Тесные семейные узы (СИ)

– Сейчас мы едем к Блэку, – сухо сообщили мне. – Ваша сестра будет там.
– Она… С Кристиной все в порядке? – с надеждой спросила я. Если я плохо разыграла свою гибель… Неизвестно, как тогда среагируют братья. Если они с такой легкостью приговорили меня, то могли сделать то же самое и с ней.
– Судя по словам охотника – да. Разве что волнуется о вас и желает встретиться, как можно скорее.
– Но… Причем тут Блэк? – совсем уж растерялась я. Каким боком в истории с Тиной замешан охотник, мне понять не удавалось. Это были трения исключительно среди вампиров, людей они не касались, соответственно, были вне юрисдикции охотников.
– Мы посчитали, что будет странно, если вдруг Кристина де Ритер получит приглашение от Алехандро Де Ла Фуэнте. С Блэком все гораздо проще. К тому же… Мы предпочитаем с ним сотрудничать не только по тем вопросам, что прописаны в Договоре.
По поводу этого «сотрудничества» меня тут же начало глодать сильнейшее любопытство. Я помнила их перебранку в день, когда меня едва не застрелили. Отношения у принца Де Ла Фуэнте и Оливера Блэка, на мой взгляд, не ограничивались одними лишь деловыми вопросами, даже если они были шире обязанностей, которые указали при составлении судьбоносного соглашения между вампирами с одной стороны и людьми с другой. Между почтенным мистером Блэком и принцем Алехандро совершенно точно стояло и еще что-то очень личное.
– Мы рассчитываем, принцесса, что вы поможете Каору и мне с личинами. Мы же не хотим, чтобы раньше времени ваши любящие братья узнали то, что им знать не обязательно? – не дал мне углубиться в сторонние размышления мужчина.
Нет. Чем дольше братья будут пребывать в благостном неведении – тем лучше. В идеале бы я хотела остаться для них мертвой навсегда. В любом случае возвращаться назад в мои планы не хватило.
– Можете не волноваться, – чуточку самодовольно улыбнулась я. – Первым и, надеюсь, единственным, кто раскусил мою работу, был ваш друг.
– Я тоже на это надеюсь, – кивнул принц, подавая мне руку.
Я приняла ее, не задумываясь. Де Ла Фуэнте и прежде оказывал такие ни к чему не обязывающие знаки внимания, а теперь, когда на моем пальце не было кольца главы клана де Ритер, все стало совсем легко.
И ведь когда-то я была почти влюблена в принца Алехандро.
Правда, тогда я была слишком молода и не понимала, что весь набор любезностей и милых жестов слишком идеален и гладок, чтобы идти от сердца. Всего лишь условности, которые превращают общение в изящную и приятную игру.
Мацунага ждал нас в коридоре, всем видом демонстрируя раздражение.
– Чего ради ты заставил меня торчать тут? – тут же набросился он на Де Ла Фуэнте.
– Не хотел, чтобы ты испортил настроение моей гостье еще больше, – пожал плечами тот, с чуть снисходительной улыбкой. – Ты никогда не научишься правильно обращаться с женщинами, Каору.
– Зато ты с ними обращаешься как нельзя лучше, – с раздражением и недовольством фыркнул тот. – Знаешь, Санчо, я хотя бы им не вру.
– Не надо грязных намеков! – немного напряженно рассмеялся принц.
– Не слишком обольщайся, Yuki-onna, у него один и тот же набор фраз для каждой, – с мерзким выражением на лице сказали мне.
– Благодарю за заботу, мистер Мацунага. – Усмешка на лице появилась будто бы сама собой. – Я уже слишком большая девочка, чтобы купиться на набор банальностей, пусть и отточенный за века. Не посчитайте оскорблением, принц Алехандро, ваше мастерство безукоризненно.
– Ну что вы, как можно обидеться на правду от столь прелестной и рассудительной особы?
Таким образом, меж нами троими установилось некое подобие хрупкого перемирия, которое должно было обеспечить нормальное взаимодействие. Мы с «шершнем» старались лишний раз друг к другу не обращаться. Если со мной все понятно, просто не хотелось вступать в пикировку, то Мацунагу наверняка умолил дать мне передышку принц Де Ла Фуэнте, честь ему и хвала за это.
