Ловушка (СИ)
Нет, для виду она, конечно, поплакала, изображая скорбь. Купила себе несколько симпатичных траурных нарядов и появлялась везде только в них. Образ скорбящей вдовы очень Кате шёл, как и чёрный цвет.
Жизнь налаживалась. Теперь она молодая и красивая вдова, свободная от всех обязательств. А как только вступит в права наследства, то будет ещё и богатой!
Вокруг Екатерины кружили потенциальные утешители, наперебой предлагая свои кандидатуры в качестве если не супруга, то любовника. Устоять было трудно, и она не стала себя мучить.
Нет, а что? Серёжи нет, так что это не измена. Или ей теперь поставить на себе крест и заживо похоронить?
За всеми этими событиями она совсем забыла про дочь. Вернее, ей было не до девчонки, тем более что с той вроде всё в порядке, ведь няньки исправно получают зарплату.
Наверное, всё в порядке, да?
Закончилось всё печально — кто-то из прислуги наябедничал Рузанову-старшему, и тот решил проблему радикально.
То есть облил невестку презрением, а внучку забрал к себе в дом.
На какое-то время Катя даже выдохнула с облегчением — одной докукой меньше! Но потом было вскрыто завещание Сергея, и она с ужасом узнала, что супруг почти ничего ей не оставил.
— Сволочь! Скотина! Гад! — рыдала молодая вдова. — Как ты мог так со мной поступить?
Согласно завещанию, ей отошла двухкомнатная квартира в хорошем районе и хорошем доме. Полностью отремонтированная, со всей необходимой мебелью и техникой. И сто тысяч ежемесячно живыми деньгами — до того момента, пока Катерина снова не выйдет замуж.
Всё остальное имущество: три квартиры, хороший загородный дом, четыре автомобиля, солидные счета и, главное, доля в совместном с отцом холдинге, достались соплячке Лизке!
Вот когда Катя пожалела, что так легко отдала опеку над дочерью свёкру! И попыталась отыграть всё назад, да не тут-то было! Николай клещами вцепился в девчонку, и буквально размазал бывшую невестку по стене.
Конечно, не ей тягаться с его возможностями и деньгами…
В общем, старик прибрал себе к рукам наследство сына, оставив бывшую невестку перебиваться с хлеба на квас.
Как, ну скажите, как жить на такие копейки? Имея всего сотню в месяц, она не могла себе позволить ни водителя, ни домработницу. Про привычный образ жизни и говорить нечего…
Помаявшись, Катя отправилась к свёкру на поклон, умоляя увеличить ей выплаты хотя бы до восьмисот тысяч.
На что мерзкий старик заявил, что ничего платить не собирается, а если ей мало, то она всегда может устроиться на работу. Более того, он готов помочь ей с местом.
Нет, вы слышали? Работать⁈ Она⁈ С пуркуа ли? Ее муж оставил после себя половину империи, а она должна горбатиться на чужого дядю, словно нищебродка?
Свёкор был немедленно послан по известному адресу, после чего ответил Кате той же монетой.
С тех пор прошёл не один год. Лизка выросла, но науськанная дедом, никакой благодарности к матери не испытывала. И точно так же, как Николай, не стремилась с ней общаться.
И вот блеснул луч надежды — старик, возомнивший себя бессмертным, допрыгался! Мало-помалу Рузанов стал чаще болеть, даже пару раз ложился в больницу, и Катерина затаила дыхание: единственная его наследница — Лизка. А она, Катя, её родная мать.
Это пока Николай жив, он внучку от всего оберегает, а когда помрёт, то девчонка останется одна-одинёшенька и примет мать с распростёртыми объятиями.
А если не примет?
«Надо искать покровителя, — решила Катерина. — За девчонкой хороший куш, если умно разыграть партию, то часть этого куша вернётся ко мне. Главное, не продешевить!»
И она принялась потихоньку зондировать почву.
Заинтересованных в богатой наследнице обнаружилось предостаточно, но пока был жив Николай, ни о каком сговоре и речи быть не могло.
Рузанова опасались. Тут нужен был такой человек, который имел бы не меньшие возможности, но при этом не являлся его другом или приятелем.
Прикинув так и этак, Катерина пришла с предложением к Раиму Дусаеву.
— Гм… Занятно, — выслушав женщину, изрёк хозяин кабинета. — И… зачем это ва… тебе?
