Возьми меня. Люби меня. Укрой (СИ)

— На правах королевы школы, — сказала она, глядя куда-то вглубь зала, — я хотела бы внести предложение. Пусть каждый пригласит того, кто ему особенно дорог, независимо от того, носит он сегодня корону или скромно стоит в стороне. Думаю, что Тай поддержит меня — она сделала широкий жест в сторону красавчика, наслаждаясь произведенным эффектом.
Дальнейшее можно было сравнить с разрывом бомбы — с первыми аккордами Кет проплыла через весь зал и протянула руку своему телохранителю. Половина присутствующих оглянулась в изумлении, которое, к счастью, было недолгим, потому что зал постепенно заполнился другими парами. В его центре медленно двигались в такт Сана и его прекрасная подопечная.
— Кет, что ты творишь? — он был в таком же шоке, как и все присутствующие.
— Зато посмотри на этого мерзавца, — он глазами указала на Тая, с лица которого до сих пор не сошла краска.
— Так это изысканная месть? Выбрала охранника, чтобы опустить золотого мальчика?
— Вот что ты подумал?!
— Так подумали все, Кетрин. Во всяком случае те, у кого есть мозги.
— Хочешь я возьму микрофон еще раз? Скажу одну важную вещь… в этом зале есть человек, который меня поддерживал, терпел мои капризы, помогал пережить трудный возраст. Мои успехи — это его заслуга, твоя заслуга, Сана. Я выбрала тебя, потому что я тебя люблю, это я тоже могу сказать. Этот танец может быть только твоим!
Сана смотрел в глаза Кет и удивлялся тому, как она изменилась. Детская непосредственность и открытость больше не читалась в серых глазах. Первое увлечение принесло ей слишком много боли, а способность доверять мужчинам умерла вместе с нерожденным ребенком. Верила она единственному человеку — тому, кто держал ее ладонь и нежно обнимал за талию. Что в это время чувствовал Александр, нельзя было определить однозначно. Не только любовь, в нем смешалась жалость, нежность, желание закрыть ее от всего мира. В какой-то момент им овладела безумная мысль — выйти их этого зала, посадить Кетрин в машину и уехать в неизвестном направлении. Она пронеслась, как белое облачко на темнеющем перед грозой небосводе, а эта гроза приближалась так быстро, что ее уже можно было почувствовать кожей.
  
Глава 7
 
Что означает «держать удар», Кетрин поняла только теперь, в кабинете деда. Домой с выпускного они возвратились на такси. Ее выходка с первым танцем переполнила терпение Раша Герхарда и подтолкнула его к тому, что должно было случиться многие годы спустя. Он тяжело опустился в кожаное кресло и устремил на внучку глаза, которые были холодными как лед.
— Всему есть предел, Кетрин, — сказал он, соединив пальцы, как делал всегда в момент сдерживаемого гнева. — Ты повела себя очень глупо и некрасиво, больше того, ты вынуждаешь меня принять меры, чтобы это прекратилось навсегда.
— Не понимаю, о чем ты…
— Прекрасно понимаешь. Связь между тобой и Александром невозможна. Этого не будет никогда, Кетрин!
— Ты говоришь, как рабовладелец! — выпалила она. — Разве не ты сам ввел Сану в наш дом? Теперь он вдруг стал недостойным человеком?
— Я говорю не о разнице в социальном положении, хотя уверен, ты повзрослеешь и поймешь, что и в этом я прав. Есть вещи, которые не позволяют вам быть вместе.
— Я люблю его, дед! Люблю, ты меня слышишь? Ты мне не остановишь! — она порывисто встала, намереваясь уйти.
— Сядь! — приказной тон заставил Кетрин остановиться.
Ученый поднялся и направился к сейфу. На столе перед Кет оказалась папка, наполненная бумагами, и ее сердце болезненно сжалось от ужасных предчувствий. Дед неспеша потянул завязки и выложил на стол пачку бумаг, поверх которых долгие годы хранилась старая вырезка из пожелтевшей газеты. Он положил листок перед ней и не говоря ни слова ждал, пока глаза Кет пробегали по строчкам и с ужасом смотрели на фотографию с искореженным автомобилем.
Короткая статья была посвящена аварии, произошедшей на мексиканской границе. За рулем был некто Альваро Росарио с большим послужным списком в виде арестов и тюремным сроком за продажу наркотиков. Водитель, его брат Хосе и жена Сусана погибли на месте. Чудом осталась в живых только дочь — десятилетняя Рамона. С фотографии смотрела девочка с серыми глазами и Кетрин с дрожью узнала в ней себя.
 
