Прятки с любовью (СИ)

Но были и другие времена. Когда я валялся на койке безвольным овощем.
Привкус тлена и смерти тут же появился у меня во рту. Те дни, моей юности, должны были стать самыми приятными, но нет. Меня угораздило родится как раз в годы, когда страна развалилась, и не смогла собраться заново. Когда человеческая жизнь стоила ничтожно мало. А молодых парней, словно скот на убой гнали в горы, воевать.
  
Там я и познакомился с Олегом. Там и ногу потерял.
— Ты какой-то молчаливый сегодня, — возвращает меня в реальность шеф, — Случилось что?
— Да, просто задумался.
— У твоего приятеля все хорошо?
Нельзя было приуменьшить роли Дмитрия Васильевича в благополучном завершении дела Олега и Саши Теряевых. Если бы не он, то его товарищ потерял бы все. И жену, скорее всего.
— Да, все отлично. У них скоро появится ребенок, — я кидаю взгляд в зеркало заднего вида, пытаясь понять реакцию пассажира.
Насколько знал, у Нагольского нет детей.
— Дети — это прекрасно, — говорит он, отвлекаясь на телефон, — Надо бы тоже заняться этим вопросом. Не поздно еще?
Сухие губы мужчины подергиваются в подобии улыбки и я вдруг улавливаю, что он в отличном настроении. Впервые с того момента, как узнал об измене Анжелы.
— Это дело хорошее, — отвечаю тоже с улыбкой, — Никогда не поздно.
Дмитрий усмехается и хмыкает.
— Сегодня как раз мать еду присматривать, — то ли шутит, то ли в серьез говорит босс, — даже нервничаю немного. Давно не бывал на первом свидании.
Кидаю недоуменный взгляд на него. Обычно шеф не посвящает меня в свои планы, а тут вдруг будто чувствует, что я могу что-то знать. Меня охватывает неприятное предчувствие.
— С Анжелой жил почти семь лет, думал она меня порадует потомством. Но у той в голове только тряпки были, — продолжает свою внезапную исповедь Нагольский.
— Так у вас свидание? — перевожу тему в более интересное для меня русло.
Шеф кивает, и снова усмехается.
Хорошо, что у нас довольно-таки приятельские отношения, и я мог достаточно свободно говорить с ним. Да и сам Дмитрий Васильевич был открыт для диалога, правда бывало это довольно редко.
— Кто она? — чувствую, что близок к истине и догадки мои о прозорливой рыжей вот-вот подтвердятся.
— Дизайнер интерьеров, — меж тем рассказывает пассажир, — Светлана Самойлова. Бывшая жена Воронина, помнишь его?
Ну вот и все, дамы и господа присяжные. Что делать? Мое очарование скептицизмом Нагольского разбилось вдребезги.
Как впрочем, забавно было осознавать, что наши вкусы на счет Светы — совпали. Или она просто, как тот мед (или что похуже)?
Я медленно киваю. Помню, конечно.
— Ее порекомендовала для обновления интерьера мой секретарь, имение давно пора привести в порядок.
Снова киваю, всем видом показывая, что тема мне интересна.
— Ваш секретарь?
— Да, Алина, новенькая. Помнишь?
Я не помнил, но кивнул.
— В общем, эта Самойлова — очень красивая. Я предложил обсудить нюансы за ужином и она согласилась. Впрочем, вряд ли она догадывается, что это свидание.
«Уж она-то точно догадывается, что свидание. Заметить не успеете, а она уже не только интерьер перекраивает, но и все ваше имущество», — думаю, пока стоим на светофоре.
Осознаю, что возникла сложная дилемма.
Я много лет служу верой и правдой Нагольскому. И не могу ему позволить попасть в неприятности, которые сам мог бы предотвратить. Но как сделать это так, что бы не задеть его самолюбие?
— А где вы ее видели? — слова о том, что она красивая, натолкнули меня на мысль, что они встречались.
— Видел как то, в ресторане, — Дмитрий снова отвлекается на телефон, а я выдерживаю длинную паузу, пытаясь осмыслить происходящее.
Вот же стерва, все таки нашла возможность подобраться!
Ну, ничего. Денег Нагольского ей не видать, как своих ушей. Это станет моей расплатой за доброту и помощь.
Светлана 
Хорошее дело — связи.
