Номер двадцать шесть. Без права на ошибку (СИ)
Annotation
У меня нет памяти о прошлом, как и у всех жертв экспериментов мятежных магов, иначе я давно сошла бы с ума от того, что со мной сделали. Теперь я принадлежу без остатка семье Альтастен и обречена до конца своих дней не покидать родового замка в качестве бесправной подопытной игрушки наследника рода. Все, о чем я могу мечтать — дожить до рассвета. Вспомнить. Отомстить. Обрести вторую половинку утраченной сущности.
…Знать бы только, какая из двух моих половин принадлежит мне.
Однотомник.
Пролог.
Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5
Глава 6.
Глава 7.
Глава 8.
Глава 9.
Глава 10.
Глава 11.
Глава 12.
Глава 13.
Глава 14.
Глава 15.
Глава 16.
Глава 17
Глава 18.
Глава 19.
Глава 20.
Глава 21.
Глава 22.
Глава 23.
Глава 24.
Глава 25.
Глава 26.
Глава 27.
Глава 28.
Глава 29.
Глава 30.
Глава 31.
Глава 32.
Глава 33.
Глава 34.
Глава 35.
Глава 36.
Глава 37.
Глава 38.
Глава 39.
Глава 40.
Глава 41.
Глава 42.
Глава 43.
Глава 44.
Глава 45.
Глава 46.
Глава 47.
Глава 48.
Глава 49.
Глава 50.
Глава 51.
Глава 52.
Глава 53.
Глава 54.
Глава 55
Глава 56.
Глава 57.
Глава 58.
Глава 59.
Глава 60.
Глава 61.
Эпилог
Пролог.
Невольничий рынок, один из двух сохранившихся в Корине, расположен в пешей доступности от морского порта города Барат. Невольников привозят на специальных кораблях, именуемых в народе «людницами» — тяжеловесных деревянных посудинах с коричневыми парусами, чтобы ни пираты не трогали, ни иноземцы, ни свои, совесть потерявшие, а то ведь и такое бывает. С корабля сразу на рынок, очень удобно. Часть, конечно, едет прямым курсом в Митрак, столицу, обеспечивать многочисленные нужды королевского рода и придворного люда. Но для дворца рабов отбирают обычно отдельно, с прочими, предназначенными владельцам родовых замков и их многочисленным родственникам, а также просто разнородному знатному люду, избранные не смешиваются.
Да, кроме городов — больших, многолюдных, пестрых и бестолковых, есть в Корине и замки. Это они только так называются — замки. А по сути, каждый являет собой маленькую самодостаточную крепость, микрогород, включающий в себя кроме огромного фамильного дома еще и несколько деревень, поля и пастбища, порой ремесленные избы или даже небольшие мануфактуры, у кого что. У владельцев тринадцати замков немеряно земли, своя небольшая армия, храм кого-то из безымянных богов-покровителей, штат прислуги, и все это — обнесено стеною в три-четыре человеческих роста. Впрочем, в мирные времена, а войны случались в Корине нечасто, свободные обитатели замков активно участвуют в ярмарках, торговле, светской жизни…
Тринадцать именитых фамилий, тринадцать — по числу месяцев и богов. Родословная у них длиннее, чем уверения рыночного торговца в свежести его замшелых деликатесов. Вместе — потенциальная могучая сила. Или потенциальная угроза, единственная возможная угроза королевской власти.
Так думали до недавних времен, пока в прибрежном северном городе Старнике, где уже несколько столетий существовала единственная в королевстве Магическая Академия, не собрались сильнейшие коринские маги, решившие свергнуть короля Митаса и установить диктатуру магической силы, по факту — магический произвол. Противостояние продолжалось недолго, в результате маги были свергнуты благодаря участию иноземных, приглашённых Его Величеством наёмных магов, применению антимагического полога, а может, и еще каких хитростей, по большей части казнены или — за редчайшим исключением — пленены, а сам мятежный Старник разрушен и заперт, въезд туда под любым предлогом без королевского дозволения — категорически запрещен. Оставшиеся без возможности получения централизованного и полноценного образования, одаренные магически выходцы из знатных и зажиточных семей продолжали обучение на дому у частных наставников, если им удавалось найти таковых.