— Я не понимаю… — прошептала она — Что это значит? Я не твоя внучка?!
— Верно. Между нами нет кровного родства. Я оформил опекунство после того, как увидел тебя в больнице. Ты была похожа на мою дочь. Она тоже была в машине, которую расстреляли, вот только твоих родителей убрали как преступников, а моя дочь и жена… они погибли потому, что им угрожали, а я не смог их защитить. Мне хотелось искупить вину. Я подумал, что могу дать тебе шанс занять место Кетрин, даже дал тебе ее имя.
— Ты меня использовал! Все эти годы ты мне лгал. Зачем? И как ты теперь можешь помешать мне быть с тем, кто в сотню раз лучше тебя?
— Очень просто. В этой статье не совсем правдивая информация. Твои родители погибли, но брат — нет. Мне удалось спасти его, хотя шансы были мизерными, ты ведь была в нашем институте и знакома с моими открытиями… Хосе, как и тебе выпал уникальный шанс вернуться и начать жизнь под другим именем. Для человека с такой травмой головы было несложно сочинить легенду, в которую он сам поверил. Быть спецназовцем лучше, чем наркодилером…
— Сана… мой брат?!
— Да. — холодно произнес он, убирая бумаги обратно в папку.
— И он тоже знал?!
— До сегодняшнего вечера — не имел понятия. Но теперь знает! Больше он здесь работать не будет, его место займет другой человек. На счет будущего твоего брата… не беспокойся, я позабочусь о том, чтобы он мог продолжить свою карьеру где-нибудь в другой части страны.
— Так вот почему мы ехали домой в такси. — Кет вскочила. — Я хочу его увидеть! Хочу посмотреть в глаза! Куда ты его отправил?
— Вы больше не увидитесь, Кет, это был последний раз. Успокойся и подумай головой. Ты предпочла бы видеть его мертвым, а сама расти в детдоме?
— Где Сана? — она выглядела как безумная, а пальцы побелели от того, с какой силой руки вцепились в стол. — Я все равно узнаю!
В ответ Герхард не произнес ни слова, он выровнялся в кресле и снова соединил кончики пальцев. Как раз в этот момент к дому подкатила машина, Кет узнала ее по звуку мотора и бросилась к выходу, но дверь кабинета оказалась закрыта изнутри на ключ. Из окна она видела, как Сана выходит из авто и захлопывает дверцу, но в следующий момент воздух сотряс взрыв, а в небо взметнулся столб пламени. Куски авто полетели в разные стороны и все заволокло дымом. От осколков оконного стекла Кет спас дед, который с удивительной для его возраста ловкостью свалил внучку на пол и накрыл собой. До слуха Кетрин доносились звуки сигнализации соседских автомобилей, чьи-то крики, но гул в голове мешал соображать, и она временно потеряла ориентацию.
«Ключи! — Герхард потянулся к поясу, где была закреплена связка — Открой дверь»! Кетрин протянула руку за ключом и поняла, ее спасителю досталось куда больше, чем показалось на первый взгляд. Нужна была «Скорая» и не одна. Кое-как уложив деда и подсунув ему под голову валик из одежды, она так быстро как могла спустилась по лестнице, одновременно набирая 911. Уже у самого порога ее перехватил один из охранников и закрыл собой выход.
— Мисс Герхард, вам лучше туда не ходить… Не надо на это смотреть!
— Отпусти меня! — она вырывалась и кричала, как безумная, требуя только одного — позволить ей увидеть Сану. Любого, даже если он погиб, главное увидеть своими глазами! Врач приехавшей «Скорой» вынужден был сделать инъекцию успокоительного, пока пожарные гасили пламя и только потом ответить на единственный интересовавший ее вопрос: «Жив, но в критическом состоянии».
 
— Я поеду с вами! Это мой брат, я имею право! — Кетрин оттолкнула руку и пошатываясь, направилась к машине.
— Кетрин, вернись домой! — дед, котором уже сделали перевязку, держась за стену вышел из дома и его лицо впервые за многие годы приобрело человеческое выражение. На нем читалось сожаление и трудно поверить — сочувствие!