Недотрога и хулиган

– Нечего его баловать!
Девушка хмыкнула, затем легла поудобнее, заложив руки за голову.
– Чего хотел?
– Нужен совет.
– Какой?
– Как избавиться от репетиторши?
– А что с ней не так? Когда это ты, Ос, не мог расположить к себе девчонку?
– Ой, даже не думай, она не такая…
– В смысле?
Оскар скривился.
– Она правильная и прилежная, просто буэ… – он поднёс два пальца ко рту, словно его тошнило.
  
– И что? Её мальчики не интересуют?
– Книжки её интересуют, учебники и тетрадки!
– Уродина?
Брат замешкался, Диана приподняла бровь.
– Ну как сказать, там есть, конечно, на что посмотреть, но стоит ей начать болтать об анализе пьесы или теоремах, я просто вырубаюсь, мне хочется выключить её.
– Если она в тебя втюрится, как та, ну помнишь…
– Кристина из девятого «Б»?
– Точно. Кристина. С ней ты тоже сперва занимался неохотно, а потом очаровал ее, и вы вместо занятий гоняли на мотоцикле её отца и играли в приставку.
Оскар блаженно улыбнулся.
– Да-а, было время! Жаль, что её выгнали из школы.
– Жаль? – издала смешок Диана. – Так это же ты её подставил!
Брат повёл плечом.
– Она была слишком ревнива, шагу не давала мне ступить. Ну да чёрт с ней. Скажи лучше, что делать с этой чванливой репетиторшей?
– Да то же самое, что с Кристиной. Заставь её влюбиться! Будь милым, остроумным и… ну всё как ты умеешь!
Оскар вздохнул.
– Тут без перспектив.
– Ну а что ей нравится?
Оскар хмыкнул.
– Бегать по утрам.
– Отлично! Пробегись с ней. Спорт сближает!
Он сомневался, что спорт их сблизит, учитывая, что летом девчонке пришлось уматывать от его бультерьера, которого он сам и натравил. Но попробовать стоило.
– А если не поможет?
– Тогда подари ей цветы! – посоветовала Диана. – Девчонкам это нравится. Сразу смягчится!
Брат поморщился, а Диана нажала ему на кончик носа и посоветовала:
– Если спорт не сблизит, покупай цветы и включай свою неотразимость на полную! Эта крошка не устоит!
* * *
Кларисса вышла в бело-голубом спортивном костюме за ворота, вставила в уши наушники, дошла до тихой улочки вдоль замка и побежала.
Каждое утро девушка вставала на сорок минут раньше, чтобы совершить пробежку перед школой. В Мурманске у неё осталась подруга Марина, которая занималась лёгкой атлетикой. Именно она приучила Клариссу бегать каждое утро и получать от этого удовольствие.
В своих письмах Марина всегда в первую очередь интересовалась, не бросила ли Клара бег. На любые жизненные неурядицы у Марины был один ответ: «Беги!»
Заболела? Беги до седьмого пота, вытравляй заразу из организма! Бросил парень? Беги, пока мысли о предателе по́том не потекут по спине! Достали предки? Беги от них подальше, а когда вернёшься, усталая и довольная, на споры не будет сил и конфликт сам собой исчерпается. Марина считала бег панацеей от всех бед.
Сквозь музыку Кларисса услышала крики позади и обернулась. За ней, размахивая руками, бежал Оскар Касперских в чёрно-жёлтых шортах и футболке той же расцветки и уже знакомый белый бультерьер.
– Привет!
Девушка выдернула наушники. Пёс клацал когтями по асфальту, переваливаясь на своих коротких мускулистых лапах.
– Доброе утро!
Они побежали рядом.
– Что может быть лучше утренней пробежки, да?
Клариссе так и хотелось спросить, не заблудился ли он, но она решила не ставить парня в неловкое положение. Было очевидно, что он хочет наладить отношения. А Кларисса была не из тех, кто не дает людям второго шанса.
– Особенно в хорошую погоду.
Бультерьер отстал, и Оскар крикнул:
– Скот, ко мне!
– Скот? – переспросила девушка. – Это как…
– Как скотина, но короче, – пояснил парень и кивнул на наушники, подпрыгивающие у неё на груди.
– Что слушаешь?
– Французский шансон.
– Да под него же уснуть можно! – усмехнулся Оскар.
Кларисса никак не прокомментировала его насмешку. Но он не понял, ехидно заметив:
