Ловушка (СИ)

В отличие от неё, Олега новости только порадовали.
— Ну вот, одной проблемой меньше! И сочинять ничего не пришлось, старик сам догадался ускорить процесс, — вполголоса произнёс Левин.
Затем он посмотрел на часы и снова перевёл взгляд на невесту:
— М-да, актёрского мастерства в вас, Елизавета Сергеевна, ни на грош! Когда мы рядом, думай о чём-нибудь приятном, что ли, раз не умеешь притворяться, иначе никто не поверит, что ты в меня влюблена! Ладно, отставим разговоры, в связи с открывшимися подробностями мне придётся внести кое-какие коррективы. Буду с нетерпением ждать новой встречи!
  
И прежде чем она смогла отреагировать, Олег неожиданно привлёк её к себе и поцеловал. А потом так же внезапно отстранился и, насвистывая, отправился на выход из дома.
Лиза задохнулась от возмущения и, изнывая от желания стереть с губ краденый поцелуй, уже подняла было руку, но краем глаза заметила одну из сиделок дедушки. И поняла, ради кого Олег устроил этот спектакль.
«Лучше умоюсь, — решила она. — И позвоню Павлу Игнатьевичу. Ещё вчера у дедушки всё было хорошо! Или… не было, просто мне не говорили всей правды?»
К сожалению, доктор подтвердил слова Николая Романовича. И ещё раз напомнил, что волнение ему категорически противопоказано.
— Николай Романович строго-настрого запретил мне вводить вас в курс дела, но я считаю, вы должны это знать. Однако попрошу вас не выдавать меня.
— Всё плохо, но почему так внезапно? Вы говорили, что у дедушки стойкая ремиссия!
— К сожалению, у Николая Романовича кроме онкологии есть и другие проблемы. Его сердце сильно изношено, Лиза. И нет, это не внезапно — ухудшающуюся картину я наблюдаю уже два месяца.
— Тогда почему вы два месяца ничего не делаете⁈
— Потому что сделать уже ничего нельзя — учитывая все факторы риска, операцию он не переживёт, а консервативное лечение не устраняет проблему, а только более-менее поддерживает организм. Как вы понимаете, это ненадолго.
— Ничего нельзя сделать… — от ужаса у неё даже горло перехватило. — Сколько… сколько у нас есть времени?
— Покой и положительные эмоции — вот лучшее лекарство на данном этапе. Просто помните об этом и старайтесь, чтобы он не нервничал. Насчёт времени — никто не назовёт точные цифры. При благоприятном стечении обстоятельств Николай Романович может прожить и год, и три. А при неблагоприятном всё может произойти в любой момент, — врач сокрушённо мотнул головой. — В общем, Лиза, надейтесь на лучшее, но готовьтесь к худшему.
И она поняла, что выбора по-прежнему нет.
Наутро Елизавета озвучила деду своё решение:
— Мы с Олегом согласны расписаться в ближайшее время.
Тот облегчённо выдохнул и заключил внучку в объятия. И сразу после этого снова удивил, взяв слово с неё и будущего зятя, что они не только распишутся тогда и там, где он им скажет, но и сохранят произошедшее в тайне. Опять же, до его, Николая Рузанова, отмашки.
— Никто, ни лучшие друзья, ни родные, ни даже прислуга, не должны ни о чём не подозревать! И не волнуйтесь насчёт росписи, я всё сам устрою.
Расписались они двадцать шестого декабря.
В этот день Олег, как обычно, забрал её после пар, но поехал в противоположную сторону от дома. И на вопрос Лизы равнодушно бросил:
— Заедем в одно место. Дед договорился — сегодня нас по-быстрому распишут.
«Сегодня⁈ Уже…», — ей стало немного обидно — с Олегом дедушка поделился, а её, Лизу, опять поставили перед фактом.
Но она промолчала.
Ехали примерно час — оказалось, что ЗАГС Рузанов-старший выбрал даже не в Москве, а в Подмосковье. То есть там, где их точно никто из знакомых не увидел бы. И вся процедура заняла от силы пятнадцать минут.
Помятая и как будто заспанная регистраторша даже не подумала спрашивать у невесты и жениха, согласны ли они вступить в брак. Она лишь уточнила их имена, а потом раскрыла большую то ли тетрадь, то ли книгу и показала на нужную строчку.
— Распишитесь здесь. А теперь вы, невеста.
