Правление Штормов (СИ)

Караванщик аккуратно достал из костра длинную ветку и обгоревшим концом начал чертить на земле схему, показывая, как лучше подобраться к зверю. Окружающие подошли ближе, стараясь получше рассмотреть. Наярра поймала на себе несколько любопытных взглядов, но не более. Здесь, так далеко от Империи, люди, хоть почти никогда и не видели таких, как она, но все же были лишены почти всех предрассудков, связанных с её народом.
— …конечно, самым лучшим было бы вообще не повстречать их, но готовиться всегда стоит к худшему. К тому же на поверхности звери чаще всего сбиваются в стаи из нескольких особей.
— Целая стая таких, как тот… — не выдержав, выдохнул кто–то.
— Не таких, — жестко отрезал караванщик. — Тот был еще детенышем. Только потому его и смогли поймать. Взрослые мало того, что куда крупнее, еще и плюются кислотой. Под землей с её помощью они себе в скалах ходы пробивают.
Наярра оглянулась на повозки и наконец поняла, почему они выглядят именно так. Хорошо укрепленные, защита животных… Караванщики хорошо знали свое дело.
После инструктажа притихшие люди разошлись готовиться ко сну. Главный негромко переговаривался у костра с Гридом. Отшельник что–то втолковывал, оживленно жестикулируя зажатым в кулаке пучком трав. Караванщик внимательно щупал, нюхал, но за кошель браться не спешил.
Лесная подалась было помочь, но потом поняла, что совершенно не хочет этого делать. А хотелось только посидеть где–нибудь подальше, в тишине и одной. Она нашла упавшее дерево в зоне внимания дозорных, устроилась на нем и запустила зубы в прихваченную за ужином краюху. Хлеб закончился быстро, но хандра уходить не спешила.
Незамеченным подкрасться к иррту было почти невозможно, но девушка была настолько погружена в свои мысли, что вздрогнула, заметив имперца только когда он опустился на поваленный ствол рядом с ней.
— Рассказывай, — просто сказал он, когда она развернулась в его сторону.
— Что рассказывать?.. — удивилась девушка.
Венс не ответил, продолжив ждать. И даже голову повернул куда–то в сторону.
Наярра вздохнула.
— В городе… ну, когда мы дрались со зверем. Я… — она замялась.
— Остановила его, — закончил имперец. Смотрел он теперь только на нее.
— Да.
Он продолжил молча смотреть, словно специально создавая паузу, которая требовала заполнения.
— Так нельзя делать, — наконец выдавила ирртка. Даже произнести это оказалось сложно. — Эта сила… Нельзя вредить. Это очень плохо.
Она замолчала, уставившись себе под ноги.
Какое–то время было тихо. Разве что чуть слышно доносился треск костра, да свист какой–то ночной птицы.
— Все ошибаются, — наконец заметил Венс.
Наярра хмыкнула. Не то чтобы она хотела утешения, но на него это и не тянуло.
— Но ты сделала это, чтобы помочь мне, — продолжил мужчина. — Спасибо.
Больше они ни о чем не говорили. Но уже позже, засыпая, Наярра поняла, что ей почему–то стало легче.
* * *
Наутро от расслабленной атмосферы первых дней пути не осталось и следа. Стихли все разговоры между новичками, охранники бдительно вглядывались в горизонт. Более опытные посмеивались над их страхом, но и они стали заметно внимательнее.
Дорога взобралась на очередной высокий холм и ухнула вниз, рассекая надвое широкую долину. Стало ощутимо теплее, да и влажность выросла в разы. Траве и кустам эти изменения пришлись по вкусу, и буро–зеленые пятна стали попадаться все чаще. За их пределами земля превратилась в сухую потрескавшуюся корку. Из трещин пошире иногда вились струйки пара.
Плиты дороги начали иногда разъезжаться в стороны, пару раз даже пришлось осторожно огибать провалы. Неглубокие, но достаточные для того, чтобы тяжело груженые повозки повредили колеса.
А однажды даже попался не провал, а целое озерцо, наполненное жидкой кипящей грязью. Исходящий от него запах заставил многих облегченно выдохнуть, когда караван наконец проехал мимо.
— Однажды из такого целого кабана вытащили, — заметила Кейл. — Вареного уже. Даже выскочить не успел, бедолага.
 