Для тех вампиров, что встречались нам, я была Констанс, будущей дочерью главы клана. Выступая в совершенно непривычной для себя роли смертной, я терялась, особенно, если кто-то пытался проявить любезность и заговаривал со мной. У меня получилась достоверно изобразить другую вампиршу, пусть даже совершенно не похожую нравом и привычками, а вот с обычным человеком возникли сложности. Я уже смутно помнила, как это – быть человеком.
 
– Ты же должна уметь притворяться кем угодно, – зашипел мне в ухо Мацунага, когда я в очередной раз начала «выходить из образа».
– Я слишком мало знаю о современных людях! – стала оправдываться я, пытаясь скрыть собственную беспомощность.
– Мало? Ты же у них кровь должна пить не реже двух раз в неделю! – тут же возмутился тот.
Принц внимательно следил за нашей перепалкой, скорее всего, желая не дать нам сцепиться. Ну уж нет. Второй раз я с «шершнем» драться не намерена. Не люблю заниматься изначально бесполезными делами.
– Стараюсь не контактировать больше необходимого с тем, что ем! – парировала я, не убирая с лица чуть растерянную и при этом восторженную улыбку. Как мне казалось, эта гримаса лучше всего соответствовала Констанс, молодой дурочке, которой выпал выигрышный билет в вечность.
Задерживаться в резиденции Де Ла Фуэнте мы не стали, остались там ровно настолько, чтобы не привлечь внимания поспешным отъездом. Алехандро сказал, что верноподданнические чувства членов его клана не вызывают в нем ни малейших сомнений, но отрезать всем языки все равно не получится. По его словам, и так о «Констанс» уже к следующему закату будет знать весь город, как и о появлении старого друга принца. Не стоит еще больше смущать умы общественности. Да. Порой вампиры хуже старух-сплетниц.
Принц привел нас в гараж, где мы должны были взять машину. Про себя я отметила, что в клане Де Ла Фуэнте гораздо больше «излишеств», чем у нас. В принципе, неудивительно, все же благосостояние у них на порядок лучше, чем у де Ритеров. Но понять, как можно тратить на эти железные коробки на колесах еще больше денег, как-то не выходило.
– Надеюсь, у тебя хватило ума найти машину, у которой не засвечены номера? – с насмешкой поинтересовался Мацунага.
– Кого ты учишь, Каору? – усмехнулся принц. – Ваш выход, принцесса. Сделайте нам другие лица.
– Люди? Вампиры? – уточнила я.
– Вампиры, – ответил сразу за двоих «шершень». – Надеюсь, ты изобразишь что-то достоверное, Yuki-onna.
Я скривилась. Неужто он мог думать, будто глава клана иллюзоров способна создать некачественный морок? Если я не могу удавить его, как того желаю, это не значит, что и в остальном я столь же безнадежна.
– Можете не волноваться. Изображу что-нибудь невероятно достоверное, – мрачно заверила я. – И кто-нибудь мне все-таки объяснит, что это такое – «Yuki-onna»?
– Я потом вам расскажу, – со вздохом сказал Де Ла Фуэнте. – Вернемся – и я вам все расскажу.
И почему мне кажется, что значение этого странного выражения, которым меня именует «шершень» будет ну очень неприятным?
– Застыньте, – сухо велела я, концентрируясь. Если на себя накинуть личину всегда было легко и естественно, как дышать, то проделать то же самое с другими без усилий не выходило.
Сперва я взялась за принца. Я внимательно вгляделась в его лицо. Чем больше иллюзия похожа на подлинный облик, тем достовернее смотрится. Поэтому ничего особенного с физиономией Де Ла Фуэнте я делать не стала: чуть изменила форму носа, теперь он был с горбинкой, а не прямой, «срастила» брови, «сузила» губы, уменьшила лоб, добавила пару залысин на висках.
– Неплохо, – как ни странно, оценил Мацунага. – Похож и не похож на себя одновременно. Я бы тебя на улице с такой… мордой точно не узнал. Она тебя изуродовала.
Алехандро тихо рассмеялся.
– То ли еще с тобой будет, дорогой друг. Моя очаровательная гостья наверняка зла на тебя и захочет немного отыграться.
– Если это ее успокоит – пусть хоть одноглазым сделает. Иллюзия – это всего лишь иллюзия. Главное, чтобы в лицо когтями не вцепилась, – легко дал благословения на любое измывательство мужчина.