Хулиган-ство мирового масштаба (СИ)
— На деревьях! — фыркнула Шиго. — Дрю, они серьезно думают, что мы эко-экстремисты?
— А мы разве не экстремисты? — задумчиво ответил я. — Мы экстремально хотим, чтобы мир был красивым.
Настоящее веселье началось, когда коалиция добилась принятия «Закона о защите промышленных объектов от несанкционированного озеленения». Двадцать три страницы юридического бреда, суть которого сводилась к тому, что сажать цветы без разрешения теперь приравнивалось к терроризму.
— Слушайте этот перл, — читала Лорен с ноутбука, — «Пункт 15: запрещается использование любых семян с целью создания эстетически привлекательных композиций на территории предприятий». Пункт 23: «Лица, уличенные в выращивании цветов, подлежат аресту как экологические экстремисты».
Норман поправил очки:
— Внучка, а есть ли в этом законе хоть что-то разумное?
— Есть! — торжествующе воскликнула Лорен. — Пункт 47: «Данный закон не распространяется на предприятия, имеющие действующую федеральную лицензию на экологическую деятельность».
Мы все уставились на неё.
— И?
— А «и» в том, что согласно федеральному закону 1987 года, каждое промышленное предприятие ОБЯЗАНО иметь на территории не менее пяти процентов зеленых насаждений для получения экологической лицензии! — она хитро улыбнулась. — И угадайте, у скольких заводов из коалиции есть действующие лицензии?
— Ноль? — предположил я.
— Хуже! Минус три! — она захихикала. — Они умудрились нарушить требования сразу несколько раз! «МегаХем Корп» не только не имеет озеленения, но еще и засыпал соседний парк химическими отходами. «Токсик Индастриз» вырубил деревья, которые городская мэрия специально для них посадила. А «Загрязнитель и Сыновья» построил парковку на месте заповедника! Они умудрились нарушить даже базовые требования типа «траву не бетонировать» и «цветы топором не рубить»!
Я почувствовал приближение очередной гениальной идеи.
— Лорен, а что, если мы поможем им получить лицензии обратно?
— Как именно?
— Экстренное озеленение! По решению суда! С принудительным восстановлением экологических стандартов!
Операция «Законное озеленение» началась в тот же день. Лорен подала сразу сорок семь исков против участников коалиции за нарушение экологического законодательства. К вечеру половина заводов получила предписания «немедленно привести территории в соответствие с требованиями».
А мы… мы просто помогли им это сделать.
— Операция «Помощь закону», — вещал я в рацию, наблюдая, как прихвостни разгружают семенные бомбы у ворот «МегаХем Корп». — Сегодня мы не террористы. Мы помощники правосудия!
— «Ромашка-1» на позиции, — отозвалась Шиго. — Дрю, а ты уверен, что это законно?
— Абсолютно! У нас есть судебное предписание!
Действительно, Лорен умудрилась добиться решения суда о «принудительном озеленении нарушителей силами волонтерских организаций». А PLANT-BUSTERS теперь официально зарегистрированы как «Общество содействия исполнению экологического законодательства».
— «Дуб-2» готов к высадке принудительных петуний!
— «Кактус-4» запускает законные семенные бомбы!
Самым смешным было наблюдать реакцию охранников. Они получили строгий приказ «не пускать террористов с цветами», но одновременно не имели права препятствовать исполнению судебного решения.
— Стойте! — кричал начальник охраны. — Вы не можете здесь сажать!
— Можем! — невозмутимо отвечала Шиго, показывая документы. — У нас есть разрешение суда на принудительное озеленение вашей территории!
— Но… но вы же террористы!
— Мы волонтеры! — хором ответили прихвостни, продолжая высаживать тюльпаны.
Охранник хватался за голову:
— Тогда почему у вас позывные «Кактус» и «Дуб»?!
— А какие должны быть у волонтеров-садоводов? — искренне удивился «Фикус-3». — «Альфа» и «Браво»?
К концу недели ситуация стала совсем абсурдной. Коалиция промышленников судилась сама с собой: они требовали отменить закон об озеленении, который сами же инициировали для борьбы с нами.
