Правление Штормов (СИ)

Неслышно просочившийся через боковую дверь прислужник осторожно подошел к Тонаду и, шепнув ему что–то на ухо, почтительно застыл позади кресла.
— Брандис прибыл, — глава бросил вопросительный взгляд на гостей и, после их согласия, махнул рукой слуге. Тот с той же скоростью исчез.
Вошедший спустя некоторое время человек сразу словно перетянул на себя всеобщее внимание. Он был средних лет, но фонтанировал такой энергией и жизнелюбием, что через какое–то время начинал казаться куда моложе.
С порога рассыпавшись в извинениях за свою задержку, он столь же почтительно осведомился у гостей, хорошей ли была дорога, а затем, уяснив цель их визита, предложил воспользоваться уже его гостеприимством, так как отчеты обо всех нападениях и облавах обычно стекались прямиком к нему. Заодно, при желании, можно остаться у него и на ночь, если его скромное жилище устроит…
— Вполне устроит, — Тнар прервал его, обратив внимание на все больше и больше оседающего в подушки Тонада. — Наши люди пока расположатся здесь.
— …честно сказать, уже и не знаем, что еще придумать, — поведал заместитель, когда они выехали со о двора главы. Алый с Брандисом ехали впереди, Император, пользуясь моментом, чуть отстал и осматривал город. Двое гвардейцев следовали за ним. — Увеличили численность стражи, часть из них регулярно сопровождает караваны, но на хорошо вооруженные группы никто как правило не нападает. Зато в одиночку никто уже и не рискует за городские ворота выходить. Охотники тоже все больше недалеко забираются, а то и в охрану подались, вот и падают поставки… Истинное чудо нужно, чтобы хоть что–то изменилось.
— Чудо, говоришь? — Алый усмехнулся. — Нас тебе, стало быть, недостаточно?
— Простите великодушно, — Брандис поклонился, насколько позволяло седло, и от души улыбнулся. — Я вырос в Степях, и каждый день благодарю господина Вадгора, который разглядел меня и доверил беречь вверенные ему земли и людей… Но до сих пор я никогда не видел кого–то из вас вживую. Разумеется, я знаю, многое слышал, но всегда хотелось увидеть вашу силу самому. Прошу меня простить за дерзость, — он еще раз поклонился.
Сказанные кем–то другим, эти слова и впрямь могли бы показаться дерзкими, но произнесенные настолько обаятельным человеком, нашли дорогу даже к казалось бы непробиваемому Тнару.
— Можешь не извиняться, — ответил он. — А что до проблемы вашей… посмотрим.
Между тем, город, через который они ехали, не выглядел таким уж сильно бедствующим. Тоскливая осенняя погода и резко усилившаяся морось окрашивали все в серые, унылые тона, но и за ними прекрасно были видны красивые площади, хорошие, крепкие дома, вовремя ремонтируемые улицы и даже изредка попадающиеся по пути статуи. Как бы не шли дела, следили за порядком здесь неплохо.
Император, отмечал все это, молча слушая все более оживленный разговор впереди. И вопреки всему этому все больше и больше мрачнел.
Нет, не было чего–то явно неприятного, но он узнавал ситуацию. Он уже видел таких людей раньше. И конкретно этот человек очень напоминал ему его бывшего сотника, благо того скоро перевели командовать другим отрядом.
А еще сильнее он был похож на главного мастера в ближайшем к его родной деревне городе. Который был так же мил, вежлив и почтителен с теми, кто стоял выше него, но совсем иначе вел себя с теми, кто был от него зависим… Ко всему прочему, он не брезговал и откровенными поборами, да и вообще творил что хотел, пользуясь хорошими связями и тем, что на свое место он попал и держался на нем в основном именно благодаря им.
Император еще сильнее нахмурился, вспомнив, как его отец именно из–за этого человека был вынужден уйти из гильдии, променяв сытую и спокойную жизнь талантливого резчика по дереву на тяжелую рыбацкую стезю. По той же причине и сам Император предпочел стать вольным самоучкой, а потом пойти в армию… впрочем, то было дело прошлых дней.
Но вот именно сейчас ему очень и очень не нравились взгляды, которые бросали на Брандиса люди, когда думали, что на них никто не смотрит. Император привык к постоянному вниманию, но здесь смотрели иначе. И не на него.
 
