Ключи мира (СИ)

Зверь потушил огонь и одновременно заморозил камень, покрыв его льдом. И сразу напал.
Опыт и интуиция спасли шамана. Очнувшись от скрежета когтей по льду, он не растерялся и мгновенно атаковал тёмной силой. К сожалению, из-за скорости пострадала точность, и магия задела волка по касательной. Зверь разозлился ещё больше и попытался задушить врага, откачав воздух вокруг.
Маг ответил анималистикой, стараясь сломить волю и подчинить себе животное.
  
Но волк не был молодым и неопытным, поэтому практически не подействовало.
Мужчина же смог воспользоваться моментом и отступить вглубь пещеры, но не более того. Гнев его нарастал. Шаман понимал, что не сможет выбраться, но сдаваться просто так и смиренно принять свою судьбу не собирался.
Темнота, холод и подступающий зверь вынудили решиться на последний удар.
С незапамятных времён жило предание, что в миг перед смертью возможно победить какую угодно силу. Не в смертельной опасности, а когда гибель неизбежна. Отдать все силы, как жизненные, так и магические. Вложить в последний удар, который унесёт обе жизни.
Доступно это было не всем. Должно было сойтись несколько факторов. Во-первых, маг должен понимать и, что главное, принимать близость конца. Чётко осознавать, что иного выхода нет. А такое могли единицы. Всегда ведь остаётся надежда, что случится чудо. Во-вторых, это была месть в чистом виде. Не самопожертвование, потому что погибало всё вокруг, а жажда даже в таком моменте одержать победу. Стремление победить, в общем.
В-третьих, нужна была смелость. Вычерпать источник страшно. Как и отдать жизнь, ведь все инстинкты вопят об обратном. Смелость на грани безумия. Непоколебимая и неудержимая.
Потом, нужно было быть опытным магом. Ранг неважен, главное — чувствовать свой дар, чтобы идти до конца.
Ну и последнее. По преданию, сотворивший подобное маг растворялся в мироздании. Исчезал навечно, отдавая всю силу и жизнь. Никакого призрачного существования, других миров, куда уходили духи и прочего. Такой исход мог сломить самых отчаянных.
Но шаман был не из таких. Несмотря на ярость, решение он принял хладнокровно и взвешенно. Ему мысль, что себя нужно отдать миру, даже понравилась. Лучше так, чем пропасть в пещере безызвестно и бесславно.
Он усмехнулся в раскрытую клыкастую пасть зверя и выпустил силу.
Предание ошибалось. Не пропал древний маг. Часть его осталась в месте силы. Отголосок души и память.
Воспоминания откатывались назад с нарастающей скоростью. Перед глазами мелькали какие-то места и люди. Рождение сына, первые шаги дочери, богатый урожай, спасённые жизни, загубленные… Радости, горе, победы, потери. Каждый день жизни наполнен эмоциями и событиями. И их концентрат обрушился на меня.
Не сразу удалось замедлить и отбросить лишнее. Это как навязчивая мысль, которую ты настрого себе велел не думать, но не тут-то было. Именно она и занимает собой всё.
Но мне удалось сконцентрироваться на промелькнувшей картинке.
Камень!
Тот самый, где шаман высек послание в далёкое будущее.
Бег времени замедлился, и я увидел, как был создан шифр.
Погода стояла чудесная. Разгар лета, всё утопало в зелени, солнце нагревало воздух, и тот лениво обволакивал жарой. Мужчина трудился в тени пышной ели, а рядом крутился мальчишка, сын.
Работа с камнем, если ты не маг земли, весьма затратное занятие. Выбивать буквы непросто. Особенно когда инструмент постоянно тупится, а затачивать его нужно тоже в древних условиях.
Хорошо быть универсалом, в общем. Шаман был тёмным анималистом, поэтому в этой задаче магия ему помочь не могла. А других он привлекать не хотел.
— Что ты делаешь? — спросил ребёнок, которому надоело собирать шишки и играть с ними.
— Спасаю людей, — ответил шаман и добавил с обидой: — Пусть им это и не нужно.
К нему пришло виде́ние. Во время одного из ритуалов в святилище мужчина увидел будущее его народа. Очень и очень далёкое, но тем не менее оно испугало. Что не могут люди вечно пребывать в двух мирах. Нужно выбрать один, иначе всех ждёт гибель.