Ночевка была беспокойной, несмотря на удвоенное число дозорных. Наярра и вовсе не поняла толком, спала она или дремала урывками, поэтому монотонность и тряска следующего дня начали убаюкивать её. Приходилось усилием воли держать глаза открытыми. И не терять из виду оружие. Еще в первый день пути главный осмотрел её экипировку, недовольно разворчался и выдал одно из запасных копий. Ирртка почувствовала себя куда увереннее, оружие было привычным, хоть и длиннее, чем у лесных. Девушка то и дело перебирала пальцами по хорошо отшлифованному дереву, пока не заметила, что это усыпляет еще сильнее. Она сердито встряхнулась и заставила себя внимательно осматривать каждый придорожный куст.
В полдень с головной повозки заметили свежие грязные следы, пересекавшие дорогу, и по цепочке передали предупреждение остальным. Это подействовало лучше, чем прыжок в ледяную воду, мгновенно прогнав остатки дремоты. Пассажиры обеспокоенно жались друг к другу. Сидящий рядом со служителем паренек, по виду, чей–то подмастерье, негромко бросил пару фраз: что–то на северном. Наярра поняла половину, Мевор же совсем ничего, и вопросительно посмотрел на Кейл.
— Говорит, зачем вообще кто–то придумал тут ездить, — весело пояснила та. — Посидели бы до конца лета дома, не облезли бы.
— Тоже мне загадка, — отозвался Венс. — Деньги.
Сегодня место у возницы занял рослый детина, не раз уже проезжавший тут и лучше знавший, куда и на что обращать внимание. Имперец же переместился в хвост повозки.
Кейл кивнула:
— Точно. Орфрад оплачивает все это. И щедро. Что этим неженкам с побережья вовсе не лишнее.
Венс одобрительно поднял бровь.
— Это сумасшествие, — отозвалась Наярра. — Лишний раз рисковать просто ради денег?
— А вы рискуете собой ради обычаев, — заметил имперец.
— Да ладно, не большее, чем наниматься в охрану к какому–нибудь престарелому богатею, — отмахнулась Кейл, — Чьи родственники спят и видят, как бы наконец начать распоряжаться его состоянием.
— …или чем «год великой победы» орфрадцев, — пробурчал служитель.
— Это было лет пятьдесят назад!
— Но систему восстановили, и в любое время готовы повторить это. Если обрушить скалы на свой город, чтобы уничтожить захватчиков, и считать это победой, не сумасшествие и варварство, то я уж и не знаю, что им будет являться.
Ко всеобщему удивлению Кейл не стала спорить:
— Ну да, северный народ, они такие. Гордые, и на опасность им плевать. Но городскому совету тоже не улыбается снова два года откапывать все, и еще пять восстанавливать, так что они теперь предпочитают делать ставку на наращивание стен и обучение стражи.
— В Империи бы сразу озаботились наилучшим образом… — снова завел свою песню служитель, и у Наярры зачесалась рука отвесить ему уже давно заслуженную затрещину, но тут со стороны замыкающей повозки послышался треск и возгласы.
Главный скомандовал обстановку, и быстро выяснилось, что ничего страшного не произошло, просто заднее колесо соскользнуло и провалилось в выбоину, наполненную жидкой грязью.
Вытащить тяжело груженую повозку даже без пассажиров было той еще задачей, и с каравана споро собрали тех, кто был покрепче с виду.
Венс поднялся и потянулся было расстегнуть ремень ножен, но Кейл остановила его:
— И не думай. Да, так не слишком удобно, но без оружия в этих краях даже отлить не отходи.
Под руководством главного часть вещей с повозки отвязали и переложили на другие. Не занятых в процессе караванщик распределил вокруг, приказав сторожить.
 
Наярра сжимала в руках копье, бдительно всматривалась и вслушивалась, но, казалось, все было тихо. И все же нервозность из–за остановки ощущалась. Как будто если двигаться вперед, то сразу становилось безопаснее.
Под злополучное колесо подложили заранее припасенные доски, и повозка заходила ходуном, подпихиваемая вперед. По счастью грязь в яме оказалась едва теплой, но спустя недолгое время ей оказалось покрыто всё и все вокруг. По команде борта качнулись вперед последний раз, и повозка с негромким треском выскочила на дорогу. Возница отпустил поводья, давая быкам передохнуть и подошел к главному, внимательно осматривавшему видимую часть задней оси.