Дракон, демон и другие учебные проблемы
– Спасибо, спасибо тебе, кем бы ты ни был! Как же я благодарна, слов не найду. Уже на самом деле беспокоилась, что придется спать с этой тупой рептилией! Да чтобы у этого утырка руки отсохли вместе со всем остальным! Урод, возомнивший себя повелителем женских сердец. За всю жизнь никто ему не объяснил, что без этого своего замка и армии слуг он просто пустышка? Нет, ты представляешь – он меня принуждал! Гнида идиотская, альфа-самца из себя корчил – ух, как я такую быдлоту ненавижу. В сравнении даже мой бывший муженек показался не таким конченым! А ты… ты настоящий ангел-хранитель! – последнее на эмоциях я выдохнула судорожно, чтобы он прочувствовал всю глубину моей искренности.
– Чаще меня называют демоном-губителем, но дело твое, – поправил блондин безразлично настолько приятным голосом, как будто в бархат завернули райские колокольчики. – И не притворяйся, что не узнала меня в лицо.
Э-э? Я не успела задать даже этот глубокомысленный вопрос, поскольку самый красивый парень во всех мирах начал пикировать вниз – кажется, в лес. И уже через пару минут мягко приземлился на лысую полянку, наконец-то выпустив и меня из жесткой хватки. Воздушные крылья опустились и мягким светом упали на плечи, постепенно растворяясь. Он поднял правую руку – из пальцев потекли красные нити во все стороны, а затем замерли над нашими головами множеством огоньков. Красновато-оранжевый свет был достаточно ярок, как от здоровенного костра, если бы кому-то пришло в голову разжечь огонь сверху.
Шею сбоку саднило, я бездумно провела там рукой и уставилась на пальцы. Кровь… Не слишком ли реалистично мое сновидение? Скорее всего, я давно знала ответ на этот вопрос, но морально принять его не могла. Ведь это бы означало, что в настоящем мире я… И никогда уже не вернусь домой. Нет-нет, этого не может быть – не должно быть так. Если бы я умерла в том злополучном подъезде с высокими пролетами, то не было бы ничего больше. Или это ад, раз здесь есть демоны?
И не странно ли, что у них настолько приятный голос, что в животе все сладко выкручивается?
– Меня немного обескуражили твои слова в небе. Как тебя зовут, девка?
Ну вот – из замковой шлюшки меня повысили до девки. При таком обращении представляться как-то не хочется. Но, по всей видимости, демон был нетерпелив и дожидаться, пока очнусь, был не намерен:
– Я с кем разговариваю? Ты от страха онемела? Разве ты не Элея, дочь барона Феррино, возлюбленная наложница Гранта Абеля, от которой он потерял голову еще до окончания отбора?
– Вроде я, – ответила заторможенно, все еще рассматривая испачканные кровью пальцы. – Только голову он, похоже, до знакомства со мной потерял – вообще без нее родился, ублюдочный дракон… Слушай, а ты не знаешь, могут ли сны быть настолько реалистичными, что даже боль чувствуешь?
Он шагнул ко мне, схватил за плечо и с силой тряхнул, привлекая к себе внимание:
– Ты не спишь, Элея! Я на самом деле похитил тебя у Абеля, чтобы эта мразь до конца жизни помнила и представляла, как я снова и снова брал его любимую женщину… Но твои недавние слова о нем были очень странными.
Я забыла о мелкой ранке и уставилась на него. Брал женщину? Это в каком, интересно, смысле? Хотя тут двойных трактовок не предусмотрено. Нет, этот-то хоть красавчик, но не до такой же степени, чтобы получить согласие через пять минут знакомства!
– Второй насильник?! Не многовато ли вас скопилось для одного дня? У вас всех тут кукуха слабая, или только мне так везет?
– Насильник? – он удивленно переспросил, обнажая в широкой улыбке острые белоснежные клыки. Да блин, он оказался еще очаровательнее, чем виделся до сих пор.
Кошмар какой-то – моя иллюзия сломалась! Если это все-таки иллюзия… Я всплеснула руками и просто рассуждала вслух, поскольку потрясение мое было немыслимым, а разочарование глубоким – о таком промолчать бы не получилось:
– Але, демон, да что с вами со всеми не так? Я вчера полдня рассматривала себя в зеркале – нормальное лицо, неплохая фигура, но точно не мисс Вселенная. Чего у вас всех от меня башню-то рвет? Я же видела других девчонок на отборе – одна другой краше. Но я будто медом намазана, у каждого встречного самца планка падает! У вас тут есть психиатры? Или лекари, на худой конец. Ты только к лекарям не конец иди лечить, а голову – будь внимателен, не перепутай!
