Принцесса Пограничья. Фея (СИ)

— Какое Право ты имеешь на Искупление, когда даже Выбор сделать не можешь! Но если еще не передумала…
И опять, как и в самом начале, вновь стоящий напротив девушки демон Заразы. Упершийся в ее «сокровенное место» яйцеклад. Лапы на плечах. Произнесенная откуда-то сбоку неожиданно спокойная и даже деловито звучащая фраза:
— Так что, оставляем как есть? Ты готова?
Увы, но… Рейна тоже не смогла. От ощущения своей безвольности из глаз хлынули потоком слезы, а непослушное горло уже торопливо выталкивало:
— Не-е-т, прошу…
— Тогда чего ты хочешь?
— Жи-ить.
— Не слышу.
— Жить!
— Хорошо.
…
Кэвин, стоящий перед Рейной и с недоумением рассматривающий кончик каменного острия, торчащий из груди. Вышедшая из-за его спины девочка, наблюдающая за медленно падающим навзничь телом. Грустный и усталый, почему-то совсем без насмешки, голосок:
— Да, он умереть именно так. Но это быть только его Выбор.
…
Демон Заразы, бессильно повисший на вытянувшихся и пронзивших все его тело щупальцах другого чудовища. Рычащие, складывающиеся во фразу звуки:
— А это уже мой и опять не принадлежит тебе.
…
Упавший на поляну труп гигантского паука. И медленно, как будто с каким-то усилием, изменяющаяся фигура монстра со щупальцами, постепенно превращающаяся в юную обнаженную девушку с белоснежной кожей, распущенными длинными серебристыми волосами и залитыми чернотой глазами. Вот она делает шаг к Рейне и… за ее спиной распахиваются пепельные крылья. Ангел?!
— Я не принимаю такого Искупления и в наказание лишаю Права на собственную судьбу! Да будет так!
Содрогнувшееся пространство. Странное ощущение прошедшей невидимой волны, как будто забравшей изнутри нечто важное. Что происходит?
— Это цена твоей глупости, Рейна. И поверь очень небольшая. А сейчас…
Рвущаяся паутина, падение и тонкие руки, подхватившие тело. Правда, держит его уже фигура в плаще с накинутым на голову капюшоном.
— Давай-ка выбираться отсюда, моя новая младшая. Все закончилось.
Конечно, Рейна попыталась что-то произнести и спросить, но… до этого почти не воспринимаемая из-за происходивших событий боль вдруг напомнила о себе, резко опоясав все тело, как будто его облило кипятком. Затем заставила изогнуться в судороге и зажмурить глаза от вонзившихся под веки игл. А следом неожиданно обожгло огнем в груди, вызывая мучительный спазм с невозможностью вдохнуть.
…
Несколько мгновений вновь подступающего страха, что она все же сейчас умрет. Твердая поверхность под спиной, ладошка приподнимающая затылок и…
…
Неожиданно что-то теплое и мягкое прижалось к губам, а надавившие на подбородок пальцы заставили открыть рот. Язык вдруг стал переплетаться с чем-то проникшим внутрь и заставляющим глотать какую-то стекающую по нему жидкость. Потом еще раз. И еще. Желание вдохнуть воздух и боль в груди пропали. При этом теплая мягкость продолжала скользить по губам, вызывая странный приятный зуд, потихоньку начинающий распространяться по всему телу и вместе с каждыми глотком попадающей в горло жидкости убирающий боль от прокатывающихся по нему непроизвольных конвульсий.
Вдруг все ощущения на губах и во рту пропали. Рейна невольно подалась вперед, чтобы вернуть, но была удержана с прозвучавшими опять насмешливо словами:
— Хорошенького понемножку, младшая. Рад, что тебе понравилось, и обязательно повторим, только слишком большое количество моей слюны скорее навредит, а не вылечит от яда.
Честно сказать, в этот момент Рейне было уже слишком хорошо, чтобы думать над сказанным. Правда, глаза по-прежнему не открывались, одаривая каждую попытку появлением колючек, но зачем оно надо? Если бы еще только кожу перестало жечь, особенно между ног. Тогда бы все было замечательно. На это она и пожаловалась, стараясь показать рукой:
— Ай, больно-о-о… там… и тут…
Получив в ответ задумчивое:
— Да, вижу сам. Проблема, однако. Бабушкина мазь у меня в основном от порезов да царапин. С такими ранами и повреждениями от яда тоже справится, но хуже. Боль почти не уберет, и шрамы точно останутся, а Печать не создашь — сестренка отключилась вместе с Источником. Остается одно… э-эх, младшая, опять в долги залезаешь, не расплатишься ведь…
 
