался в это верить. Ранее я привел ее к себе, чтобы поговорить наедине, открыто и честно. — Его притворная грусть стала почти комичной. Он снова взглянул на Камилу, и она напряглась, в широко распахнувшихся глазах появилась паника, а затем она яростно прищурилась. — Даже получив шанс признаться и оказаться прощеной, она предпочла солгать.
Позади императора появились кадры, но Камила не сводила с него гневного взгляда. На экране Камила сидела с бокалом вина в руке, поджав колени.
— Я помогла киборгам сбежать. Убедила Джантуса и команду, что меня удерживают против воли, посадила их в шаттл и позволила Мису — киборгам — снова схватить меня. Когда экипаж вылетел, я помогла захватчикам найти безопасное место.
— Зачем? Ты предала свою семью? Свою планету? Императора?
— Он показал мне правду.
— Он? — отец нахмурился. — Ты сделала это из-за мужчины? Из-за киборга?
Ксавьер Велдерс выругался и вскочил на ноги. Рассерженно направился к барной стойке и наполнил стакан, выпил и прошипел сквозь зубы.
— Ты глупая, избалованная соплячка! Идиотка! Как ты могла позволить преступнику одурачить себя? Чудовищу, желающему смерти тебе и всем остальным на этой планете? Мы с сестрой не станем платить за твою глупость. Ты нарушила закон. И должна быть осуждена!
На сцене Камила, казалось, была поражена словами, прозвучавшими из уст ее отца. Сара вмешалась и пояснила:
— Это изменили. Одна из лучших подделок, которые я когда-либо видела, но они забыли стереть из метаданных весь код.
На пресс-конференции царил хаос: представители СМИ рвались вперед и требовали ответов. Император продолжал демонстрировать притворную грусть, жестом приказав вооруженным охранникам увести Камилу со сцены. Она пришла в ярость, скрежетала зубами, пиналась, била и царапалась. Выкрикивала проклятия в адрес императора и своего отца, клялась, что однажды убьет их обоих.
Поначалу Миско гордился ею за то, что она отказывается идти молча, но, когда стражники повалили ее на землю и заставили подчиниться, молча умолял прекратить борьбу. К тому времени, на лодыжках и запястьях девушки защелкнулись наручники, из нижней губы пошла кровь, а неприятный рубец расцвел на щеке. Он беспомощно наблюдал, как ее утаскивают, а на экране появились помехи.
— Она жива? — спросил он, боясь услышать ответ.
 
— Насколько мне известно, да.
Он повернулся к Саре.
— Насколько тебе известно? Что это значит?
— Это значит, что я жду новостей от своего связного с Кирса.
— Ты веришь этому связному?
— Могу доверить свою жизнь, — без колебаний ответила она.
— Куда они могли отвезти ее? — мозг Миско переключился мгновенно на спасательную операцию.
— По словам моего контакта, Кэмми отвезли в ИУН.
Миско покачал головой.
— Это военная тюрьма? Или гражданская?
— Это не тюрьма. Институт для умственно-неуравновешенных. Утверждается, что это государственная психушка, где душевнобольным оказывают современную помощь.
— А на самом деле? — неохотно спросил он.
— Это адская дыра, где правительственные ученые проводят крайне неэтичные и незаконные медицинские эксперименты. — Сара отвела взгляд, словно погрузившись в воспоминания. — Наша мать перед смертью пыталась добиться ее закрытия.
Он чувствовал, что в этой истории было что-то еще, но прямо сейчас ему было все равно. Скованный ледяным страхом, он спросил:
— Какой самый быстрый корабль на этой базе?
— У нас нет ни одного. способного добраться туда вовремя.
Он бросился к столу и шлепал по поверхности, пока не обнаружил навигационные карты.
— Если мы найдем вблизи транспорт с гипердвигателем, то сможем его угнать. Мы с командой киборгов сможем добраться до Кирса за пару часов, а не дней. — Его тактический ум перебирал все возможные варианты успешной миссии. — Спасательная операция…
— Будет самоубийством, — сказала Сара, схватив его за запястье. Она заставила его посмотреть на нее, не давая изучать навигационные карты. — Это самоубийственная миссия, Миско. Я не могу позволить вам покинуть эту базу, если уверенность в провале стопроцентная. В лучшем случае, ты и твои киборги погибнете. В худшем — тебя поймают, перезагрузят и эскадроны смерти от Шуи доберутся к моим дверям.
— Твою сестру держат в заточении из кошмаров, — прорычал он, теряя самообладание. — Я не оставлю ее на растерзание! Если ты попытаешься меня остановить…
— Да? — Сара выжидательно изогнула брови. — Что? Убьешь меня?
— Да, — честно ответил он. — Ради спасения Камилы? Я убью любого, кто встанет у меня на пути.
Сара даже не моргнула. Она была полностью ошеломлена его ответом. Наконец, кивнула.
— Хорошо.
Удивленный ее неожиданным ответом, он спросил.
— Что?
— Кэмми заслуживает того, чтобы ее любил и защищал мужчина, готовый ради нее убить. Теперь я знаю, что ты и есть этот мужчина.
Смущенный, он покачал головой.
— Я не…
— Спасение Кэмми уже разработано, — перебила Сара. — У моего связного есть команда, с которой они работают над подобными вещами. Они заберут ее, как только смогут.
— Сколько уйдет времени?
— Возможно, несколько часов, — неуверенно сказала она.
— Или?
— Или несколько дней, — она избегала его взгляда. — Или недель.
— Недель! — Он не мог смириться с мыслью, что придется так долго ждать. С тошнотворным чувством от мысли об ожидании он спросил:
— Как давно Камила под стражей?
— Тридцать восемь часов, — тихо ответила Сара. По ее напряженному голосу было понятно, что она подозревает, что Камила уже сильно пострадала. — Учитывая задержку между этим местом и Кирсом… — замялась она. — К моменту, когда мы получили сообщение от моего связного и расшифровали его и запись, Камила уже находилась под стражей.
Миско ухватился за край стола с данными и плотно закрыл глаза. Сжал челюсти, когда в голове промелькнули ужасающие образы применяемых пыток.
— Однажды, около десяти лет назад, я попал в плен во время неудачной миссии на одной из дальних планет, которые по распоряжению Шуя мы должны были исследовать на возможность колонизации, — Он не знал, зачем это рассказывает ей, но не мог смолчать, слова лились с его уст. — Наш разведывательный корабль потерпел крушение, и единственные разумные обитатели планеты вытащили нас из-под обломков. Это были странные, похожие на земноводных, гуманоиды — гибриды с огромными, водянистыми глазами и покрывавшей их пеструю кожу слизью, которая обжигала, словно кислота.