Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (СИ)

Я болтала и болтала, невольно копируя тон моей секретарши Лидочки, которая всегда меня раздражала недалекостью и способностью повторить одну и ту же мысль разными словами раз пять.
Вот и экономка не выдержала:
— Элис, вы же знаете, даже в легендах Великий дракон искал свою истинную семь лет и семь месяцев, когда ее похитили, не знал, жива она или мертва, — не занимался бы такой ерундой, если бы мог ее легко почувствовать, верно? — Открыв ящик стола, запертый на ключ, она выудила оттуда два столбика золотых монет. — Говорят, новая связь совсем слабая, а чем ближе истинные — тем сильнее она становится. Вот увидите, после закрепления брака все изменится. И дети у вас родятся здоровые, сильные. Ну вы… Вы поняли, после какого закрепления.
  
Это она про секс? Бр-р-р! Понятно, в постель с этим драконом — ни ногой.
— Возьмите, — кивнула на деньги экономка. — И, уж не обессудьте, мне понадобится ваш отпечаток пальца, вот тут. — Она ткнула в журнал.
Я изо всех сил старалась сдержать улыбку. Если я сбегу, лорду Мэлори нелегко будет меня найти, ведь метка не работает как маячок. Пока не работает. Черта с два этому высокомерному дракону обломится от меня «закрепление».
Я новыми глазами посмотрела на ровные стопки золотых монет. Потянет на стартовый капитал.
Настала пора для реализации самой дерзкой части моего плана. И, пока я думала, как подобраться к Кэти, она решила наведаться ко мне сама.
  