Немного поразмыслив, я вдруг подумала — если Марк оказался водителем Нагольского, то наверняка кто-то из моего окружения тоже окажется в числе знакомых или сотрудников этого обеспеченного человека.
А дальше — дело техники и социальных сетей.
Я перешерстила официальные аккаунты фонда Нагольского, и быстро нашла в лайках под фото свою Таньку. Оказалось, что она дружит с новой секретаршей. Они, то ли сокурсницы бывшие, то ли с одного города приехали. По счастливой случайности, Таня подкинула своей подружке жениха — москвича. Он конечно, не богатый, но связи имелись. И вот его молодая супруга с гордостью именовалась секретарем (или как сейчас модно говорить — главным помощником) главы негосударственного пенсионного фонда.
Ларина, напомнив милой Алине о том, как она ей обязана, попросила о помощи. Девушка прекрасно знала, как Таня и ее подруги зарабатывают на жизнь, и была очарована этим духом авантюризма, с радостью решив приобщиться к маленькой шалости.
За бокалом шардоне, Лика сообщила что ее босс подумывает об обновлении интерьера. За это и было решено зацепиться.
И вот теперь, чувствуя триумф, и немного жалея о том, что меня в этот миг не видит Марк, вошла в ресторан.
Сегодня я выбрала зеленый цвет. Во-первых, он всегда идет рыжим. Во-вторых, у меня не было права на ошибку. Этот вечер сразу даст мне понимание, получится что-то или нет.
Красивое платье с декольте на тонких бретелях, я прикрыла строгим пиджаком, решив скинуть его через пару бокалов. В моем деле очень важно чувствовать себя красивой. А сегодня я была полна этого ощущения.
Ошиблась только в одном.
Едва моя нога ступила в коридор, при выходе из лифта, дорогу мне преградила массивная фигура Солнечного.
— Не так быстро, — с явной усмешкой на губах, говорит он, явно считая себя хозяином положения.
Полагаю, что после того, что произошло между нами в машине, можно комедию не ломать.
— Уйди с дороги, — холодно требуя я, не желая заставлять Нагольского ждать, он решит, что я не профессионал своего дела.
— Я не позволю тебе…
В его тоне явно прослеживается угроза и я вскидываю вопросительно бровь.
— Что, прости?
— Светлана! — у входа в ресторан показывается мой потенциальный муж, и я широко улыбаюсь ему.
Мужчина в три широких шага преодолевает расстояние между нами, и сжимает в своей руке — мою, нежно прикрыв второй.
— Вы невероятно пунктуальны, — тут же отвешивает мне комплимент.
Первое впечатление отличное. Он чист, приятно пахнет, ухоженный и высокий. Взгляд — отрешенно прохладный, чувственный рот сложен в некое подобие улыбки. Обходительный такой.
— Благодарю, я просто немного заблудилась и этот молодой человек…
Только сейчас Нагольский замечает Марка, что с плохо скрытой неприязнью наблюдает за происходящим.
— Я что-то забыл? — обращается босс к водителю.
Солнечный молча протягивает сотовый Дмитрию, и тот одобрительно кивает.
— Это мой шофер, и самый верный работник — Марк, — представляет мужчину мой будущий муж, — Спасибо, — после чего жестом, вполне себе по-хозяйски положив руку на спину, увлекает меня в сторону ресторана.
— Приятно познакомиться, — кидаю я на прощание Солнечному, и позволяю себя увести, ощущая негодование с которым Марк буравит мою спину.
Странным образом, ощущаю сильное напряжение, до тех пор, пока не опускаюсь на стул за столиком. Тогда становится очевидно, что мы уже вне поля зрения водителя, и я могу, наконец, немного расслабиться.
— Итак, — деловито начинаю я, — Алина сказала, что вы боитесь навредить интерьеру своего имения.
— Да, по документам, год его постройки еще восемнадцатого века, и я хотел бы сохранить исконную красоту тех времен.
  
Я не большая любительница старины, но желание клиента, как говорится, закон.
Мы весь вечер обсуждаем пожелания Дмитрия Васильевича, и я, после трех бокалов вина, скидываю свой пиджак.
Эффекта видимого не замечаю, кроме сумрачного блеска где-то в глубине его глаз. Нагольский достаточно опытен, чтобы сразу явно не выказывать своей заинтересованности. Но ничего.