Ловушка (СИ)

И Лиза мысленно согласилась с таким выбором — тут уютнее и теплее! По-домашнему!
— Лизок, я что хотел спросить, — отведав супа, дед отложил ложку и внимательно посмотрел на внучку. — Тебе кто-нибудь из вчерашних гостей понравился?
— В каком смысле?
— В прямом. Наверняка кто-то из шести понравился больше, кто-то — меньше. Поделись, мне очень интересно.
— А… Зачем тебе это, дедушка? — Лиза никак не могла взять в толк, к чему он ведёт. — Они же все старые, я и не присматривалась.
  
— У тебя глаз молодой, незамыленный, — пояснил Николай Романович, — интуиция, опять же. Хочу сравнить наши впечатления. Я, внучка, выбираю, кому из них сделать выгодное предложение, и хочу быть уверен в своём выборе.
— Что за предложение — по бизнесу? — на всякий случай уточнила Лиза.
— Да, по нему. Я старею, мне трудно за всем уследить одному. Поэтому я принял решение ввести в компанию ещё одного директора.
— О, как! И кого ты выбрал?
— Нет, Лизок, так не пойдёт! Для чистоты эксперимента ты должна дать свой ответ, не опираясь на моё мнение. Вот кому бы из вчерашних гостей ты доверила должность управляющего директора?
— Не знаю… Может быть, Павлову?
— Почему ему?
— Он старше всех, значит, опытнее.
— Он тебе понравился?
— Я не знаю его деловых качеств!
— Хорошо, внешне понравился?
— Нет.
— А кто понравился?
— В общем-то никто особенно. Разве что, — Лиза на несколько секунд задумалась, — сидел напротив меня, чуть правее. Я фамилию не запомнила… Кажется, Олег?
— Да, Левин. А ещё кто-то приглянулся? Скажем так, если бы тебя пригласили на свидание, с кем из вчерашних гостей ты бы пошла?
— Наверное, только с Олегом… как его по отчеству?
— Дмитриевич он.
— Вот, с ним. Остальные просто морозильники какие-то — ни одной улыбки, серьёзные до «не могу». А этот ничего, даже пару раз пошутил и лицо у него приятное.
— Хорошо, я тебя понял. Спасибо, Лизок, ты мне очень помогла! — произнёс дед. — Ну, доедай и беги по своим делам. Нечего тебе со мной весь день просиживать!
Следующие несколько недель ничего не происходило.
Нет, жизнь продолжалась, просто дедушка больше не вспоминал о гостях и так и не рассказал внучке, совпал ли её выбор с его собственным.
И Елизавета постепенно забыла о странном званом ужине и чопорных гостях.
Гром грянул внезапно.
Лиза сидела на паре, когда почувствовала вибрацию предусмотрительно обеззвученного телефона. Тот погудел и затих. Но уже спустя минуту загудел снова.
«Кто там такой настойчивый? — с раздражением подумала девушка. — Все знают, что в это время я на учёбе, звонить бесполезно!»
Но сотовый продолжал вибрировать, и, не выдержав, она вытащила его из сумки: посмотреть, кому так срочно понадобилась.
И удивилась — Лена, горничная?
Следом обожгла вторая догадка: ' Что-то с дедушкой!'
Дрожащими руками Лиза поднесла трубку к уху.
— Алло?
— Ой, Елизавета Сергеевна, бросайте всё и скорее домой! — затараторила горничная. — Николай Романович потерял сознание, его в больницу увезли.
— В какую? — безжизненным голосом спросила Лиза. — Когда это случилось?
— Ой, я не знаю, с ним Дмитрий и мальчики, а мы тут остались: я, Василина и Айша. Нас троих заперли в кухне, всю воду в бутылках, соки и готовые продукты изъяли. Сидим, словно арестанты. В доме и возле полно новых охранников, Кирилл Петрович носится злой, как демон. А мне Дмитрий велел дозвониться до вас и чтоб вы всё бросали и ехали скорее домой. За вами, как обычно, Валеру отправили, но вы сами не выходите! Мне велели передать, чтоб вы сначала ему позвонили, он зайдёт за вами и проводит до машины.
Лиза сбросила звонок, положив сотовый на стол.
Мальчиками Лена звала телохранителей деда. Василина работала у Рузановых кухаркой, Айша — второй горничной, Кирилл Петрович занимал в компании должность начбеза, а Валера служил шофёром. И каждый будний день возил её, Лизу, в институт и обратно.
Похоже, дело на самом деле серьёзное! Что же случилось?
«Хоть бы с дедушкой всё было хорошо!» — мысленно помолилась она и бросила взгляд на часы: до перерыва ещё двадцать минут…
