Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Эй, курсант, — окликнул меня кто-то.
Я обернулся. За мной шли пятеро здоровых парней не слишком дружелюбного вида.
— Чего надо? — я приготовился драться. Ничего хорошего встреча не предвещала, особенно если учесть, что двое обладают силой.
Меня не переставало удивлять, сколько здесь живёт людей с развитой энергетикой. За последние двое суток встречаю уже четверых таких. Не думал, что среди обычных мещан так много светоносных, особенно в этой глуши.
— Подожди, поговорить надо, — сказал один из светоносных — парень с бычьей шеей и жидкой бородкой, торчащей клоком под нижней губой.
— Слушаю, говори.
— От вас, курсантов, слишком много проблем в последнее время. Людей убиваете, девчонок наших насилуете. Никому это не нравится. Понимаешь? Если такое будет продолжаться, мы сумеет навести порядок. Учти.
— Понял. А от меня что хотите? Я никого не убиваю и не насилую.
— Передай своим, кого знаешь, чтобы не гуляли больше здесь. Если будут бесчинства, вы ответите. И к Надежде не приходи. У неё парня только вчера убили, а тут ты околачиваешься. Оставь девушку в покое.
— А это уже наше личное дело. Ты кто такой-то? — у меня внутри снова всколыхнулась злоба, а в голове воскресла мысль, что неплохо бы поглотить энергию у этих двоих. И если дело дойдёт до драки, я не собирался себя останавливать. А соблазн был велик. С бритоголового я получил почти сорок единиц. Прибью ещё двоих — достигну тринадцатого уровня.
— Я предупредил. Будете устраивать у нас беспорядки, вам же будет хуже. Так и передай своим.
Я промолчал. Парни развернулись и пошли прочь. «Догнать и убить», — что-то требовало внутри. Но нет, не сейчас.
Обратно я доехал на попутке, и в казарме был за час до построения. Никиту и Серёгу снова застал в комнате. На столе стояли кружки с недопитым чаем. Серёга валялся в кровати и таращился в планшет, Никита читал книгу.
— О, путешественник приехал, — проговорил Серёга, не отрываясь от экрана. — Как погулял?
— Ничего особенного, просто за вещами сгонял. А остальные где?
— Полы драят, как и положено.
— Может, тебя тоже отправить поработать? — предложил Никита.
— Не-не, даже не думай, — я открыл чемодан и стал перебирать вещи, размышляя, что оставить, а что сдать на хранение.
— А тут всем приходится трудиться, — сказал Серёга. — Слуг нет… к сожалению. А у тебя кто в посёлке? Не девчонка ли, случаем?
— Ага, типа того.
— Когда успел?
— Да вот, познакомился на днях.
— Везунчик. А у неё, кстати, подруга есть?
— Желательно, две, — добавил Никита.
— Не знаю, не успел спросить. А тут, кстати, как с противоположным полом, не выяснили ещё?
— Скажем так, ситуация немного прояснилась. Смотри, какое дело, — Никита отложил планшет и принял сидячее положение. — Девчонки живут во второй общаге. Это там, возле спорткомплекса. Ты видел, наверное. К ним вроде как ходить нельзя. Но старшие ходят. Думаю, можно попробовать. Только вначале надо с кем-то познакомиться. А потом при их содействии проникнуть… в общагу проникнуть, я имею ввиду.
— И желательно, не только в общагу, — добавил Никита.
— В общем, мы собираемся организовать знакомство с последующим проникновением. Что скажешь, Кирилл? Ты с нами?
— Почему нет? — пожал я плечами. — Я всегда только «за».
Вечернее построение снова проводил ротный старшина. Пришёл, выслушал доклад дежурного, которым сегодня был уже другой унтер-офицер, и спешно удалился. Унтеры нас гонять не стали, отпустили быстро. Коридор мигом опустел. Курсанты разбежались кто по делам, кто отдыхать.
Я направлялся к своей комнате. Навстречу шагал высокий худощавый парень со смазливой физиономией. Он вылупился на меня, словно иного увидел. Я не понял, чем привлёк к себе такое внимание, и прошёл мимо.
— Эй, курсант! — окликнул меня парень.
Я остановился, обернулся.
— Как поживаешь? — на лице его мелькнула ухмылка. — Что вытаращился как баран на новые ворота? Не помнишь меня?
— Нет, — покачал я головой. — Я тебя первый раз вижу.
— Да ладно. Мы с тобой общались, когда ты в машине сидел.
