Системный Творец (СИ)

Что, если она могла их… очистить?
Сердце заколотилось где-то в горле, сжимаясь в комке дикой, безумной надежды. Это была авантюра, глупость. Я мог убить их вместо того, чтобы исцелить. Но бездействие убивало их гарантированно.
Я больше не думал. Я сорвался с места и быстрыми шагами направился к сторожке. Эдварн и другие встретили меня вопрошающими взглядами, но я прошел мимо, не говоря ни слова, и распахнул дверь.
  
Внутри было темно и душно. Люди Крона сидели на скамьях или на полу, кто-то всматривался в стены, кто-то просто уставился в пустоту. Крон поднял на меня взгляд — усталый, потухший.
— Макс? — его голос был хриплым.
— Я — я сглотнул, заставляя себя говорить четко и твердо, заглушая внутреннюю дрожь. — Я могу попробовать вас излечить, но ничего не обещаю. Однако у меня есть условие.
В сторожке воцарилась мертвая тишина. Все взгляды уставились на меня.
— Какое? — спросил Крон, и в его глазах мелькнула та самая искра, которую я боялся увидеть — искра надежды.
— Никто, никогда, ни при каких обстоятельствах не должен узнать об этом. Ни лекарь, ни капитан, никто. Вы должны дать слово. И вы должны сделать именно так, как я скажу. Иначе — никак.
Крон медленно поднялся. Он посмотрел на своих людей, видел в их глазах то же молчаливое согласие, что читалось и в его собственном взгляде. Они были на дне. Они были готовы на всё.
— Говори. — просто сказал он. — Мы согласны. На всё.
— Хорошо. — я выдохнул, чувствуя, как по спине забегали мурашки. — Тогда слушайте. Сейчас все садятся на пол, закрывают глаза и не открывают их до тех пор, пока я не разрешу. Не шевелятся, не издают ни звука, что бы они ни чувствовали. Понятно?
Они закивали, лица их были серьезны и сосредоточенны. Без лишних слов они опустились на грязный пол, прислонившись спинами к стенам или друг к другу. Веки их сомкнулись. Последним закрыл глаза Крон, кивнув мне.
В сторожке стало тихо. Слышно было лишь тяжелое, прерывистое дыхание обреченных мужчин да шум моего собственного сердца, колотившегося как сумасшедшее.
Я сделал глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в руках. Это было безумие.
— Мимио. — прошептал я, едва слышно. — Иди ко мне.
Помощник мягко спрыгнул на мою ладонь. Его свечение в полумраке сторожки казалось ярким, почти ослепительным. Он посмотрел на меня, и в его крошечных, светящихся «глазках» я прочел не детскую беззаботность, а странную, древнюю мудрость и готовность.
— Им плохо. — тихо сказал я, обращаясь к нему, как к живому существу. — В них что-то чужое, темное. Можешь ли ты… поделиться с ними своей силой? Своей энергией?
Мимио замер на мгновение, будто прислушиваясь к чему-то. Затем он мягко «мимкнул» и прыгнул с моей ладони на пол, к сидящим людям.
Он остановился и на мгновение затих, а потом началось.
Мягкое зеленоватое свечение, исходившее от него, вдруг усилилось. Оно перестало быть просто светом — оно стало плотным, почти жидким, похожим на медленный, тягучий поток жидкого изумруда. Этот поток начал растекаться по полу, касаясь ног сидящих мужчин.
Я замер, затаив дыхание.
Там, где свет касался кожи, происходило нечто невероятное. Серо-зеленые пятна заражения, те самые «спящие почки», начали… дымиться. Нет, это был не дым, это было нечто иное — тончайшая черная субстанция, похожая на пепел или пыль, которая поднималась из пор кожи и тут же растворялась в ярком свете Мимио, исчезая с тихим шипением.
Один из мужчин глухо застонал, сжимая кулаки. Его тело напряглось от боли, но он не открыл глаз. Другой затрясся, как в лихорадке. Крон стиснул зубы так, что на скулах выступили белые пятна.
Мимио, стоя в центре, словно дирижировал этим потоком жизни. Его собственное свечение немного померкло, стало более напряженным. Он отдавал. Отдавал ту самую «живую энергию», что хранил. Он выжигал заразу не огнем, а самой сутью жизни, противопоставляя чистую, сконцентрированную силу природы гнилостной псевдожизни Леса.
