Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (СИ)

Твою же мать. Я откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Конечно, я не ожидал, что сообщение Гидеона о пропавшем ребенке тайная служба короля пропустит мимо ушей. Но я не думал, что буквально на следующий же день меня захотят видеть во дворце — для того, чтобы сообщить новости еще хуже тех, на которые я рассчитывал.
— И сейчас вы говорите мне о том, что вчера пропал еще один ребенок?
  
— Это можно так назвать, да. Девчушка из приюта мисс Вилкс.
Лорд Ривинг говорил спокойно, как будто засыпал на ходу, даже его водянистые глаза были полуприкрыты. Мой дракон, принюхиваясь к нему, неизменно чихал, потому что в нос ему ударяла вонь тины.
Большинство людей считало драконов тщеславными и высокомерными — и, в целом, не слишком ошибались по этому поводу. В чем они ошибались, так это в том, что драконы предпочитают иметь дело друг с другом, а не с людьми. Но внутри каждого дракона было природой заложено стремление быть самым сильным — так что иметь дело со своими без того, чтобы мериться… крыльями, скажем так, нам было сложно.
Мой так называемый отец, лорд Мэлори, к примеру, выбрал себе в жены человеческую женщину. Потом жалел, конечно, но все равно слишком сильно ее любил, чтобы просто так от нее отказаться. Наверное. Вот уж не знаю, что между ними произошло, я не застал тех времен.
Сейчас лорд Ривинг, дракон, вызывал во мне намного больше неприязни, чем, к примеру, Гидеон, хотя последний был человеком. В этом было много животной конкуренции, хотя и простой человеческой брезгливости тоже хватало.
Уровень же враждебности большинства драконов ко мне могло описать только одно: как только я заходил в любое помещение, тут же становилось ясно, кто именно здесь сильнее всех.
Вот и сейчас лорд Ривинг явно никак не мог смириться с тем, что какой-то «сопляк», даже не вспотев, заставляет его внутреннего дракона испуганно шипеть, вжимать голову в плечи и послушно припадать к земле.
И только человеческие мозги хоть как-то отвечали за то, чтобы тело лорда Ривинга сидело прямо на стуле и вело со мной разговор.
— Почему, — сжал зубы я, — почему эта девчушка жила в приюте? Почему ее не доставили ко мне в школу?
Из горла вырвалось рычание, и мгновенно я ощутил, как будто голову сжимает огненным кольцом. От боли перед глазами все поплыло, и пришлось приложить усилия, чтобы остаться в сознании.
— Какие-то меры приняты? — рыкнул я.
— Мы примем. Это не первостепенный вопрос.
Руки сжались от желания обратиться и порвать его на миллиард кусков.
— И какой же вопрос в таком случае первостепенный? Пропадают дети. Магически одаренные дети.
Лорд Ривинг перевел на меня взгляд, и впервые за все время нашего общения на его невыразительном лице промелькнула тень ненависти, которую он, как и большая часть придворных и слуг короны, ко мне испытывал.
— Лорд Мэлори, это всего лишь бродяжки и сиротки. Они гибнут пачками на улицах каждый день — мы не можем спасти всех. Это дело и так на особом контроле — по указанию его величества.
И снова — по его лицу стало кристально ясно, что он думает об этом контроле и его «особенности».
Край столешницы, которую я сжимал правой рукой, задымился, и я усилием воли затолкал непослушную магию внутрь.
— А что по поводу остальных городов и деревень? Об этом что-то известно? Там тоже пропадают дети?
— Вы хоть малейшее представление имеете о том, как это отследить? Если да, жду ваших предложений, лорд Мэлори. А пока, прошу прощения, у меня есть и другие важные обязанности.
Какие обязанности? Плести интриги, чтобы тайная служба получила еще больше власти?
— Вас проводят к его величеству, — добавил лорд Ривинг, откидываясь на спинку кресла.
Потребовало больших усилий удержать себя в руках. Но я уже давно знал, что тот, кто первым выходит из себя, всегда проигрывает. Да и, честно говоря, если бы я вышел из себя, его величеству пришлось бы искать нового главу тайной службы, старый бы резко взял и закончился.
Требовалось многое обдумать. Его величество, когда я передал ему разговор с Ривингом, удивился, но, будучи медленным и вдумчивым политиком, который привык сначала разбираться с происходящим, а потом уже всех сжигать, просто принял информацию к сведению.
— Усиль охрану своей школы, — посоветовал его величество, отпивая кофе. Разговаривали мы в малом кабинете — подальше от лишних ушей. — Академией я займусь сам, но там не так опасно: маги уже взрослые и обученные, их просто так в карету не запихаешь, даже если за душой ни гроша.
— Уже усилил, но я найму еще людей. — Я встал. — Благодарю за аудиенцию.
— Я пришлю своих, — отмахнулся его величество и вперил в меня черные глаза, один в один такие же, как мои. Обычно у драконов глаза светлые, с четко видным вертикальным зрачком. Черный цвет — редкость. Вот уж ирония.
За то время, что я отлеживал бока без сознания, его величество осунулся и как будто постарел — хотя для драконов младше ста лет стареть считалось неприличным. А сейчас я видел в черных волосах серые нити.
— Благодарю. — Церемонно наклонив голову, я шагнул к двери спиной вперед.
Положив ладонь на ручку, я услышал.
— Седрик.
— Да, ваше величество?
— Я рад, что ты в порядке. Если что-то будет нужно… чтобы найти твою истинную, или…
Пальцы сами собой сжались, и я поспешно одернул руку, пока не сломал дверь.
— Нужно найти того, кто ворует детей с улиц, — процедил я. — Я дам поручение своим людям.
За спиной я услышал тихий вздох и раньше, чем его величество еще что-то сказал, вышел из кабинета.
Камергер, первый придворный лизоблюд и сплетник, наградил меня любезно-неприязненным взглядом.
Еще пару осторожных шепотков «лорд Бастард» полетело в спину, пока я спускался в холл.
Нужно было заканчивать дела в городе и забирать Элис из Верхних Петушков вместе с неизвестно где нагулянными детьми и Рольфом. И старуху возьмем. В крайнем случае, найму ее охранником, удар там поставлен как надо.
Шутки кончились, пускай лучше будет перед глазами и тут показывает характер.
— Гидеон уже здесь? — спросил я у стражника, который дежурил у двери.
Вооруженная охрана появилась недавно. Мне не нравилась идея превращать школу в казарму, но лучше пускай будет казарма, чем я недосчитаюсь кого-то из воспитанников.
— Пришел полчаса назад, — отчитался стражник. — Лорд Мэлори, тут…
— Седрик? — раздался за спиной нежный и робкий голос.
Обернувшись, я увидел Кэти.
  