И стоило им поставить свои подписи, как служащая ЗАГСа протянула Левину заранее приготовленные паспорта и уже готовое свидетельство о браке.
— Поздравляю. Ваши документы.
Всё это с таким лицом, словно женщина отбывала неприятную повинность.
— Спасибо, — буркнул Левин, сгрёб бумаги и дёрнул за собой Лизу. — Идём!
Вернувшись в машину, он ещё раз изучил штампы в паспортах, затем само свидетельство и сунул все документы к себе в карман.
— А мой паспорт? — возмутилась Елизавета. — Мы так не договаривались!
— Зачем он тебе сейчас? — Олег выделил голосом последнее слово. — Хочешь полюбоваться на отметку о браке? Надеюсь, ты помнишь, что между нами ничего не меняется, только статус и тот пока должен для всех оставаться тайной? Не вздумай вообразить себе…
— И в мыслях не было, — фыркнула Лиза. — Нужен ты мне!
— Ну-ну, главное, сама об этом не забудь, а то вон как глазки заблестели! Что-то задумала, да?
— Что я могу задумать? Мы женаты — всё, как ты и хотел… Но мой документ отдай!
— Выражение мне твоё не нравится, поэтому ксиву не получишь: я должен в целости и сохранности передать всё в руки Николаю Романовичу. А если у тебя зудит, то потом сама заберёшь паспорт у деда и делай, что хочешь: порви, потеряй, залей кофе или утопи в унитазе. Разумеется, совершенно случайно, — пальцами он изобразил кавычки. — Пристёгивайся, Лиза, надо поторопиться, иначе все пробки соберём.
И ей почему-то на долю секунды снова стало обидно — он её совсем за дуру держит? Какой смысл уничтожать паспорт, что это ей даст? Она согласилась на временный брак, подписала договор и собирается сдержать своё слово. Или это он с Кариной её сравнил? Та-то да, непременно бы что-нибудь этакое — бессмысленное и глупое — выкинула. И вообще, почему он ведёт себя так, будто бы этот брак — её идея? Мог хотя бы пару добрых слов ей сказать? Да, это всего лишь сделка, но…
«Но я — девушка, неужели Олег не понимает, как я сейчас себя чувствую?»
Нет, Левин не понимал. Или ему было всё равно.
Новоиспечённый супруг доставил жену в дом её деда, провёл полчаса наедине с Рузановым-старшим. И отбыл восвояси, пообещав позвонить, как только освободится.
А ей пришлось держать перед дедом лицо и уверять его, что она всё понимает и вообще никуда не торопится.
— Я знаю, Лизок, — виновато произнёс Николай Романович, когда Лиза зашла к нему в комнату, — не о такой свадьбе ты мечтала. И догадываюсь, как тебе трудно делать вид, что всё по-прежнему остаётся на своих местах, но так нужно, моя милая! Это для вашего с Олегом счастливого будущего, которое не должны омрачать подковёрные игры конкурентов. Пока мои… скажем так, заклятые друзья не знают, что поезд ушёл, они не станут форсировать, и я успею обезопасить и тебя, и твоё наследство.
Знал бы дед, что она это наследство уже почти ненавидела!
Если бы не холдинг, если бы не деньги на счетах и прочие дивиденды, она не попала бы в зависимое положение. По крайней мере, ей не пришлось бы выходить замуж «за первого встречного» и терпеть его игру на публику!
Мысленно вздохнув, Лиза поспешила заверить дедушку, что у неё всё в порядке, она счастлива. И под предлогом — мне надо переодеться к ужину, я так проголодалась! — сбежала к себе.
Следующие дни показали, что с замужеством в её жизни ничего не изменилось.
Хотя нет, изменилось, но немного раньше: сразу после того разговора дедушка увеличил интенсивность и продолжительность занятий с внучкой, словно собирался выполнить пятилетку за три года*.
  
Теперь у неё вообще ни на что стороннее не оставалось времени! До полудня она носилась по институту, сдавая зачёты, потом её забирал Олег, довозил до дома и тут же отбывал восвояси, в очередной раз ссылаясь на предпраздничный наплыв неотложных дел.
Она не возражала, наоборот, чем реже она видела фальшивого мужа, тем спокойнее ей было. К слову, Карина больше не появлялась. Видимо, Олег сдержал слово и провёл с любовницей разъяснительную беседу.