 
Тут я понял, в чём дело. Это был тот самый парень, который меня охранял, пока я дожидался транспорта из спецшколы. Да и что вообще он тут делает? На этом этаже располагалась только наша рота. Рота третьекурсников проживала этажом ниже.
— А, вспомнил. «Удав» что ли?
— Да, такой мой позывной. А тебя как звать?
— Кирилл.
— Меня — Макс. Где живёшь?
— В четыреста девятой, — я кивнул на дверь.
— Ты сейчас свободен?
— Нет. Занят, — выпалил я, чувствуя, что вопрос задан не с проста.
— Чем?
— Важным делом.
— Каким?
— Спать иду.
— Ты кончай шутки шутить. Я серьёзно с тобой разговариваю.
— Я — тоже.
— Слушай, Кирилл, будь другом, а? Через пятнадцать минут вещи постираются. Можешь их забрать и в триста третью принести? А то, боюсь, не успею, а другим тоже надо стираться. Нельзя задерживать. Всё равно ты тут рядом проживаешь.
«Убирайся прочь, ничтожное существо», — мелькнула мысль, которая, кажется, принадлежала новой составляющей моей личности. Но в данном случае, я был полностью с ней солидарен. Курсант просил вежливо, но чувствовался подвох. Не нравились мне такие просьбы, и сам он не нравился. Третьекурсникам вообще потакать не стоило.
— Не могу. Я занят, — повторил я.
— Да чем, блин?!
— Спать иду.
— Я тебя по-дружески прошу. Сложно?
Я не ответил. Смотрел, не отрываясь, в глаза Удаву.
— Ты однажды нарвёшься, — предупредил он. — Ты знаешь, что особо борзые курсанты бывает и пропадают тут? Имей ввиду.
Он развернулся и пошёл прочь.
Люди пропадают? Я слышал всякое про эти спецшколы. Ходили слухи, что в некоторых заведениях действительно практикуется жестокое рукоприкладство вплоть до убийств. И происходит это как раз в таких глухих местах, вроде этого. Придётся теперь быть начеку.
Утром на построении капитан устроил разнос нашему отделению из-за разбитого кафеля в душевой. Так же он обратил внимание, что у двух парней из второго взвода ночью появились синяки.
— Где так разукрасились, орлы?
— Поскользнулся и упал, ваше высокоблагородие, — отрапортовал первый.
— О дверь стукнулся, ваше высокоблагородие, — заявил второй.
Капитан лишь хмыкнул:
— Ну вы тут поаккуратнее. А то не успели приехать, уже травмируетесь, — он прокашлялся и зашагал вдоль строя, заложив руки за спину. — В нашем деле синяки — мелочь. На тренировках у вас будет много синяков и шишек. Обретение силы безболезненным не бывает. Ну и воспитательные меры порой необходимы. Вы здесь не у папеньки с маменькой в яслях, здесь серьёзное дело делается. Вы — будущие защитники, от вас зависит судьба империи и жизни тысяч и миллионов подданных. Поэтому трудитесь. Трудитесь в поте лица, слушайтесь офицеров и унтер-офицеров, и однажды вы станете настоящими защитниками.
Капитана не сильно волновали синяки на лицах первокурсников. Похоже, такое здесь практиковалось часто. Воспитательные меры, так сказать.
Капитан толкнул речь и ушёл, а нас повели на завтрак.
Столовая была просторной и светлой. Окна — во всю стену, полы блестят. Цветы в горшках стоят по периметру, словно конвой. Сюда по три раза в день приходили жрать все девять рот (кроме женских — у тех имелась отдельная столовая), то есть шестьсот с лишним человека. Места хватало всем.
Мы обедали за столиком вчетвером: я, Никита, Серёга и парень из нашего класса — крупный, пухлый курсант Миха, простоватый и, кажется, глуповатый. Он воспринял приглашение за столик с двумя боярскими отпрысками, как великую честь, а после завтрака убрал за Никитой и Серёгой подносы. Бояричи нашли себе мальчика на побегушках. Я же его не хотел эксплуатировать лишний раз. Я помнил перенесённые в семье унижения и твёрдо решил, что никогда не буду гнобить тех, кто слабее.
Затем шли общеобразовательные предметы. На них каждый класс занимался в отдельном кабинете, но были и совместные лекции. Потом — спортивная часть. Бег кругами по полигону, турники и энергетические упражнения, которые в теории позволяли увеличивать показатели, но практике большинству из тех ребят, кого сюда занесло, вряд ли могли помочь.