– Не намазана ты медом, а мне вообще не нравишься, – с той же улыбкой опроверг демон и после паузы задумчиво добавил: – Но, кстати говоря, я, кажется, начинаю понимать, почему сумасшедший Абель сразу влюбился. У тебя такой язык, который хочется прикусить. И когда это я успел стать насильником? Ты сама будешь умолять меня о близости, а потом о повторении. Этому хладнокровному идиоту такой удар по самолюбию уже не перенести – ведь даже если я верну ему тебя, то ты все равно до конца своих дней будешь мечтать обо мне. И он будет об этом знать.
– М-да, к врачам обращаться поздно, – вынесла я вердикт. – Тут у нас в анамнезе какая-то месть с использованием посторонних предметов. И, честное слово, я бы тебе подыграла – придумали бы какую-нибудь жесть вместе для этого мерзавца, но ты оказался точно таким же упырем…
У меня просто не была встроена функция бояться всего подряд – все же в цивилизованном обществе выросла. И сейчас, когда демон изменился в лице и шагнул в мою сторону, сжимая кулак, я в страхе вскрикнула и отшатнулась. Надо внимательнее подбирать слова! Хотя какие оскорбления могут быть в правде? Однако это олицетворение всех девичьих грез не завершил движение, а с трудом удержался, вновь отступил и процедил сквозь зубы:
– Ты заслужила смерти, девка, но ты ненавидишь прогнившего дракона не меньше меня. И уж слишком очевидно радовалась, что вырвалась из его замка. Враг моего врага не должен хотя бы испытывать боль от моей руки или от моих планов. Хорошо, я придумаю для него что-нибудь другое, а ты свободна. Прощай.
Он взметнул вверх, большие крылья обдали меня ветром. Красные огоньки начали медленно гаснуть. Видимо, я выиграла и этот тур… посреди леса, в кромешной темноте и без малейших ориентиров. И что мне тут делать в полном одиночестве, когда все, что я знаю об этом коматозном мире, почерпнула из нескольких прочитанных романчиков? Без надежды на успех я все же отчаянно закричала в небо:
– Моя служанка, Мирта, она ненавидит гребучего Абеля еще сильнее меня! Может, и она враг твоего врага?! Нет?..
Но ответа не получила, как и пропало ощущение человеческого присутствия. Летнюю ночь нельзя было назвать столь уж прохладной, но меня прошиб озноб. Особенно когда где-то вдали раздался вой – неужели на тех картинах во время отбора рисовали настоящих хищников? Судьба служанки меня очень волновала – что с ней сделают, когда узнают о моем побеге? Точно ли ее защитит метка наложницы, полученная обманом? Однако, судя по всему, уже скоро ей придется жалеть меня, а не наоборот.
Глава 4
Быть съеденной заживо ночными хищниками хотелось в последнюю очередь – пусть даже и во сне. Как любое уважающее себя дитя цивилизации, я представления не имела ни о выживании в лесу, ни о защите от животных, даже костер из палок и фантазии соорудить не сумею. Это тело не было столь гибким и тренированным, но я все равно упорно карабкалась на дерево, пока не нашла довольно удобное разветвление. Там и уместилась в полусидячей позе и прикрыла глаза, чтобы отдохнуть. Во время подъема случайно порвала пеньюар и теперь даже не представляла, как выгляжу в этих лохмотьях из дорогущей ткани. В следующий раз в любой непонятной ситуации буду переодеваться во что-нибудь удобное – никогда не знаешь, в какой момент тебя похитят. Пыталась радоваться тому, что жива, здорова и уже второй раз избежала насилия, но больше воля в этом направлении не работала: я то и дело скатывалась в беспробудную тоску, шмыгала носом и вытирала слезы. Мне зябко, голодно и страшно – и это уже не сказочный сон, а в лучшем случае кошмар. Неужели может быть такое, что я в самом деле умерла и очутилась здесь, в теле какой-то Элеи, которую отравили во время испытания ядами? В этом случае я уже никогда не вернусь в нормальную действительность, не войду в высокие двери нашего спортивного клуба, не увижу своих талантливых учеников, не пообщаюсь с коллегами… Близких родственников у меня не было, но если я проснусь прямо сегодня, то сразу же позвоню троюродной тетке, с которой почти двадцать лет не общалась. Найду в соцсетях всех без исключения школьных одноклассников – и у каждого искренне поинтересуюсь делами. Да я даже изменщика Никиту обниму – просто от радости, что мы живы. Но, к моему ужасу, надежда на подобную возможность таяла на глазах. И если происходящее теперь вокруг реально, то апатия меня обездвижит и в конечном счете убьет. Во второй раз. А до полного упадка сил рукой подать – стоит мне только окончательно принять правду.