– Ну да, я и забыл, тебе нравится всё французское: шансон, парни… или пирожные. Буше-е-е, – противно протянул он фамилию Марселя.
И сам же рассмеялся над своим остроумием, а затем стащил через голову футболку, воскликнув:
– Жарко! А тебе? Не хочешь кофту снять? Или у тебя там ничего под ней нет?
Кларисса почувствовала, как краснеет, и уже пожалела, что не пошла на грубость сразу, как увидела Оскара. Уж лучше один раз показаться невоспитанной и сказать, что любит бегать одна, чем терпеть его насмешки и вульгарные намёки всю пробежку.
Девушка остановилась и перевела дух. Бультерьер вывалил розовый длинный язык.
– Выдохлась уже? – Оскар продолжил бег на одном месте. На его губах блуждала противная самоуверенная улыбочка.
– Ты можешь продолжать, не хочу тебя задерживать, – сдержанно сказала Кларисса, надеясь, что он поймёт намёк.
Оскар не понял. Или не захотел понять, воскликнув:
– Да я подожду, мне не трудно!
«Навязчивый, грубый, наглый, невоспитанный, неграмотный, пустой», – перечисляла мысленно она, глядя на парня.
– А что, твой французик с тобой не бегает?
– Если Марсель и бегает, я ничего об этом не знаю. Да и кто станет от своего дома ехать полчаса, чтобы побегать тут! Это просто глупо!
Кларисса улыбнулась, уверенная, что достаточно его уязвила.
Но он ничуть не обиделся и заявил:
– Если девушка того стоит, можно и весь город пробежать, чтобы побегать с ней рядом! Может, ты ему не особо нравишься?
Кларисса решительно сорвалась с места и побежала. Меньше всего ей хотелось обсуждать Марселя с Оскаром.
Навязчивый спутник догнал её, продолжив мысль:
– Ты аккуратнее с этим чернявым, французы сперва все такие романтичные, а потом решают разногласия кнутом. Для них женщины то же самое, что лошади.
– И откуда же у тебя такие глубокие познания о французах? Никак из американских блокбастеров!
– Не угадала! Я погуглил на днях! – Он хохотнул. – У тебя компьютер-то есть? Знаешь, что такое гуглить? Или ты вечерами в своём замке у окошка вышиваешь на пяльцах?
– Что я делаю по вечерам, тебя не касается!
Оскар изобразил пальцами пистолет и направил их девушке в голову.
– Прямо в цель. Ты покраснела!
Клариссе стало обидно. Неужели она настолько предсказуема? Вышивать не так и плохо.
– Я чаще читаю! – в оправдание сказала она, но парень захохотал над ней.
Его нападки ей надоели.
– Зачем ты здесь, Оскар? – прямо спросила Кларисса.
– Хотел убедиться, что ты не такая манерная и скучная, какой показалась. Но ты ещё хуже! Просто невыносима! Как твой француз тебя вообще терпит? Да как ты сама терпишь себя?
Ее терпение лопнуло. Кларисса повернулась и побежала в другую сторону. Но Оскар всё не отставал.
– Ты как робот! – он пихнул её в плечо. – Ты вообще хоть чувствуешь чего-нибудь? Может, тебя японцы сделали? Идеальная дочь! А богатая старушка тебя купила, чтобы коротать вечера за вышиванием в огромном замке! У тебя и родителей нет, а где они? Я не видел! Ну точно, я прав!
От подобных издёвок у Клариссы едва на глаза не навернулись слёзы. А бультерьер, раззадоренный поведением хозяина, поставил на неё свои лапы, оставив пыльные следы на штанине. Кларисса пихнула пса в массивную грудь.
– Оставьте меня в покое!
Но парень схватил её за руку. Они остановились у каменной высокой ограды, увитой плющом.
– Может, есть кнопочка, чтобы выключить тебя?
Кларисса перекинула косу за спину, гневно промолвив:
– Если кого и стоило бы выключить, это тебя!
И мысленно прибавила: «А лучше и вовсе не рожать!» И сама ужаснулась своим мыслям. Оскар вывел её из себя, она легко повелась на его дешёвые провокации и вот-вот была готова опуститься до его уровня.
  
– Оу! Да у тебя есть опция «Дерзить» – предусмотрительные японцы! А если так! – Он легко толкнул её в центр груди.