В плену Хранителя (СИ)

— Я рад тебя видеть, — он оторвался от книги и отложил блестящее перо.
Хранитель поднялся, а я напряглась, будто ко мне приближался свирепый тигр. Но тигр взял меня за руку, заводя в кабинет, отодвинул стул, предлагая сесть и вернулся на свое место. От него исходили спокойствие и мягкость, благодаря которым я могла спокойно дышать, а не трястись, как это обычно бывало во время наших встреч.
— Ты пишешь? — я заглянула в раскрытые страницы, удивленная, что этот манускрипт не книга.
— Почему тебя это удивляет?
— Сейчас мало кто пишет от руки.
— Это летопись. Я охраняю не только подступы к Земле. Ее историю тоже. На этой странице, — он провел ладонью по бархатистым листам, и на меня пахнуло ароматом черного чая и кедра, — события последнего десятилетия.
— А про меня там есть? — честно, я и не думала, что являюсь настолько выдающейся личностью, оставившей след в истории, просто хотела пошутить. И Хранитель улыбнулся мне в ответ, а после, бережно закрыл манускрипт, перекладывая его на подъехавший столик.
— Есть. Проникновение женщины на территорию Храма Звезд слишком редкое событие. И важное…
Его голос обволакивал бархатным звучанием, расслаблял, и глаза невольно прикрывались от удовольствия. Тем не менее, мне удалось взять себя в руки и не питать глупых иллюзий о своей ценности. Мужчины и не такого наговорить умеют.
— Ты пишешь, музицируешь, готовишь. Фотографии, сделанные тобой, видел весь мир. А я уперлась в археологию. И даже забыла, как читаются ноты.
— Мерийцы живут долго. Увлечения меняются одно за другим, но навык остается. Не вини себя в том, что помимо истории ты ничем не интересуешься.
— Даже погрузившись с головой в историю, я так и не узнала правды.
— Какую правду ты хочешь знать? — он взял перо, убирая его в отверстие внутри стола, а после коснулся светящейся сферы, и та стала тускло мерцать глубоким изумрудным светом.
— Я хочу знать, зачем ты устроил все так, чтобы я оказалась здесь. Обманом ты заманил меня на эту территорию. Зная, что не откажусь, что не смогу устоять перед таким соблазном. Почему Нита зовет меня Хари? Что это значит?
Я говорила спокойно, стараясь держать в себе прорывающееся возмущение, а он с интересом рассматривал меня, откинувшись на спинку кресла. По взгляду я не могла понять, что испытывает Рэй, но очень надеялась, что он согласится и откроет мне хотя бы одну тайну.
— Пожалуйста, я устала теряться в догадках. Это изматывает меня.
Моя слабость была противна самой себе, но, я отчаянно надеялась, что Хранителю это нравилось. Сейчас было главным не сорваться, и не пуститься в разнос.
— Не лги мне, Фален, — выдохнул он, потирая переносицу, — я прекрасно чувствую все, что творится внутри тебя. Ты сдерживаешься, чтобы не наброситься на меня с кулаками, требуя правды.
Я хлопала глазами, готовая зареветь. От уверенности, что все пойдет по-моему, и следа не осталось. Меня раскусили.
— Ты забыла, что я считываю твои эмоции, а они говорят лучше слов. К тому же, ты пришла сюда не за этим, Малена.
Он неторопливо поднялся и, обойдя стол, стал сбоку от меня.
— Скажи правду, — рука коснулась моих волос, убирая их с плеча.
Пальцы легко порхнули по коже над ключицей и грубым ожерельем легли на шею сзади. Наслаждение холодком пронеслось по позвоночнику, вихрем расходясь к конечностям. Меня неестественно выгнуло в спине, открывая горло, шею. Его пальцы жестко сжали волосы на затылке, оттягивая вниз, и я разомкнула губы, едва сдерживая хриплый стон.
— Правду, Фален, — стоя передо мной, он казался нереально высоким, но эта мощь не пугала. Возбуждала. Ведь передо мной стоял полубог, не меньше.
Его ширинка располагалась как раз напротив моего лица, и представив, что я могла бы видеть перед собой, окажись он без одежды, бедра непроизвольно сжались.
Рэй, будто читая мои мысли, погладил нижнюю губу большим пальцем, и толкнулся в рот, заставляя принять его полностью. И как только мои губы сжались, Хранитель прикрыл глаза, задержав дыхание.