Город был запуган. Но только ли разбойниками?..
Он почувствовал, как в нем медленно поднимает голову ярость.
Алый натянул поводья и развернул коня, увидев, что Император спешивается у ближайшего городского колодца. Гвардейцы мгновенно застыли рядом, одним своим видом заставляя людей почти мгновенно очистить площадь, но Император успел жестом остановить одну из женщин и приказал ей подойти.
Пока та, с явной опаской посматривая на его охрану, приблизилась, он неторопливо размотал ворот с цепью, опустив ведро в воду. Подождал, пока женщина поклонится, и снова взялся за рукоять.
— Ну и как вам живется здесь в такое нелегкое время?
— Н-нелегкое, господин?..
— С разбойниками в лесах, — он сделал паузу, зачерпывая из ведра висящим на крюке у колодца ковшом. Так же медленно снял шлем и отпил, наблюдая за сменой выражений лица у женщины и давая ей собраться с мыслями.
— Да, господин, ужасная напасть это. Но в остальном, благодаря Пятерым, все хорошо, значит и с этой скоро справимся.
— Спасибо за ответ. Можешь идти.
Он надел шлем, обошел снова склонившуюся перед ним горожанку и вскочил в седло, подавая остальным знак следовать дальше. Все, что ему было нужно, он выяснил.
Дом Брандиса стоял на широкой улице, почти на окраине. И если и отличался от поместья главы города более скромными размерами, то по части богатой отделки вполне мог посоревноваться и даже выиграть. Навстречу прибывшим распахнулись ворота, и с десяток хорошо вооруженных людей вышли наружу и выстроились в две почетные шеренги. Все спешились, и подбежавшие слуги тут же увели животных.
— Моя дружина, — заместитель кивнул в сторону ворот. — Сам по одному выбирал, по деревням окрестным только с ними и езжу. И надо сказать, то, что кого–то из разбойников удалось выследить и поймать — в основном этих ребят работа.
Тнар внимательно осмотрел бойцов и одобрительно кивнул. «Ребята» и в самом деле выглядели так, словно ударом кулака могли завалить медведя, а затем закинуть его на плечо и донести до дома.
Император тоже смотрел. Но не на них, а вокруг. И снова замечал перемены. Если на Брандиса смотрели искоса, с тревогой и страхом, то на его бойцов старались не смотреть вовсе. И лица людей выражали совсем другое.
Ненависть.
— Не то чтобы я предлагаю, но я бы посмотрел на одного из этих против кого–нибудь из обученных у Витрия, — заметил Алый, затем покосился за спину Высшему — Ну кроме твоих восьмерых конечно. С ними без вариантов. Ладно, пошли. Дела сами себя не закончат.
— Разумеется! Если хотите, можете сперва отдохнуть, у меня настоящая парная есть, по чертежам из Авруны делали, как раз недавно…
— Стоять.
Сказано это было вроде негромко, но тон был таким, что все вокруг мгновенно умолкли.
— Подойди.
Заместитель, которому это было адресовано, побледнел и медленно приблизился, двигаясь как мышь, смотрящая в пасть удава.
Император снова снял шлем и перебросил его гвардейцу, который, казалось, отреагировал раньше, чем кто–то успел заметить движение. Затем, не отрывая взгляда от словно ставшего меньше ростом Брандиса, вытянул руку по направлению к его дому.
…потом он не мог вспомнить, о чем именно он думал, и думал ли вообще. Хотел чего–то конкретного или же просто его тело двигалось само по себе, как кораблик из щепок, увлекаемый ручьем куда–то вперед.
Как во сне, он почувствовал волны силы, расходящейся по телу, и от плеча до кисти его руку оплели ярко–синие спирали света, сорвавшись с пальцев чем–то вроде размытой, почти невидимой глазу сферы.
 
Дом взорвался изнутри с такой силой, что кусок узорчатого, дорогого наличника, воткнувшийся в деревянную ограду, застрял в ней, пробив доски насквозь. В ужасе отшатнувшихся людей накрыли прозрачные голубоватые куполы, надежно защищая от обломков, но пропуская все звуки и давая рассмотреть зрелище до мельчайшей детали.