Временная мама для дочери соседа (СИ)
Рассчитывая, что Валера воспримет Марьяну, как легкое недоразумение, я отправляюсь на свидание вместе с ней. Сказочности момента уже не ощущается. Я представляю, что сделала бы, если бы Валера пришел на свидание с чужим ребенком, и умом понимаю, как это абсурдно.
Ресторан шикарен. Яся говорила, что это их фирма занималась здешним дизайном. Каждая мелочь в интерьере продумана, чтобы гости чувствовали себя роскошно и в то же время уютно.
Забронированный Валерой столик находится у панорамного окна. Он не забыл, как я люблю ужинать, глядя на огни ночного города. Играющая музыка ласкает слух. Улыбчивый хостес любезно предлагает игровую комнату для ребенка, но я не успеваю согласиться. Валера замечает нас раньше, чем я отпускаю ручку Марьяны. Мне приходится на негнущихся ногах плестись к нему и наблюдать, как меняется выражение его лица. От радости к удивлению и мрачности.
— Привет, — бормочу взволнованно, крепко сжимая детскую ручонку.
Валера медленно встает из-за стола. Настоящий аполлон в новом костюме. Ухоженный, статный, мужественный. Всегда задавалась вопросом, почему я, когда вокруг него вертятся хорошенькие стюардессы?
Я вижу, как сжимается его кулак и убирается в карман брюк. Кольца мне сегодня не видать.
Открываю рот, чтобы объясниться, но он уже грозно спрашивает:
— И когда ты собиралась рассказать мне, что у тебя дочь?
Глава 5. Царев
Глава 5. Царев
Полдня катаем китайцев по городу. Вика показывает им все, даже то, что достопримечательностью стыдно назвать. Удивительно, но она им не приедается. А еще периодически стреляет в меня глазками. Мол, смотри, Царев, как с клиентами работать надо. Вот уж точно, если наша фирма разорится, Вика без работы не останется.
Вечером наконец приезжаем в ресторан. У меня к этому времени из-за бесконечных звонков и сообщений от Лизы появляются галлюцинации. Пока паркуюсь, в боковом зеркале замечаю мелькнувшее сверкающее платье и маленькие зеленые брючки, выпорхнувшие из такси. Сзади сигналит какой-то дегенерат с купленными правами. Отвлекаюсь, ставлю тачку, но такси уже уезжает, а вышедших пассажирок нигде не видно.
— Константин, ты в порядке? — пыхтит Рубен.
Верчу башкой. Показалось. Не могла же Лиза приехать кормить Бусинку ужином в ресторане, где столик бронировать за месяц вперед надо. Ерунда какая-то в мозги просачивается от нервов.
— Пойдем выпьем и этих напоим. Виктория их разогрела. Горяченькие. Сейчас все подпишут.
— Хотелось бы.
Устало потираю шею, жму кнопку блокировки дверей на брелоке и тащу себя в ресторан. На входе успеваю незаметно помять задницу Вики.
— Царев, держи себя в руках, — не прекращая улыбаться китайцам, произносит она. — Подпишем контракт и отметим.
Да, безусловно, сегодняшнюю ночь я проведу в кайф. Заслужил.
Хостес любезно приветствует иностранных гостей. Вика каким-то чудом умудрилась договориться, чтобы наша официантка была одета в национальный наряд Поднебесной, а в вип-зоне даже звучали традиционные мотивы. Не удивлюсь, если через пять минут остальных гостей попросят подвинуться вместе с их столиками, а посреди зала проведут чайную церемонию.
— Впечатляет, — мурчу ей на ухо, но едва она поворачивается, как слышу знакомый визгливый голосок:
— Папочка!
Частый бег маленьких ножек — и вот мои колени уже охвачены пухлыми детскими ручками.
Я в шоке. Вика в шоке. Рубену и подавно можно «скорую» вызывать. Только китайцы лыбятся и сюсюкаются на своем, качая головами.
— Уважаемые гости интересуются, — поясняет мне их переводчик, пока я перевариваю, какого черта творит Лиза, — это ваша дочка? Значит, и мама где-то рядом?
Ошалело гляжу на Вику. Глазами молю ее выручать меня. Знал бы, что Лиза за мной следит, чтобы подставить, ответил бы на ее звонок еще днем.
— Марьяш! — К нам подбегает испуганная Лиза.
Таращимся с ней друг на друга. Выходит, мне не показалось. Знакомое блестящее платье. Серо-буро-малиновые глаза, так вообще, как родные, клеймо во лбу выжигают. Тот же запах сладкой свежести. Те же колючие шипы.