Я видел, как кожа на их спинах и плечах начинала менять цвет. Серо-зеленый мерзостный оттенок уступал место здоровому, розовеющему цвету плоти. Крошечные бугорки лопались и исчезали, не оставляя и следа. Напряженные мышцы расслаблялись, дыхание из прерывистого и хриплого становилось глубоким и ровным.
Процесс занял не больше пяти минут, но показался вечностью. Когда последняя черная пылинка растворилась в свете, Мимио пошатнулся. Его свечение стало тусклым, едва заметным. Он издал слабое «ми…» и медленно, как осенний лист, пополз обратно ко мне.
Я подхватил его на ладонь. Он был легким, почти невесомым, и дрожал мелкой дрожью. Я прижал его к груди, чувствуя, как что-то сжимается внутри меня от благодарности и тревоги. Спустя некоторое время помощник вернулся в Топор.
— Можно открывать. — тихо сказал я.
Они открыли глаза. Сначала нерешительно, потом с удивлением. Они смотрели на свои руки, трогали лица, ощупывали спины. В помещении повисло изумленное молчание, нарушаемое лишь тяжелыми вздохами облегчения.
— Боль… — прошептал один из них. — Боль ушла.
— И зуд… — добавил другой, с изумлением проводя рукой по совершенно чистой коже на своем предплечье.
Крон поднялся на ноги. Его движения были уверенными, без прежней скованности. Он повернулся ко мне, и в его глазах светилось нечто, что я никогда не видел прежде — чистая, безудержная надежда, граничащая со слезами.
— Макс… — начал он, но я резко поднял руку.
— Ни слова. Помните условие.
Он кивнул, сжимая и разжимая кулаки, будто заново открывая собственное тело.
И в этот момент пространство перед моими глазами дрогнуло. Знакомое голубоватое свечение, которого я так ждал и так боялся.
Событие: Очищение скверны.
Использована «Живая энергия» для подавления инфицирования низкого уровня.
Пациенты: 4/4. Успех: 100%.
Получено скрытое достижение: «Милосердие против природы».
Вам открыта новая ветвь Пути Созидания: Путь Целителя.
Путь Целителя
Истинное созидание — это не только создание нового, но и восстановление разрушенного. Вы постигли, что жизнь можно не только вырезать из дерева, но и вернуть плоти.
Стадия: Пробуждение (0.1%)
Эффект: Позволяет использовать «Живую энергию» для подавления болезней, ядов и низкоуровневых магических инфекций. Сила и эффективность зависят от уровня развития ветви и объема доступной энергии.
Требует: Наличие источника «Живой энергии» (Живой помощник, артефакты, иные носители).
Я стоял, не двигаясь, вчитываясь в каждую строчку. Путь Целителя. Это было… Это меняло всё. Система откликнулась. Она не просто дала мне умение — она открыла целое новое направление, новый Путь.
Я вышел из сторожки и кивнул Эдварну, стараясь, чтобы мое лицо ничего не выражало. Он смотрел на меня вопросительно, но я лишь мотнул головой в сторону лазарета.
— Получилось…
Мужчина замер на секунду, его взгляд стал изучающим. Но он лишь кивнул без лишних вопросов.
— Отдохни. — сказал он и повернулся к своим людям, чтобы отдать тихие распоряжения насчет «охраны» карантина, который больше не был нужен.
Я отошел в сторону, к тому же частоколу, и прислонился к нему спиной, чувствуя, как колени подкашиваются. Адреналин отступал, оставляя после себя пустоту и сосущую под ложечкой тошноту. Я зажмурился, пытаясь упорядочить хаос в голове.
Мимио… Он был слаб, очень слаб. Я чувствовал это через нашу странную связь — едва уловимое, тонкое эхо, которое было похоже на слабый шепот. Он потратил почти всю свою энергию, я осознавал это с кристальной ясностью. Но как? Раньше я не чувствовал его состояния, не мог измерить «заряд» его жизненных сил. Неужто это побочный эффект от нового Пути?
  
Открывшаяся ветвь Целителя дала мне не только возможность тратить, но и чувствовать «живую энергию»? Возможно. Система работала загадочными путями, и ее логика оставалась для меня тайной за семью печатями.