— Господин, — с трудом сдерживая смех, доложил Норман, — директор «Токсик Индастриз» публично заявил, что «принудительная красота хуже принудительного уродства».
— А директор «МегаХем Корп» потребовал признать петунии «оружием массового поражения», — добавила Лорен.
— Оружием массового поражения! — я едва не упал со стула от смеха. — Петунии!
Но самой смешной была реакция СМИ. Журналисты не знали, как освещать ситуацию, когда «террористы» действуют строго по закону, а «жертвы» сами этот закон и приняли.
— В сегодняшних новостях, — растерянно бубнила ведущая, — группировка PLANT-BUSTERS продолжает свою террористическую деятельность, строго соблюдая все юридические требования и действуя исключительно в рамках закона…
— Блестяще! — прокомментировала Шиго. — Мы стали первыми в истории террористами, которые терроризируют людей законопослушностью!
Вечером того дня, когда последний завод коалиции был принудительно озеленен, мне позвонила Ким Поссибл.
— Драккен, — в голосе звучала полная растерянность, — мне нужно с тобой поговорить.
— О чем, мисс Пять-с-плюсом?
— О том, что происходит! Организация Героев получила заказ тебя остановить, но… но ты же ничего не нарушаешь! Ты действуешь по закону!
— И это тебя беспокоит?
— Беспокоит! — она почти кричала. — Меня просят арестовать человека за то, что он сажает цветы! ПО РЕШЕНИЮ СУДА!
Интересно. Очень интересно.
— И что ты думаешь об этом? — осторожно спросил я.
Долгая пауза.
— Я думаю, что мир сошел с ума, — тихо ответила Ким. — Вчера я видела репортаж. Охранники «МегаХем Корп» вырубали деревья рядом с детской больницей. Дети плакали у окон, Драккен. Маленькие дети плакали, потому что у них отбирали деревья, которые ты посадил.
Я почувствовал, как что-то сжимается в груди.
— А что сказала тебе Организация Героев?
— Что «интересы бизнеса важнее детских капризов». — В голосе прозвучала горечь. — Детских капризов, Драккен! Они назвали желание детей видеть цветы капризами!
— И ты согласна с этим?
Еще одна пауза.
— Нет, — твердо сказала Ким. — Я не согласна. Поэтому и звоню. Завтра утром пришлют спецгруппу для твоего ареста. Якобы ты «подрываешь экономическую стабильность цветочным терроризмом».
— Благодарю за предупреждение.
— Драккен… а что, если я не приду завтра? Что, если я… заболею?
Я улыбнулся.
— Тогда ты не придешь. Выбор всегда за тобой, мисс Поссибл.
После звонка я долго сидел в кресле, обдумывая происходящее. За окном в саду раздавались странные звуки — то ли работал компрессор, то ли кто-то пытался завести старый мотоцикл.
— Норман! — позвал я. — Что там происходит в саду?
— Ничего особенного, господин, — невозмутимо ответил дворецкий, но почему-то в защитной каске и с респиратором на шее. — Просто… садовые работы.
В этот момент из-за дома поднялся столб розового дыма.
— НОРМАН!
— Всё под контролем, господин! Это запланированная часть… эксперимента.
Из сада донеслось что-то похожее на взрыв петарды, после чего в воздухе замерцали зелёные искорки.
— Дрю, — осторожно сказала появившаяся Шиго, — а почему у нас во дворе звучит похоже на фейерверк?
— Это… подготовка к завтрашнему дню, — уклончиво ответил я.
— Какому завтрашнему дню?
— Очень важному дню. Дню, который войдет в историю PLANT-BUSTERS.
Шиго прищурилась:
— А розовый дым?
— Неудачный эксперимент.
— А зелёные искорки?
— Удачный эксперимент.
— А Норман в каске?
— Меры предосторожности.
Из сада раздался приглушенный вопль одного из прихвостней: «Она слишком большая! Мы не можем её поднять!»
Шиго медленно повернулась ко мне:
— Дрю. Что. Ты. Задумал?
— Сюрприз, — невинно ответил я. — Завтра будет очень важный день для нас. Для PLANT-BUSTERS. Для всего мира. Так что будь готова.
— Готова к чему?