Они правда выходили из такси.
— Ты че наделала? — шиплю ей, отрывая от себя липучую Бусинку.
— В смысле? — обалдевает Лиза. — Я же тебе говорила…
За ее спиной вырастает какой-то верзила в костюме «с иголочки», но китайцы дружной толпой оттесняют его и окружают Лизу. Что-то бормочут, скалятся, осматривают ее, как витринный экземпляр в магазине.
— У вас очень красивая жена, — сообщает мне их переводчик. — И дочка вся в маму.
— Серьезно? — опускаю голову и смотрю на счастливую Бусинку, задравшую личико.
Спасибо, услужила.
Не помню, когда в последний раз видел ее умытой до блеска. Волосики сверкают, рассыпаются. Костюмчик чистый. Поразительно. Я и не знал, что мое мелкое чучело — такая красавица.
— Уважаемые гости приглашают вашу супругу и дочь к общему столу, — докладывает переводчик, а Лиза начинает верещать:
— Царев, что происходит? — Пробивается к верзиле, но китайцы между ними стеной, будто не замечают ничего.
— Константин, — цедит злющий Рубен, — исправляй ситуацию. Они вот-вот подпишут договор.
Вариантов у меня нет. Либо представлю Лизу своей женой и получу плюсик в карму, либо все это будет выглядеть, как цирк, после которого вернуть китайцам добытое последними силами настроение уже будет невозможно.
Прости, Лиза. Позже в твоей личной жизни разгребемся. Сейчас мое финансовое положение надо спасать.
Поднимаю Бусинку с пола, прижимаю к себе с одной стороны, а другой рукой обвиваю тонкую талию Лизы, отчего она вмиг замирает и теряет дар речи, широко распахнув глаза.
— Да-да-да, — киваю китайцам. — Это моя дорогая жена Елизавета и наша доченька Марьяночка. Смысл всей моей жизни. Ради них я готов на все.
Бусинка у меня просто ангел. Машет китайцам ладошкой, улыбаясь самой очаровательной улыбкой и невинно хлопая глазками.
— Что здесь происходит? — слышится заглушаемый китайскими бормотаниями голос.
Лиза пытается отнять от себя мою руку. Медленно приходит в себя и ворчит:
— Царев, прекращай. Это уже не смешно. Какая жена и дочка?
— Я тебе позже все объясню, — отвечаю, растягивая губы в улыбке обдолбанного наркозом кота.
Вика быстро берет себя в руки и вместе с Рубеном приглашает китайцев к столу. Чувак в костюме тем временем испаряется. Лиза вырывается из моей хватки, дрожащими руками достает телефон из своей маленькой сумочки и хлюпает носом.
— Царев, что ты наделал?!
— Так, радость моя, — спускаю Бусинку с рук, — беги к дяде Рубену. Я сейчас подойду.
Пока слежу за перемещением малявки по ресторану, Лиза уже спешит на выход. Мчусь за ней, нагоняю у самой двери, хватаю за локоть и утягиваю в сторону туалетов.
— Пусти меня, придурок! — ругается она, извиваясь. — Меня из-за тебя жених бросил!
Разворачивает мне экран своего телефона, демонстрируя оскорбительное сообщение. Ни слова не могу прочитать. Рука у нее трясется, да и экран быстро гаснет. Похрен. Я примерно соображаю, что там написано.
— Я же предупреждала тебя! — вопит надрывно.
Ненавижу бабьи слезы. Но если Лиза меня не спасет, сам ими рыдать буду.
— Я весь день звонила! Ты же обещал…
— Планы изменились.
— А у меня нет! — психует она, сжимая в кулаках ремешок сумочки и телефон. — Мне пришлось твою дочь с собой на свидание тащить! И что ты наделал?!
— Завтра скажешь ему, что вышло недоразумение. Или он только мышцы качает? Мозг не задевает?
Отрывисто вздохнув, она поднимает лицо к потолку и спиной прижимается к стене. Ни разу не видел ее такой раздавленной. Дела плохи. Верзила для нее имеет значение.
— Давай договоримся, — прошу уже спокойнее. — Притворись моей женой перед этими узколобами на сегодняшний вечер. Они подпишут контракт, и разбежимся. А завтра я сам поговорю с твоим нервным женихом. Лиза, мне очень нужны эти китайцы. Хотя бы ради Бусинки перетерпи один вечер. Не зря же ты так наряжалась, — усмехаюсь, но тут же возвращаю фейсу серьезность.