Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Да что ж ты такой сильный стал, гадёныш! — восклицает в сердцах Аркадий. — Витя, чего медлишь? Ошейник на него!
Аркадий и так, и эдак направляет телекинетические волны и даже в какой-то миг приподнимает меня над полом, но я успеваю нейтрализовать их. И тут Виктор опять оказывается рядом. Он пытается надеть на меня ошейник — хватаю его за руки, не давая этого сделать, пробиваю коленом в живот и отталкиваю.
Но схватка отвлекает меня от главного. В этот момент Аркадию удаётся преодолеть моё ментальное сопротивление, невидимая сила бросает меня к стене, прижав так, что даже рукой не могу пошевелить.
Тем не менее, не оставляю попыток сопротивляться.
— Быстрее! — кричит Аркадий. — Надевай, пока держу его!
Но Виктор и так уже рядом, и тут же на моей шее защёлкивается блокирующий обруч.
Аркадий прекращает ментальное воздействие, и я падаю на пол. В руках, ногах, во всём организме — дикая слабость. Одолели, гады! Хочется вскочить и надавать им по морде, но что я могу? Моё тело стало невероятно хрупким, а сила просто исчезла.
— Силён, нечего сказать, — Виктор вытирает платком кровь, обильно текущую из разбитой губы. — Еле справились.
Аркадий хватает меня за шиворот и ставит на ноги:
— Всё, довольно дурью маяться. Драться ещё удумал. Пошли, — он грубо толкает меня вперёд, и я чуть не падаю, поскольку всё тело охватывает такая слабость, что аж ноги подкашиваются.
Перед воротами стоит старый тёмно-зелёный внедорожник Чанъянь с квадратными фарами и потускневшим хромом на бампере и решётке радиатора. Аркадий заталкивает меня на заднее сиденье, сам садится рядом. Виктор устраивается за рулём, машина резко трогается с места.
Меня душит бессильная злоба. «Я убью тебя, — твержу я про себя. — Ты у меня за всё ответишь. За всё, тварь!»
В последнее время я часто думал над тем, чтобы начать жизнь с чистого листа, забыв о своих родственниках и о планах мести. В конце концов, ничего по-настоящему плохого Аркадий мне не сделал, наоборот, кормил меня, обеспечивал, образование оплачивал — в общем, заботился, как мог. Марина была права — тут не на что обижаться. Его сынок, конечно, досаждал мне и много неприятностей доставил, но он максимум, чего заслужил — так это хорошего тумака, не более.
Но теперь всё изменилось. Эти сволочи меня похитили, собирались пытать и ещё чёрт знает что со мной хотят сделать. И пусть сейчас на моей шее застёгнут блокирующий ошейник, я твёрдо решил, что выберусь из плена и убью их. Очень надеялся, что Марина поможет. Узнает о моей пропаже и сама прибьёт этих гадов.
Но когда это случится? Было часа четыре утра, солнце только-только выбралось из-за горизонта. Марина, наверное, сладко почивала на своей тайной квартире, а меня везли непонятно куда. Самому же мне вряд ли удастся сбежать. Аркадий теперь долго не снимет с меня ошейник.
Мы выехали из Царицыно, а скоро за спиной осталось и Коломенское. Внедорожник мчался по пустой промзоне, двигаясь в сторону центра Москвы. Я думал, меня опять везут в аэропорт. Там — на самолёт и в Екатеринбурге. Но в дом Скуратовых вряд ли отправят, а скорее всего, попытаются спрятать в местечке поукромнее, например, в подвале завода, где находится пыточная. Аркадий догадывается, что меня начнут искать. Его охрана будет неусыпно следить за мной.
— Кто мой отец? Почему ты не говорил, что ты не мой отец? — спросил я.
— Не всё ли равно? Сейчас тебе об этом надо беспокоиться в последнюю очередь.
— Ты меня похитил. Любой суд встанет на мою сторону.
— Мне плевать на суды. Не о том думаешь.
— Меня найдут, и ты пожалеешь, что сделал это.
— Кто тебя найдёт, а? — Аркадий пристально посмотрел мне в глаза. — Кто? — не дождавшись ответа, он проговорил. — Думаешь, ты можешь запугать меня своей пустой болтовнёй?
Разумеется, я понимал, что слова не помогут. Аркадий почему-то решил, что я работаю на Бельских. А Бельских он, понятное дело, не боялся.