Кое-как досидев до звонка, Елизавета сгребла тетрадки, наплела что-то старосте группы и покинула аудиторию, на ходу набирая водителя.
Домой добрались без приключений.
— Елизавета Сергеевна, идёмте, я должен поставить вас в известность, — Дмитрий встретил её на пороге и сразу повёл за собой в кабинет.
— Что с дедушкой? Он жив? — как она ни храбрилась, а голос дрогнул.
— Жив, — поспешил успокоить её Дмитрий. — Его удалось стабилизировать, он даже в сознании и отправил меня сюда, к вам.
Лиза тут же дёрнулась в сторону выхода, но помощник Николая Романовича заступил ей дорогу.
— Завтра съездим. Сегодня к нему не пустят, всё-таки человек одной ногой почти на том свете побывал.
— Сердце? — ахнула Лиза. — Или… снова онкология?
— Ни то, ни другое. Сядьте, в ногах правды нет.
Оглушённая новостями она плюхнулась на ближайшее посадочное место и замерла, ожидая продолжения.
— Это было покушение — кто-то подменил одну бутылку воды. Точнее, при помощи шприца влил в неё через пробку препарат, который сам по себе замечательное лекарство, но если неправильно рассчитать дозировку, способен человека убить. Самое паскудное — Николаю Романовичу этот препарат выписан, он его принимает. Если бы покушение удалось, никому бы в голову не пришло, что это было именно убийство! Подумали бы, что Рузанов нечаянно сам превысил дозировку.
Не только домашние, но и знакомые Николая Рузанова знали, что он всем напиткам предпочитает воду Эвиан. И пьёт только её, даже когда находится в гостях или в ресторане. Или ничего не пьёт, если этой воды в доме или заведении нет. Причём бутылка должна быть комнатной температуры и ни в коем случае не вскрытая.
Каприз? Скорее, маленькая слабость Николая Романовича.
Дмитрий помолчал, давая ей возможность переварить информацию, затем продолжил:
— К сожалению, мы пока не выяснили, на каком этапе это произошло и, соответственно, не знаем, кто осуществил подмену. Поэтому с сегодняшнего дня приняты дополнительные меры безопасности.
Лиза заторможенно кивнула.
— Ваш дедушка переживает за ваше благополучие, Елизавета Сергеевна. Боюсь, несколько дней вам лучше посидеть дома. Завтра, если врачи дадут добро, я отвезу вас к Николаю Романовичу.
— Хорошо, — прошелестела она. — Я могу идти?
— Минутку, Лиза, — Дмитрий снова её остановил, — ещё одно важное условие: я буду доставлять вам завтраки, обеды и ужины. Настоятельно рекомендую ничего ни у кого не брать, и в доме есть и пить только то, что я лично передам вам в руки. Даже если, к примеру, печенье купили вы сами неделю назад, и всё это время оно лежало в вашей сумочке.
— Я поняла.
До утра Лиза провертелась в кровати, толком не выспавшись, и была готова ехать в больницу уже в семь часов. Увы, пришлось ждать почти до обеда.
К счастью, за ночь дедушке хуже не стало, и врачи разрешили его навестить.
— Деда, как ты? Я так за тебя испугалась…
Она бросилась к кровати и обеими руками схватила дедушкину руку. Прижалась к ней лицом и всхлипнула.
— Ну, ну, ты чего, Лизок? Всё обошлось. Дмитрий тебя предупредил?
— Да, — ответила она. — Есть только, что он принесёт, ни с кем не делиться произошедшим и прогуливать учёбу.
— Так надо, милая. Потерпи немного.
— Почему, деда? Неужели кто-то желает тебе зла?
— Потому что я старею, Лизок. В мире большого бизнеса не любят слабых и богатых. А у меня… У нас с тобой есть, чем поживиться.
  
— Деньги, деда?
— Они самые, — вздохнул Николай Романович. — И без них никуда, и с ними тоже… сложно. В общем, такой у нас, внучка, расклад: я умираю…
— Деда!!!
— Не реви, это естественный процесс, но это не значит, что я уже завтра туда отправлюсь. Вообще-то я сначала планирую не только погулять на твоей свадьбе, но и правнука понянчить. Так что раньше времени не плачь, — он пальцем стёр с её щеки слезинку. — Итак, я рано или поздно уйду, и всё, чем я владею, достанется тебе, Лиза. А это большие деньги. Очень большие! Соответственно, вокруг тебя тут же начнёт кружить стая воронья. Ты у меня девочка умненькая, но я-то знаю, какие соловьи-разбойники могут тебе встретиться! Не уверен, что кому-то из обаятельных проходимцев не удастся вскружить тебе голову. И тогда…