Не успела понять, как я подлетела и оказалась сидящей на его столе. Он раздвинул мои бедра, устраиваясь между ними, и стал так близко, что низом живота я почувствовала его эрекцию.
 
Поддавшись инстинкту, я двинулась вперед, чтобы наш контакт стал плотнее, и он, подхватив меня под ягодицы, сам вжал в себя. Я хваталась за него, пытаясь ощутить опору, потому что все пространство вокруг меня кружилось и полыхало.
Он держал мое лицо, целуя, лаская языком, посасывал мочку уха, а я хватала ртом воздух, и зарывалась в густые жесткие волосы, думая только об одном: как мне хорошо. Но внезапно волна удовольствия схлынула, оставляя меня наедине с неудовлетворенностью и холодом, противно обдающим кожу после горячих прикосновений.
— Зачем ты пришла? — рявкнул Рэй, стоя в метре от меня. Он смотрел строго, будто ненавидел, и я растерянно водила глазами, не понимая, почему он так резко бросил меня.
Случайно я увидела свое отражение в забрале зеркального шлема, лежащего рядом. Растрепанные волосы, красные щеки, поволока в глазах делали меня какой-то беспомощной и жалкой. Я поспешила сдвинуть ноги, и елозя по столу, спустилась на пол.
— Извини… — промямлила, тряхнув головой, чтобы спрятать свой стыд за волосами.
— Я не отпускал! — он перехватил меня сзади, одной рукой обвивая грудь, другой горло, — я спросил, зачем ты пришла?
От его дыхания прямо на ухо, меня начинало трясти, и я совершенно не понимала, чего он хочет.
— Честный ответ. Давай же… — его голос тек мурашками по коже, от чего возбужденные соски приподняли ткань.
А я и сама не знала правды. Зачем я пришла? Поговорить о моей дальнейшей судьбе? Узнать, почему он несколько дней не приходит?
— Соскучилась… — шепнула я на выдохе и зажмурилась, ожидая что случится что-то страшное.
— Знаю, Фален. Чувствую…
Платье с треском слетает вниз, обжигая плечи. Проводя широкими ладонями по обнаженной спине, он садится позади меня. Его руки сжимают талию, оставляя белые отпечатки на коже, а после, подцепив резинку трусов, медленно, будто дразня, тянут их вниз.
— Нет, — хныкаю я, чувствуя, что теряю контроль над собой, — пожалуйста…
Он легко касается кожи в том месте, где бедра переходят в талию, и слегка прикусывает. От удовольствия, прострелившего насквозь все мое тело, голова кружится, и я хватаюсь за его плечи, чтобы не упасть.
Закончив с бельем, он поглаживает мои ноги, сжимая то до боли, то едва-едва, а его язык тем временем выводит узоры на пояснице, скользя к ложбинке. Между ног уже очень горячо и влажно. Я непроизвольно пытаюсь сжать их крепче, но сил почти нет, а легкие покусывания лишают последних. Никогда не думала, что удовольствие от прикосновений может быть настолько глубоким и сильным.
Думать о том, с какой легкостью я отдаю себя незнакомому мужчине, опасному существу с чужой планеты, не хочется, и я беспечно гоню от себя все эти мысли, открываясь новым ощущениям.
Рэй поднимается, берет меня за руку, и ведет за собой ко столу. Подхватив под бедра, усаживает, снова встает между ног, и давит рукой на грудь, заставляя лечь. Спину холодит гладкая поверхность стола, а между ног полыхает.
Его ладони ползут по животу вверх и обхватывают груди снизу. Сводят их, и он ныряет языком в образовавшуюся ложбинку, пока его пальцы выкручивают соски.
С трудом отрываясь, он бросает последний взгляд на грудь, и одна рука ползет к затылку, чтобы подтянуть меня для поцелуя, а вторая (о боже!) ложится на лобок, средним пальцем раздвигает губы.
Его язык свободно и нагло ввинчивается в рот, в то время как палец скользит по мокрым складкам, задевает клитор. Я вздрагиваю, а Рэй хрипло, довольно хмыкнув проникает глубже.
Пока палец отыскивает чувствительные точки внутри меня, подушечка ладони мягко растирает снаружи. Мне нравятся его длинные пальцы, нравится его настойчивость, я теку еще сильнее, и он растирает эту влагу ладонью.