Скованные одной цепью 2, или Ты мне не муж! (СИ)

К тому моменту, когда я закончила, звуки сражения наверху стихли, однако Дамиан не появился. Вскинув голову, я подсчитала количество этажей.
Восемнадцать. И черт знает, во сколько западней мы там вляпаемся, пока примчимся демону-дракону на помощь. Хотя если лестницу придется преодолевать пешком, ни о каком «примчимся» речи быть не может — в лучшем случае мы ворвемся на крышу, чтобы, задыхаясь, упасть перед врагами.
— От волшебства чисто, — объявила я.
Микки снова попытался ломануться в проем первым, но его дернули назад сразу три руки.
— Маги идут сзади, — приказал Ингвар.
Танцор, как ни удивительно, кивнул.
— Не лезь вперед старых вояк, Микелор. Только шею зря под чужой клинок подставишь.
— Я отправлюсь на разведку, — сообщил Хейс. — Заходите только после меня.
— Ты так хорош в этом деле? — засомневался Баэс, который, очевидно, сам собирался пойти первым.
— Я родился во тьме, глубоко под горой, и проблески чужого будущего увидел раньше, чем лицо родной матери, — ответил дроу, вытаскивая кинжалы. — Тьма — стихия моего народа. Кому, как не мне, иметь с ней дело.
— Ждем, — коротко ответил Ингвар.
Когда это было необходимо, Хейс умел ступать совершенно бесшумно. Он шагнул в объятия дверей и тут же растворился во мгле, исчезнув почти так же, как недавно Страж. Я напрягла зрение, но не заметила ни единого признака того, что в холле здания ходит эльф.
— А мы не зря пустили его вперед? — тихо засомневалась я, вспомнив обо всех тех «приключениях», которые мы в последние два дня испытали по вине сумасшедшего дроу.
— Я видел этого этьярэ в деле, — серьезно ответил Танцор. — Если там что-то есть, Хейс с этим справится.
— Хочешь сказать, что он даже лучше тебя? — удивился Ингвар, не поверивший, что хвастливый контрабандист готов уступить кому-то первенство.
Тот поколебался.
— Намного лучше.
Мы переглянулись. Если так, то эльф очень хорошо скрывал свои умения во время безумных прыжков по мирам.
Нам оставалось только ждать, и мы напряженно вглядывались в сумрак, пеленой зависший за дверьми. Внутри дома царила тишина. Прекратились даже звуки сражения, в котором участвовал Дамиан где-то в вышине. Микки нервно поглядывал на крышу, но король тоже исчез. Я надеялась, что он победил своего неведомого врага и теперь расчищал для нас путь в дом сверху.
Увы, Дамиан не подал ни единого знака, а за стеклянными окнами, где отражалось синее небо, разобрать хоть что-то было невозможно. Вообще было сложно представить, что здесь живет бог. Ровный, гладкий параллелепипед без балконов и украшений — не дом, а коробка, совершенно типовое здание, мало чем отличающееся от окружающих. Я могла лишь предположить, что того требует какой-нибудь странный закон Неаполиса, направленный на то, чтобы боги не кичились друг перед другом властью и могуществом. Но все равно — восемнадцать этажей? Ни Хейс, ни Страж не упоминали о прислуге, да и зачем она, если в этом мире существуют роботы-уборщики?
Меня мучил этот вопрос, пока я не вспомнила, какая продолжительность жизни у этой расы. Богам мира Малгир не меньше двух-трех тысяч лет. Тут и за обычную-то жизнь успеваешь накопить целую груду скарба, с которым жалко расстаться. Должно быть, у Рейанда за такой срок набралось немало сувениров и памятных вещиц.
Из праздных размышлений, вызванных нежеланием думать, что нас ждет в доме, меня вырвал звон металла и отчаянный крик Хейса:
— Дьярх!
— Вот дерьмо, — уронил Баэс, кидаясь внутрь.
Остальные промолчали, но наверняка подумали намного, намного хуже.
Мы с Микки, как и было приказано, держались позади. После яркого солнечного света во мгле, которая царила в прихожей, было ничего не рассмотреть, поэтому, невзирая на панику, проскользнувшую в голосе дроу, никто не спешил. Пока мы моргали, давая зрению привыкнуть к темноте, мимо нас мог промаршировать целый полк дьярхов, а мы бы не заметили.
