S-T-I-K-S. Сварной (СИ)
— Даю слово честного рейдера, что не буду пытаться сбегать от тебя, а также буду прикладывать все усилия по нашему возвращению в Институт!
— Классная клятва! А можно ли в Улье, верить честному рейдеру?
— Подкалываешь? Тогда слушай — в Улье можно верить на слово честному рейдеру, но не всегда — слову институтского!
Карабас резко остановился. Его лицо моментально побагровело, заиграли желваки, глаза прикрыла пелена ярости.
— Знаешь что?! — рявкнул майор. — Меня и моих бойцов, в Улье спас именно Институт! И я вечно обязан ему! Поэтому, когда кто-то оскорбляет Институт — он оскорбляет меня лично! А меня — лучше не оскорблять! Понял?!
— Понял-понял, — закивал Сварной, а у самого мелькнула мысль: «Может и правда стоит завалить этого самодура? А потом попытаться добраться до Солнечного?»
— И это… Отдай мне автомат.
— Зачем?
— Ты сейчас так посмотрел, что у меня даже мурашки по коже поползли.
— Просто не люблю, когда на меня орут, — усмехнулся рейдер, протягивая АКМС, а сам подумал: «С моими дарами, и автомат-то не нужен!»
Язык чесался, чтобы сказать эту фразу, но пришлось через силу сдержаться, чтобы не обострять ситуацию. Далее шли молча. Лишь километра через два, институтский, не говоря ни слова, вернул оружие. Шагать с тремя автоматами, да ещё с АПС на поясе и другой амуницией — не очень-то легко.
Несмотря на конфликт, Сварной внимательно следил за обстановкой вокруг и надеялся на свои дары. Периодически закрывая глаза, проверял, не подкрадывается ли какой-нибудь враг под скрытом.
Убивать Карабаса и в одиночку искать путь в Солнечный, рейдер, конечно же не планировал. Ведь он обещал Ларисе, что не бросит её. А слово честного рейдера, в Улье что-то значит.
Третий кластер от берега с горящим «Дюксом», встретил попутчиков просёлочной дорогой и тянущейся вдоль неё абрикосовой посадкой. Не сговариваясь, мужчины поспешили к низким плодовым деревьям. Наевшись сочных и ароматных плодов, молча двинулись дальше, согласно маршруту в планшете майора.
Наконец дорога вывела к хутору из нескольких хозяйств. Карабас взялся за бинокль. Судя по выбитым окнам и дверям строений, а также большого количества выбеленных ветром и светилом костей домашних животных и людей, перезагрузка произошла здесь давно.
— Проскакиваем эту местность и прём до следующего кластера, — наконец заговорил институтский.
— Далеко до Эльдорадо? — спросил Сварной.
— До вечера должны добраться.
С автоматами наизготовку, попутчики осторожно пересекали хутор, когда с надсадным рёвом двигателя, в него въехал коричневый УАЗ-469 с широкой зелёной полосой на борту и надписью: «Лесоохрана».
Глава 16
Присев у полуразваленного каменного забора, Карабас и Сварной принялись наблюдать за автомобилем. Тот остановился метрах в пятнадцати от них. Со скрипом открылась водительская дверца. УАЗ закачался, когда из-за руля, с тяжёлым сопением выбрался грузный и высокорослый мужчина в охотничьем камуфляже. Несмотря на свой рост, он явно имел лишние килограммы. Даже удивительно, как он помещался в таком спартанском транспорте. Оглядевшись вокруг себя, мужчина громко пробасил:
— Ну и куда я попал?!
— А куда ты планировал? — поднимаясь с автоматом наперевес, проговорил майор.
— В Михайловку! — ответил водитель и с удивлением добавил: — А вы кто? Военные?
— Ага. А ты? Лесник, что ли?
— Старший инспектор лесоохраны — Семёнов!
— Давай-ка, инспектор, я тебя на радиацию проверю. Сварной! Следи за обстановкой!
Институтский приблизился к мужчине. Вынув «подкову», попытался надеть ему на запястье. Из-за полноты руки — получилось с трудом. Через секунду, артефакт подсветился оранжевым светом. «Не повезло мужику…» — вздохнул про себя рейдер.
— Ну что? — спросил инспектор, с опаской поглядывая на «подкову». — Много я нахватал рентген?
— Практически норма! — широко улыбнулся Карабас, снимая артефакт. — О, кажется, самолёт!
