Я, два вампира и дракон
– Ну не знаю, Марко… – протянула я, все еще не убежденная его доводами.
– Да чего тут знать? – Вампир аж привстал, голубые глаза загорелись энтузиазмом. – Я тоже все сомневался. Отец подобрал меня подростком, просто из жалости к мальчишке, который с голодухи пытался украсть у него еду. Мне дали вырасти и не принуждали стать частью семьи. А я по юности думал: «Фу блин, че я буду как эти унылые вампирские хрены, даже на улицу днем не выйдешь…» А потом обнаружил у себя первые седые волосы. – Он постучал по белобрысой голове. – И понял, что хватит ждать. Тебе сколько там – тридцать один год? Самый расцвет. И не соплячка, и не старуха. Если с Костей ничего не выйдет, к тебе полдеревни будет набиваться в женихи. Особенно Харальд, гном наш. У них, ну, там, с гномскими женщинами плохо все…
Взглянув на мое лицо и сообразив, что тема уехала куда-то не в ту сторону, Марко быстро сменил русло разговора:
– Короче, станешь ты вампиром. Представляешь, нападет на тебя в следующий раз Дитрих, а ты его хвать зубищами – и голову откусила. Вот это будет внезапный поворот! Это тебе не сделки с демонами заключать.
Я закатила глаза. Да, поворот очень в стиле Марко.
– Кстати, – спохватился он. – А что ты предложила Леонарду в обмен на помощь? Ты же не продала ему в рабство себя или Серениту?
Телефон очень удачно звякнул в этот самый момент. Просмотрев присланные в мессенджер сообщения, я ухмыльнулась и протянула телефон Марко. После прочтения и одного взгляда на фотографию у того округлились глаза.
– Фотка размытая, но я эту морду в каком угодно виде узнаю. Ты отправила Леонарда соблазнить свою начальницу? Ни фига ты коварная женщина.
Я пожала плечами:
– Леонард настаивал на том, что в этот раз ему нужна ночь с женщиной. Я как-то не по демонам совсем, а Дарья, наоборот, любит таких мужчин – стильных, роковых, с червоточинкой. Он притворился обычным человеком, бывшим военным, пообещал никому не вредить. И вот… – Я пролистнула пару сообщений, показав их вампиру. – Я предупредила, что Леонард – мой знакомый. Дарья была настолько впечатлена таким мужчиной и моим сводничеством, что согласилась продлить мне отпуск. Я же пропустила свой самолет в Москву, надо было что-то с этим придумывать.
– Да ты хитрая лиса, – восхитился Марко. – И ты еще думаешь, оставаться тебе в Серените или нет? Ты просто создана для сверхъестественного мира! Оборачивайся в вампира, Кать. Об этой дряни, – он указал на повязку на шее, – к утру забудешь, а к завтрашнему вечеру научишься по потолку бегать.
Я снова неосознанно коснулась бинта, под которым ныла рана.
Доводы Марко были логичными. Настоящие вампиры сильно отличались от киношных: не сгорали на солнце, не превращались в ушастых уродцев, и им не обязательно было спать днем. Не так все страшно, в общем. Одно время в молодости я по ночам подрабатывала официанткой в клубе, и моя жизнь, выходит, ничем не отличалась от вампирской. А зов крови, если подумать, и правда был суперспособностью. Кто отказался бы знать, врет ли человек, что он чувствует, и даже ловить отрывки его воспоминаний? Часто, слушая оправдания клиентов, просрочивших оплату за языковые курсы, я мечтала о чем-то подобном. А как полезно это будет на руководящей должности!
И самое главное – Костя. Он ведь тоже хотел, чтобы я стала вампиром…
Но потом я закрыла глаза и вспомнила пророчество Сибиллы о моем ребенке, сыне, которого из-за уговоров Марко могло не быть. Каким-то образом это стало важнее всех аргументов за вампиризм.
– Прости, Марко. Пока у меня есть выбор, я предпочту остаться человеком.
– Остаться слабой, – поправил он.
– Может, – согласилась я. – Но у этого состояния есть преимущества, которые я пока не хочу терять. И я доверяю Косте. Даже обезумев, он навредил мне не так уж сильно.
– Случайность, Катя. Просто случайность. Брат разве не рассказал о нашем отце?