Глава 5
 
Вернулся мой дорогой жених со своей зазнобой только к вечеру — до того момента я не теряла времени даром и многое успела выяснить о ситуации, в которой оказалась.
Много лет я была хозяйкой своего дела: сначала пришла в скромную контору, торгующую оптоволокном, финансовым директором, а потом нашла инвесторов и выкупила долю в бизнесе. За тридцать почти лет из загибающейся фирмочки мне удалось сделать преуспевающую компанию, которую не стыдно было передать детям.
Как и незабвенную героиню известного фильма, называли меня в основном «наша мымра», а подчиненные шушукались, что им-то известно, почему я такая злая, потому что меня никто… ну, понятно.
Я старалась не обращать внимания, хоть обидные слова и жалили больно, особенно по молодости. Со временем я смирилась с тем, что ни семейного счастья, ни любящего мужа мне не суждено встретить — посвятила себя работе и детям.
Так вот, что я выяснила за время работы: уборщицы всегда знают больше, чем можно предположить.
Потому, получив золотые монеты и будучи предоставлена сама себе, я принялась бродить по дому в надежде наткнуться на служанок.
И удача мне улыбнулась!
Спустя примерно час после моего разговора с экономкой обе служанки, видимо, закончив с приготовлением ужина, расположились в столовой. Одна начищала серебро, а вторая — протирала окна, придвинув к ним невысокую лесенку-стремянку. Когда я вошла, обе встрепенулись, как испуганные птички.
— Ой! — воскликнула та, которая полировала серебряную вилку. — А мы сейчас… сейчас-сейчас!
Девушка принялась складывать серебро в коробку, но я поспешно замахала руками, направляясь к ближайшему стулу.
— Что ты, что ты! Я просто посижу здесь, на солнышке. — Одну из стен столовой и правда занимали окна почти целиком — так что света было в избытке.
Служанки переглянулись, и вторая, которая стояла на стремянке у окна, неуверенно спросила:
— Подать вам чаю, леди…
Вторая тут же на нее цыкнула. Ну конечно, я же не леди.
Обе посмотрели на меня настороженно, явно не зная, чего ждать, и я их понимала. С одной стороны — невеста лорда Мэлори! С другой — девица, мягко говоря, без титула, да еще и рода занятий — сомнительного.
И как тут быть?
— Чай — это было бы замечательно, — улыбнулась я. — Спасибо.
Просто так сидеть и смотреть, как служанки работают, было бы слишком подозрительно.
Уже спустя пару минут расторопные девушки принесли мне чай с пирожными и, пошептавшись, вернулись к работе. Я услышала только, как одна из них выпалила: «И что? Будущая супруга лорда Мэлори сказала нам остаться здесь — нам никто не приказывал ее не слушаться!»
Вторая с сомневающимся видом покачала головой, но вернулась все-таки к мытью окон.
Некоторое время в столовой было тихо, а затем я аккуратно забросила удочку.
— Такой большой дом! Здесь целых три этажа!
Дом и правда был огромным. Я помнила, как служанки говорили о том, что лорд Мэлори «богаче короля», но «живет скромно» — что же тогда такое нескромно? Версаль?
Девушки переглянулись и ничего не ответили.
— И все так блестит! Вы вдвоем справляетесь с уборкой? Я даже представить не могу, как это сложно!
— Мы еще и готовим, — проворчала одна из девушек, остервенело натирая вилку ветошью. — А мисс Палмер говорит…
— Тш-ш-ш! — шикнула на нее вторая, но я уже нащупала слабое место — и меня было не остановить.
Разговорить их обеих было даже проще, чем экономку. Одну из них звали Мэри, вторую — Роуз, обе работали на лорда Мэлори уже несколько лет.
Ценнее источника информации — не найти.
— Это что, серебро? Настоящее? Это ты его чистишь? А как у тебя выходит так, чтобы они буквально блестели?
Я восхищенно покачала головой. Следовало отдать им должное: Мэри, а именно она занималась серебром, в самом деле работала довольно ловко, но главное — любила посплетничать, хотя Роуз от нее не отставала.
В общем, девушки были просто кладом.
Поболтав немного об особенностях чистки серебра, деревянных столов и о том, как тяжело вдвоем содержать такой дом, притом что мисс Палмер называет их лентяйками и балаболками, я перешла к тому, что меня по-настоящему интересовало:
— Я даже не знаю, как привыкнуть здесь ко всему — такой богатый особняк! — вздохнула я. — Я чувствую себя здесь чужой.
Девушки настороженно переглянулись и с двойным усердием принялись за работу: одна остервенело начала тереть чайную ложечку, вторая — уже кристально чистое окно.
— Лорд Мэлори, кажется, совсем не рад тому, что мы встретились, а мы ведь истинные.
Снова — обмен взглядами. В глазах у обеих зажглось любопытство. Но служанки хранили молчание, не торопясь выдавать секреты хозяина дома. Поднажмем.
— Я думала, все будет по-другому… — печально сказала я и украдкой вытерла слезу.
— Конечно, не рад! Леди Рихтер его почти на себе женила, а тут — вы! — оторвавшись от окна, выпалила Роуз. — Еще и… сами понимаете. Лорд Мэлори все-таки герцог, хоть и на отца своего…
— Роуз! — шикнула на нее Мэри.
— Что? Я правду говорю! И все это знают!
Так, лед тронулся, господа присяжные заседатели.
Я снова старательно всхлипнула, закрывая лицо рукой. Тут нужно было соблюсти баланс: всхлипнуть достаточно достоверно, но не настолько, чтобы эмоции Элис меня захлестнули, иначе я в самом деле разрыдаюсь.
Я так и не разобралась в том, как это работает, сколько я ни пыталась, я так и не смогла связаться с Элис, услышать ее голос и поговорить. Но то и дело меня накрывало ее воспоминаниями и чувствами.
Потому сейчас, старательно изображая горе, мне пришлось сглатывать ком в горле и сдерживать настоящие слезы.
— Что все знают? — спросила я дрогнувшим голосом.
Жаль, что разговор принял слишком серьезный оборот для того, чтобы я продолжила есть вот эти восхитительные маленькие пирожные, которые мне предложили.
Девушки переглянулись, а потом заговорили.
Благодаря им я узнала о лорде Мэлори если не все, то многое. Его в самом деле называли лордом Бастардом — но любой, кто намекал на это, потом серьезно жалел. Род Мэлори ненамного уступал королевскому по количеству земель, богатств и магии.
  
— Магии? — сглотнула я.
Нет, разумеется, я уже знала, что в этом мире существует магия: ставя отпечаток пальца в гроссбух экономки, я изо всех сил старалась не измениться в лице, когда он на несколько секунд засветился. Не говоря уже о драконе, метке и связи истинных!