Едва Семёнов задрал голову, как майор молниеносно выхватил нож. Полоснул мужчину по горлу, тут же отскочил. Вскинув руки, инспектор зажал обеими ладонями рану, из которой фонтаном забила кровь. С недоумением и болью глядя на своего убийцу, он сделал два шага к нему. Открывая рот, силился что-то сказать, но вместо слов, раздавались лишь булькающие звуки. Быстро теряя кровь, несчастный зашатался и во весь рост рухнул на дорогу. Глядя, как он в агонии сучит ногами, Сварной произнёс с укоризной:
— Можно было бы просто застрелить с «эмпэшки!» Да и не скоро бы он обратился!
— Ещё патроны тратить! — фыркнул Карабас. — А ты что, крови никогда не видел? Кисейная барышня! А насчёт нескорого обращения… Нам что, ехать с ним в машине и ежесекундно ждать, пока он неожиданно решит нами закусить? Хватит страдать, давай УАЗ проверим.
— Да не страдаю я! Просто никак не привыкну к твоим мясницким замашкам.
— Я же морпех! А не какой-то там рейдер…
В салоне автомобиля нашлись: термос с чаем, пакет с бутербродами, зачехлённый карабин Мосина и пять снаряжённых обойм к нему. Кроме этого, майор снял с трупа массивный охотничий нож. С бензином, оказалось не очень нормально. Один бак пустой, во втором — примерно половина.
— Ничего! — оптимистично сказал Карабас. — Насколько хватит. Так, я сажусь за руль, а ты держи автомат наизготовку, да и про дары не забывай. Погнали!
Покинув кластер-хутор, УАЗ подпрыгнул на его стыке с другим. Грунтовка превратилась в асфальтированную дорогу отличного качества. Майор гнал автомобиль на большой скорости, при этом его голова постоянно крутилась то влево, то вправо. Сварной также внимательно следил за обстановкой, иногда закрывая глаза.
Впереди показался стоящий легковой автомобиль. Карабас молча протянул пассажиру бинокль. Вскинув оптику, тот вскоре доложил:
— Жигули-«девятка». ДПС. Рядом инспектор, капитан. С виду нормальный, палочкой крутит.
— Сейчас мы его нормальность проверим, — усмехнулся институтский. — А заодно бензинчика одолжим.
При приближении УАЗа, «дэпээсник» вышел на дорогу и требовательно взмахнул жезлом. Включив поворотники, Карабас свернул к обочине. Капитан неспешно двинулся к автомобилю. Толстый, в огромным выпирающим животом, лоснящимся лицом и почти спрятанными в щеках глазами, представитель закона явно не дружил со спортом. Да и положенный ежегодный спортивный норматив, он вряд ли проходил. А если и проходил, то скорее всего за деньги.
— А где Семёнов? — удивлённо спросил капитан, вместо того, чтобы представиться.
— Погиб, — хмуро ответил майор.
— Как, погиб? А вы кто такие?
— Морская пехота! Не видишь, что ли?
— Что вы тут делаете?! И почему у вас машина лесника?
Карабас открыл дверь. Выбравшись из УАЗа, уже с АПС в руке, наставил оружие на инспектора:
— Конечности в гору!
Моментально побледнев, капитан послушно вскинул руки. Институтский не стал проверять его иммунность. Прозвучал выстрел и, получив пулю в лоб, «дэпээсник» рухнул на дорогу.
В этот раз, рейдер не стал читать Карабасу нотаций. Он понял, что это бесполезно. Выбравшись из автомобиля, принялся снимать с убитого портупею с открытой кобурой, из которой торчала рукоятка ПМ.
— Зачем он тебе? — буркнул майор.
— У меня же пистолета нет, — ответил Сварной.
— Давай быстрее, нам ещё бензин сливать.
— Может, пересядем на «девятку»? Побыстрее нашего тарантаса будет.
— Нет. Мало ли, по каким дебрям придётся скакать…
В багажнике УАЗа нашёлся шланг-груша. Из подходящей под бензин тары — ведро с грибами. Без сожаления, институтский высыпал их на обочину. Слив топливо с «Жигулей», путешественники тронулись дальше.
Согласно своему маршруту, Карабас свернул с трассы через два километра. Далее путь лежал через частые перелески, вдоль берёзовых посадок, мимо развалин скотофермы. Именно с неё, к автомобилю бросились несколько бегунов и лотерейщик. Сварной не стал тратить патроны, а просто при приближении тварей, сжимал им «аккумуляторы».