В то морозное утро третьего месяца холода купец Алар — простолюдинам, к коим он относился, запрещалось обладать именем длиннее четырех символов — отчаянно мерз на пронизывающем до костей морском ветру, словно его тщедушное тело атаковали не порывы воздуха, а тяжелые соленые волны. Двое стоявших по бокам стражников, очевидно, мечтали о том же, о чем и он — чашке горячего грога, куске хорошо прожаренного мяса и теплой постели.
Его невольники вели себя смирно. Да и было-то их всего семеро. Двое мужчин, угрюмых и молчаливых, с темной обветренной кожей — эти, вероятно, нарушали закон, а с преступниками в Корине разговор был короткий, либо смертная казнь, либо рабство. В иных государствах строят тюрьмы для всех нарушителей без разбору, вот уж роскошь — корми их да пои за просто так, приглядывай, чтоб не сбежали, наказывай — словно за малыми детьми смотри. Впрочем, задача Алара — доставить и передать товар в целости, а там уж пусть у других голова болит. Три женщины — одинаково суетливые, шумные, даже крикливые, хоть и на разных языках, средних лет, жилистые и крепкие — вероятно, работать будут хорошо, все клейменные, хоть тут проблем быть не должно. Возможно, проданные в рабство мужьями или даже детьми — в некоторых государствах такие законы, хоть волком вой. И ничего, бунтов не поднимают, между прочим. Шестой — худенький мальчишка-подросток, с откровенным ужасом смотрящий вокруг — этот-то как здесь очутился? Да кто его знает. Тонкокостный, изящный и смазливый, такого легче представить среди знатных за фехтованием, на конной охоте или в Митракской Академии наук и искусств. Если не будет сильно строптивиться, может и хорошее теплое место себе урвать. Таких парнишек любят брать в помощники старые бездетные мастера.
А седьмая была из этих. Алар старался не смотреть в ее сторону, но взгляд нет-нет да и выхватывал мягкие темные волосы с серебристыми всполохами, длинный, в пол, плотный черный плащ. Удастся ли сбыть ее Маду? И если нет, что с ней делать потом?
Мад появился, как и обещано, из капли в каплю — так говорили о времени здешние моряки — веселый, круглый и румяный, как свежезажаренная куриная голень. Обменялся рукопожатием с Аларом, побалагурил, по старой привычке, о чем-то давнем и общем, что с равной вероятностью могло и быть, и не быть, и только потом приступил к осмотру поступившего товара. Невольников давно уже привозили чаще на заказ — работоспособного возраста, выносливых и здоровых, от прочих избавлялись сразу же. Работать с представителем замка Альтастен — одно удовольствие, и требования четкие, и принятие решений быстрое, и оплата достойная. Женщин Мад забрал всех, чуть поколебавшись, кивнул и на подростка, а вот на мужчин посмотрел столь не вязавшимся с его благообразной наружностью тяжелым внимательным взглядом — и отрицательно покачал головой. Алар не стал настаивать или задавать вопросы — у него было много постоянных заказчиков. Ничего, пристроит и этих.
На безучастно смотрящую вперед темноволосую девушку Мад взглянул с любопытством.
— Кто это, Алар? Подарок за долгие годы сотрудничества? Или твоя зазноба? Хороша.
Девушка и впрямь была хороша — красивое лицо, большие темные глаза, словно прорисованные брови и пухлые губы, и даже проседь в волосах ее не портила, не белый иней, а серебро, слегка посверкивающее в лучах зябкого утреннего солнца.
— Подкинули мне, — Алар вздохнул, но честно добавил. — Она из Старника.
— Да ну? — Мад подошел поближе, но девушка продолжала сохранять полнейшую неподвижность и отстраненное выражение на лице. — Я думал, их уже никого не осталось.
— Большинство, говорят, уничтожено, кроме тех, кто признан… — купец понизил голос. — Безопасными. Она из таких. В остальном здорова, вынослива, клейма еще нет. Не девственница, так что можешь опробовать товар со всех сторон. Может, кому сгодится из ваших? Хоть на что?