Рассказанное было принято скептически. Мол, для таких важных сообщений от духов есть старейшина. Абы кому подобные новости не сообщают. Не поверили и высмеяли. Шаман тогда ещё молод был и такого уважения, как добился к старости, не имел.
Обиду он при этом затаил до самого своего ухода. Не простил недоверия, поэтому и зашифровал послание. Поступок не самый разумный, но уж как есть.
В качестве ключа к шифру шаман выбрал строку, вырезанную над порогом святилища. Пары букв там не хватало из всего алфавита, но достаточно, чтобы разгадать при желании. Эту фразу он и высек первой. Довольно банально, но всё же без ключа тяжело было бы.
Мне ключ уже не требовался. Я воочию видел, что пишет маг. Это врезалось в его память, это он злобно бормотал, пока долбил камень.
— Всем придётся принести жертву. Всем придётся сделать выбор.
Увы, инструкцией для хождения между мирами это не было.
Шаман просто был уверен в том, что придёт тот, кто разберётся. Удобно, конечно… Но в этом должны помочь все беспутцы. Единогласное решение народа должно было спасти их под предводительством того самого «достойного». Вероятно того, кто сможет прочитать текст.
Я вынырнул из воды и шумно вздохнул. Лёгкие обожгло от долгого задерживания дыхания. Ледяную воду я уже не ощущал.
— Удачно ли прошло путешествие ваше? — участливо поинтересовался джинн, стоящий на берегу.
— Любопытно, — только и смог ответить я.
Вывести своих людей я могу. Но лишь при участии всех беспутцев, получается. Предсказания, видения и прочее всегда было неоднозначно и неконкретно, поэтому многое приходилось додумывать. Но вроде из воспоминаний шамана выходило так.
Все должны собраться, единодушно решить, провести ритуал и, дружно взявшись за руки, уйти в новую жизнь. Точнее, в один из миров.
Сколько осталось до рокового момента, когда это в принципе станет невозможно, я не очень понял. Звёзды там как-то должны сойтись, что укажет на дату. Карту эту я запомнил на всякий случай, но нужна консультация с астрономом.
— Опасно вам ходить между миров пока что, — поучительно пропел Хакан, глядя на меня с осуждением.
— Никуда я не ходил, — я выбрался на землю и быстро высушил себя огненной стихией.
— Уходили вы, — уверенно заявил джинн.
Вот как? Я расспросил его об ощущениях, и по всему выходило, что я словно был в другом мире. Интересно, а может память живёт где-то ещё? А сам хранитель, чем бы он ни являлся, просто дверь в тот мир?
Теория любопытная, но мне пока что хотелось не изучать её, а хорошенько отоспаться. Заодно и переварить всё узнанное. Магические затраты требовали восполнения, а лучше сна в этом случае ничего не было. Сна и еды.
Визит в Великую пустыню я отложил до завтра.
Стоило разузнать у духа джинна про Ходящих, пусть теперь мне казалось это несущественным. На тот случай, если беспутцы будут тянуть или не согласятся, должен быть другой план.
Хакан отправился в свой мир, а я поехал в особняк.
Боялся, что перебужу всех прибытием, но в доме никто не проснулся. Припарковал «аспида», прогулялся по саду и с огромным удовольствием растянулся в своей кровати. Меня тут же облепили коты, замурчали, и я вырубился.
* * *
Когда меня разбудил звонок, мне снилось что-то важное. Мысли складывались воедино, и именно в тот момент, когда всё начало сходиться, раздался этот назойливый звук.
Я одним глазом взглянул на номер — Баталов.
Глава тайной канцелярии не спал всю ночь. Собирал для меня данные и, как только позволили правила приличий, позвонил мне. Как по мне, правила всё ещё не позволяли, но от новости я всё равно проснулся.
  
Документы он отыскал секретные, некоторые очень ветхие и требовали особых условий хранения. Поэтому изучать их я мог лишь в сокровищнице, которая была оборудована на все случаи. Я был не против ещё раз взглянуть на главный имперский склад чудес.