Катерина поморщилась на пренебрежительный тон и подчёркнутое тыканье, но решила стерпеть.
— Хочу получить компенсацию, — она протянула ему список. — Свёкор подделал завещание мужа и всё забрал себе. Я должна вернуть то, что он у меня украл, а дочь как раз его наследница.
— Дочка… — задумчиво произнёс Раим. — И не жалко грабить родную кровь?
— Да что ей сделается? — изумилась мать. — Все девки выходят замуж, не она первая, не она последняя. А что денег да недвижимость требую, так моё это! Попользовались чужим, и хватит. Её мужу в приданое в два раза больше достанется, не обеднеют. Итак, Раим Ахметович, вы согласны?
— То есть ты отдаёшь свою дочь в жёны одному из моих сыновей, за это я переписываю на тебя часть её наследства?
— Да!
— И тебя не интересует, кто станет твоим зятем? У меня трое сыновей, младший ещё не женат, но уже сговорён. По нашей вере можно взять до четырёх жен. Согласна, если твоя дочка пойдёт второй женой?
— Да хоть четвёртой, — Катя растянула губы в резиновой улыбке. — Но брак должен быть официальный, через ЗАГС, чтобы проблем с активами и недвижимостью не было. А старший, младший — мне без разницы. Полагаюсь на ваш выбор.
— Гм… Допустим, сыновья из моей воли не выходят — как скажу, так и будет. Но я сомневаюсь, что девушка не нашей веры, ещё и воспитанная Николаем Рузановым, покорно пойдёт замуж, за кого ты ей укажешь. Как ты себе представляешь эту свадьбу?
— Господи, да кто её будет слушать? — всплеснула руками мамаша. — Умыкнёте, спрячете где-нибудь у себя в горах. Посидит на хлебе и воде, и как миленькая на всё согласится. Тем более что её совершенно не обязательно сюда возвращать. Главное выправить подлинное свидетельство о браке и получить от Лизки генеральную доверенность. Низа что не поверю, что у вас нет своих людей среди юристов, которые закроют глаза на некоторые нюансы. Окрутите девчонку, и правьте империей Рузановых сами, а она пусть сидит дома, детей рожает. Или не рожает — как её муж решит.
— Сурово ты с дочерью…
— Все эти годы она жила, горя не знала, — парировала Екатерина, — а я с хлеба на квас перебивалась. И Лизка обо мне не переживала, не пыталась уговорить деда, чтоб он увеличил мне пособие! Так почему я должна за неё волноваться? Ваши женщины живут же, не возникают, эта неблагодарная тоже привыкнет.
— Ну… Допустим, увезти будет нетрудно. Как и спрятать. Но ведь Елизавету начнут искать — наследница такого состояния не может исчезнуть бесследно!
— Правильно, начнут. И куда пойдут? К матери. А я скажу, что дочка влюбилась, вышла замуж и уехала на родину супруга. Вот копия брачного свидетельства.
Катерина вынырнула из размышлений-воспоминаний и со стоном потёрла виски.
Как всё хорошо было придумано! И даже спонтанный звонок свёкору, о котором она сначала сильно пожалела, в конечном итоге сыграл ей на руку. Узнав, что дед в свою очередь тоже подсуетился с женихом и даже назначил дату свадьбы, Катерина чуть сознание не потеряла. И не нашла ничего лучшего, как позвонить Николаю и вывалить на него обвинения, попутно рассказав о планах. Мол, куда ты лезешь со своим исполнительным, когда у Лизки уже есть жених? Да не какой-то, а младший сын самого Раима Дусаева! Умри уже, развяжи всем руки! А он возьми и брось трубку — как она подумала, когда из динамика полетели гудки. Но оказалось, что Николая прямо посреди её спича хватил удар, будто она на него порчу наслала.
Сначала удар, а потом и вовсе кома. И так, не приходя в сознание, старый интриган и помер.
Свезло ей, да.
Если бы не скоропостижный инсульт, то один бог знает, к чему привела бы её неуместная откровенность! А так — всё отлично. Было.
Нет, старик точно помер, даже суток не прожил. Но, видимо, кто-то что-то заподозрил или подслушал и принял меры. Потому что за Лизкой с того дня везде ходили три мордоворота. И это не считая Рокотова, который, похоже, переехал в Рузановский особняк, чтобы ни на минуту не разлучаться с подопечной. А к нему не подступишься, она это по прошлым годам помнит. Предан, как собака. И такой же злой.