Я сразу же активировала колдовское зрение, которое могло больше пригодиться в такой ситуации. Все остальные двигались на звук драки, а я тем временем внимательно изучала холл в поисках ловушек. Однако если здесь когда-то и была магия, то ее ни осталось ни капли. Странная, нездоровая тьма, через которую мы шли, уничтожила ее. А вскоре я ощутила и слабое давление на глаза, которое усиливалось с каждой секундой. Мы еще не успели добраться до Хейса, а я уже была вынуждена с тихим проклятьем отключить колдовское зрение.
 
Давление прекратилось в тот же миг. Вражеская тварь использовала собственную магию, чтобы нейтрализовать нашу. Хитро, чтоб ей провалиться.
Хейс все еще не показался. Звон железа звучал несколько приглушенно, будто из-за стены. Мы кружили по холлу, даже когда глаза чуть привыкли и начали различать очертания предметов. Зал был прямоугольным, почти пустым — несколько диванов, то ли картины, то ли экраны на стенах, мягкий ковер под ногами, скрадывающий звуки. Стена с той стороны, откуда доносился грохот, казалась сплошной — ни коридоров, ни дверей.
Первым проход заметил Баэс.
— Сюда, — шепнул он, сдвигаясь вправо.
Теперь и мы видели прикрытую дверь сбоку, очевидно, ведущую в коридор. Она выдвигалась из стены на японский манер, и пропустить ее в темноте было легко.
Мужчины на несколько секунд замерли перед дверью. Ингвар и Танцор — первыми, Баэс со взведенным арбалетом чуть позади, следом — мы с Микки. Он тронул меня за руку, еще когда мы только вставали за остальными.
— Ты раньше сражалась с дьярхами?
— Нет.
— Если на нем будет черный доспех, атаковать его бессмысленно. Только пока в защите не появятся крупные бреши. Если можешь, читай поддерживающие заклинания для бойцов.
— А ты не знаешь то заклинание, которым Дамиан отогнал дьярха в преддверии?
Рыжий парнишка покачал головой.
— Прости. Во мне слишком мало драконьей крови, мне такая магия не под силу. Тебе следовало спросить господина, пока он был рядом.
Что ж, этот момент я упустила. Поэтому мне оставалось только ответить:
— Ну ладно. В любом случае спасибо за совет.
Он действительно был ценным. Увы, мне было известно не так уж много поддерживающих заклинаний — в команде Дайша я исполняла другую роль, а лечением занимался в основном Эфра.
Микки тем временем зажег яркую световую сферу над нашими головами. Танцор и Ингвар, кивнув друг другу, резко открыли дверь и, убедившись, что за ней никто не поджидает, вошли в коридор.
В его глубине, перед лестницей, мы увидели Хейса.
Он не столько дрался с дьярхом, сколько уклонялся от его ударов. Тварь была высокой, слишком широкой для коридора, но ни это, ни тяжелые черненые доспехи и длинный меч, похоже, не слишком ей мешали. Она двигалась как робот: быстрые, сильные удары, четкие движения. Если бы не чудеса акробатики, которые являл дроу, его давно бы нашинковали в эльфийское рагу. Потом, прокручивая в памяти этот бой, я вообще удивлялась, как Хейс продержался столько времени. Он дрался кинжалами, а их короткие по сравнению с мечом клинки были плохим подспорьем в ближнем бою с хорошо защищенным рыцарем, который к тому же держал крупный щит в левой руке. Это был не воин — это была целая неприступная скала, перекрывшая собой весь коридор.
И все же каким-то чудом Хейс ранил это чудовище. При движении оно прихрамывало на левую ногу, и из сочленений доспеха в колене сочилась тьма.
«Светляк» Микки поднялся под потолок, давая воинам достаточно света, чтобы сразиться с дьярхом. Тот сразу же отступил к коридору, где еще сохранялась мгла. Хейс, не отставая и не прекращая крутиться вокруг него, двинулся следом. Эльфа в эти мгновения было сложно ухватить взглядом — не только из-за того, что он кружил с неимоверной быстротой. Он сам превращался в тень, и самые удачные его финты заставляли врасплох дьярха, который, похоже, тоже не мог за ним уследить.
— Нельзя дать ему подняться по лестнице! — рявкнул Ингвар.
Это обернулось бы для нас катастрофой. Трое нас было бы, десятеро — мы не смогли бы там напасть на дьярха все вместе. Не зря в Средневековье строили так много башен с узкими кручеными лестницами — на них легко было обороняться. А лестница Рейанда, на нашу неудачу, была сконструирована именно так.