– Рассказал. Я все равно считаю, что пока мне рано превращаться в вампира, – твердо ответила я.
Марко состроил неодобрительную гримасу.
– Ну, как знаешь. Но если вдруг решишься – я готов стать твоим папкой. Хотя черт… – задумался он. – Если я стану тебе отцом, то Костя будет твоим дядькой. И если вы с ним… Фу, извращенцы, – произнес вампир с таким выражением, как будто мы уже занялись чем-то непотребным.
Я хлопнула себя по лбу.
– Замечательно, обращусь к Лоренцо, если это вообще понадобится!
– Ну не, к этому ни за что не иди, он же будет пользоваться отцовской властью над тобой, чтобы захватить Серениту! – спохватился Марко.
– Да-да, – перебила я. – Обсудим, когда я соберусь стать упыркой… Кровопийкой… Примкнуть к упыриному роду, короче.
Марко это успокоило.
– Договорились. – Он вновь развалился на кровати, будто на своей. – Так как насчет праздника? Он нужен обязательно. Если не тебе, то деревне точно. Мы одержали пусть и небольшую, но победу. Если ты ее не отметишь хоть каким-нибудь образом, то наши будут думать, что тебе неважен их вклад в общее дело. Это плохо для тебя, Кать.
Белобрысый Аполлон мог быть совершенным дуболомом, но в некоторых вещах он все же соображал. Поразмыслив, я согласилась:
– Хорошо. Пусть будет праздник. Очень маленький.
– Завтра? – оживился Марко.
– Послезавтра, – твердо ответила я, зная, что вампир будет рад и этому.
Смысла откладывать не было. Может, все и правда немного развеются. А одного дня как раз хватит и на подготовку, и мне на то, чтобы проверить пару догадок насчет предателя…
Глава 35
Под окнами замка было шумно. Я высунулась наружу из кабинета прадеда, окидывая взглядом главную и единственную площадь Кастелло-делла-Серениты.
Праздник и правда получился скромным, зато теплым по атмосфере. Пикси помогли развесить яркие флажки, а две молодые ведьмочки устроили дополнительно к фонарикам-гирляндам колдовскую иллюминацию. Разношерстные жители деревни с охотой пили вино из двух бочек, которые по моему приказу выкатили из погреба князя Долгорукова. Вернее, теперь из моего погреба. Посмотрев на это дело, Беатриче тоже выставила бочку отличнейшего бароло – красного вина, производимого в провинции Пьемонт. Как выяснилось, ей не была чужда деловая жилка: горной нимфе принадлежали несколько виноградников поблизости.
Вынесенные на свежий воздух столы ломились от закусок. Постарались не только домашние демоны, но и деревенские хозяюшки. Дочь Терезы, оказывается, пекла прекрасные пироги, а веснушчатая мама лепрекона Джо, смущаясь, угощала всех крендельками по старинному ирландскому рецепту.
Сам Джо поигрывал на скрипке, создавая задорный музыкальный фон. Я почему-то считала, что рыжий выходец из зеленого Эйра будет исполнять что-нибудь национальное, но, как выяснилось, он был против стереотипов и предпочитал «Металлику» с «Апокалиптикой». Правда, потом его все равно уговорили на более простые, веселые и танцевальные мелодии.
Несколько крошечных пикси поднялись в воздух перед моим окном и исполнили художественный трюк. Я помахала им рукой. Перед тем как уйти с праздника и подняться в кабинет, отговорившись усталостью из-за недавней потери крови, я прочитала перед жителями пафосную речь о том, какие мы все молодцы и как дали отпор инквизиции. Там я отдельно упомянула всех, кто особенно отличился той ночью, а среди них была и маленькая гордая пикси, которая сейчас внизу пила вино из наперстка. Ее сородичи оценили мою похвалу и теперь в буквальном смысле летали от счастья.
В общем, потусторонний народец отдыхал вовсю. Над Серенитой сгущались сумерки, наконец-то стало прохладно после жаркого дня – это же самое время развлечься! Даже если завтра обычный рабочий день. Дым из трубы шел только в гномьей кузнице – трудолюбивое семейство по очереди кочевало на площадь, ни минуты не оставляя инструменты без внимания.
Как только пикси, помелькав стрекозиными крылышками, умчались продолжать праздник, я со вздохом притворила окно, оставив щель, и уселась в прадедовское кресло.