Прикосновение пальцев к телу исчезло, заставляя Рейну вздрогнуть в испуге, вдруг ее такую беззащитную и маленькую бросят (хнык), но тут неожиданно руки и ноги что-то оплело, подвешивая в воздухе. Девушка непроизвольно заскулила от прошедшей по коже болезненной волны:
— Ай-ай (хнык).
Перекатывающийся рык, складывающийся в слова:
— Знаешь, все же такие вещи надо делать в постели и взаимно, а не так, как будет сейчас. И то чем ты запачкана, особенно между ног, совсем не напоминает взбитые сливки!
Короткое ощущение жуткого холода, на мгновение окутавшее тело, и вызвавшее вместе с ознобом уже откровенный плач со всхлипываниями:
— Бо-ольно-о-о (хлюп-хнык)…
— Зато чистая! Ну, более-менее (нюх-нюх). Запах, конечно, еще есть и… похоже, моя слюна в сочетании с паучьим ядом обладает очень интересным побочным эффектом. Надеюсь, что непостоянным и завтра «агукать» не будешь, тем более кружевные тонкие трусики на тебе будут смотреться все же гораздо лучше, чем подгузники, младшая. Хм… ладно, хватит тянуть.
И Рейна неожиданно почувствовала, как что-то горячее, шершавое и очень сырое начало ходить по телу тщательно обрабатывая его и не упуская ни одного места. Постепенно боль растворялась, принося невероятное облегчение, и благодарное сознание стало потихоньку уплывать в темноту. И уже только смутно девушка восприняла, как ее опять положили, затем в некоторых местах чем-то помазали и тщательно замотали.
Потом было ощущение мягкого одеяла, прижавшегося к боку теплого тела и уже почти не услышанные слова:
— Наконец-то. Как же я устал. Все, спокойной ночи, младшая. Можешь с утра, если приспичит, смело «ходить» под себя. Пока не высплюсь, даже не пошевелюсь. Не переживай, специально тряпку дополнительную накрутил. Считай это первым наказанием в новой жизни. И благодари богов, что про настоящее Искупление тебе будет объяснять уже мой «изначальный»…
  
Глава 2. Благими намерениями… Часть 2
 
Высший демон Элинэ. Чуть ранее…
Я был в ярости.
Нет, по сути, нормальное состояние для истинного демона. Все-таки это наша основная характеристика, позволяющая преобразовывать духовную энергию в Силу. Более упрощенно — эмоции, причем свои тоже прекрасно подходят и часто бывают единственным источником. Конечно, если не считать захваченные души. Ну а коэффициент преобразования, скорость накопления и максимальный объем определяют твой уровень Воли и соответствующий ранг в демонической иерархии. Правда, это очень поверхностно, поскольку параметров больше десятка.
Причем никакого отношения к Первостихиям ярость не имеет, хотя прекрасно с ними сочетается, особенно с Тьмой, собственно говоря, в которой часто и живем, используя энергетическую форму для существования. Естественно, не каждый демон способен сохранить при этом физическую оболочку. И не всякая сущность, пребывающая в этой стихии, является демоном, даже если она им считается. Нюансов много, но перечисление можно сделать. Так, коротенько, минут на сорок, больше думаю не надо…
…
Фух-х… прочел сам себе лекцию и немного успокоился. Стало легче. Увы, не в том я сейчас состоянии, чтобы контролировать и преобразовывать такой объем отрицательных эмоций, пускай и собственных. Правда, ангел тоже очень здорово подсобляет, хотя вроде пернатым по статусу злиться не положено, пускай и падшим. Кстати, я уверен, осознавай себя «изначальный», то обязательно присоединился бы к нам. Может оно и хорошо, что его сейчас нет — явно наделал бы глупостей, а остыв, жалел. Человеческая сущность не всегда способна обуздать свои чувства и по жестокости часто превосходит демонов, тем самым приводя их в искреннее восхищение, недаром истинные многое переняли у людей, включая внешний облик.