Проехали вокзал, но на Садовом кольце не свернули, а углубились в кварталы со старой застройкой. Я не знал, куда меня везут, и мог лишь пытаться запомнить маршрут, по которому движется внедорожник, но и это было проблематично: улицы узкие, извилистые, все похожи друг на друга.
Внедорожник подъехал к кирпичному трёхэтажному зданию. Слева и справа к нем жались похожие дома, и все они выглядели одинаково старыми и заброшенными. Между окнами первого и второго этажей была выцветшая вывеска, магазин внизу не работал так давно, что окна покрылись пылью.
Мы свернули в подворотню и остановились возле одной из дверей. Двор обильно зарос травой, кое-где валялся мусор, какие-то железяки ржавели под открытым небом. Даже понять было трудно, жилые эти сооружения вокруг или промышленные.
Аркадий вытащил меня из машины. Он сам, Виктор и я зашли в здание, поднялись на четвёртый этаж и оказались в коротком пустом коридоре. Ни души. Виктор открыл одну из дверей — за ней было что-то напоминающее квартиру. Нас встретил крупный малый в джинсах, майке и с кобурой под мышкой. Он учтиво поздоровался с Аркадием и Виктором. Затем они втроём вышли в коридор.
Мебель выглядела старой, на выцветших обоях местами виднелись разводы. Из тесной прихожей одна дверь вела в не менее тесную кухню с телевизором на столе, вторая — в спальню с кроватью, шкафом и комодом.
Окна выходили во двор. Я прикинул расстояние до земли. Без ошейника спокойно выпрыгнул бы и даже не почесался, но с блокировкой энергии это закончится, в лучшем случае, переломами, поэтому данный вариант я отбросил сразу. Тем не менее, мозг мой судорожно работал, пытаясь выдумать способ побега. Всё упиралось в проклятый ошейник.
В коридоре звучали голоса Аркадия и здоровяка в джинсах, но говорили они тихо, и я ничего не смог расслышать кроме отдельных слов.
Очень скоро амбал вернулся.
— Сиди в комнате и не дёргайся, — проговорил он угрожающе. — За тобой придут, когда будет нужно.
— И долго мне тут сидеть? — спросил я.
— Сколько надо, столько будешь сидеть.
Охранник отправился на кухню и включил телевизор. Я остался в спальне. До сих пор чувствовалась слабость во всём теле, почему-то клонило в сон. Мой страж наверняка имел уровень не меньше десятого. Если б он захотел, мог бы убить меня одним пальцем — думать о сопротивлении смысла не было. А входную дверь он запер на замок, поэтому шансы на побег тоже минимальны.
Я завалился на кровать, но несмотря на усталость, долго лежать не смог. Сел и попытался применить телекинез или хотя бы направить энергию в руки. Последнее, к моему удивлению, скоро начало получаться, пусть и с огромным трудом. С радостью обнаружил, что внутренние потоки до конца не перекрыты, но они стали настолько слабы, что даже ошейник не удавалось разорвать. Тем не менее угасшая было надежда вернулась.
Часа три я старался вернуть себе силу, но всё было тщетно. Охранник время от времени заглядывал в комнату и, убедившись, что я на месте, возвращался на кухню. Хотел расспросить его о том, куда меня везти собираются, но он в диалог вступать отказался.
Марина не спешила на помощь. Скорее всего, она даже не знала о моём похищении. Наверное, сидит сейчас дома, занимается своими делами, а когда вспомнит обо мне, будет поздно. Меня увезут в столицу и спрячут в таком месте, где даже агенты СКИФ не найдут. Пока я здесь, следовало срочно что-то придумать.
Я в очередной раз пытался снять ошейник. Силы в руках стало как будто больше, казалось, ещё немного и…
Входная дверь квартиры с треском распахнулась. Охранник выскочил из кухни.
— Ты ещё кто? — воскликнул он, затем раздались грохот и мат. Телевизор смолк.
В комнату вошла Марина:
— Вот ты где. Иди на улицу и жди меня в машине.
— А ты не торопилась, — заметил я. — У меня, кстати, ошейник…
— Не беда, — Марине хватило одного взгляда, чтобы блокирующее приспособление свалилось с моей шеи.
— Вот теперь я чувствую себя лучше, — я поднялся с кровати и снова сел, поскольку энергия резко устремилась по моему телу мощным потоками, и ощущение было близко к импульсивному шоку. — А ты что будешь делать?