Глава 22
 
Одета она была так, что я не сразу разглядел платье: какого-то телесного цвета, струящееся. Можно подумать, что Кэти стоит голая и запуталась в какой-нибудь паутине.
— Седрик, я так волновалась за тебя!
Всхлипнув, она бросилась мне на шею, цветочный запах духов ударил в нос и я откашлялся.
— Дорогая Кэти, ты ведь знаешь, что на драконов не действуют приворотные зелья?
Они вообще ни на кого не действуют, особенно те, которые подливают в духи для якобы «разжигания страсти». Хотя я допускал, что некоторые мужчины могли согласится на это самое разжигание, лишь бы их перестали травить этим запахом. Но себя я все-таки считал достаточно стойким, чтобы выдержать осаду.
— Я беспокоилась! — вспыхнула Кэти. — Ты… Говорили, что ты умер!
— Не дождетесь, — ответил я старой житейской мудростью, хотя и чувствовал себя так, как будто подошел опасно близко к тому краю, за которым только свет и никаких больше проблем.
Ощущение было такое, что центр всех моих жил намотали на кулак и неспешно вытягивают из тела. Это была даже не боль, а какой-то новый ее уровень, к которому я пока не привык.
  
Мне срочно нужно к истинной. Даже если не сработает — будет хотя бы приятно.
Ну, или мне еще раз прилетит палкой, отвлекусь.
Я все никак не мог взять в толк, почему если в первую встречу в том самом борделе Элис меня привлекла, как привлекает красивый и хрупкий цветок, то сейчас меня тянуло к ней так сильно, как будто я был алкоголиком, а она — бочкой спасительного эля.