Последний Самурай 2 (СИ)

Когда мы подъехали к штаб-квартире, которая выглядела как охранная фирма, я увидел несколько чёрных машин, припаркованных у входа. Очень дорогих, очень пафосных чёрных машин. Опыт подсказывает, простые якудза на таких не ездят.
— Что это? — спросил я Танаку. Он в ответ молча пожал плечами, но сам весьма заметно напрягся.
Мы вошли внутрь. В главном зале было шумно. Помимо родных и почти уже любимых вакагасира, я увидел несколько незнакомых лиц. Суровые японские дядьки одетые в не менее суровые чёрные костюмы.
  
— Инагава-кай… — прошептал Танака за моей спиной. — Быстро среагировали. По-моему, они настроены агрессивно.
Я с телохранителем был полностью согласен. Гости, явившиеся в штаб-квартиру Ямагути-гуми, действительно выглядели весьма решительно. Судя по всему, это как раз и есть тот момент, о котором говорил придурок Кэзухиру. Сейчас начнётся…
  
Враг моего врага — мой друг
 
Стоило собравшимся заметить наше с Танакой появление, все разом замолчали, уставившись на меня. Будто в одну секунду выключили звук.
В центре всей этой толпы стояла Каору, её лицо выглядело на редкость серьёзным. Рядом с ней замер удивительно огромных размеров мужчина с резкими чертами лица и пронзительными глазами. Удивительных, естественно, для японцев. От него так и веяло застарелой ненавистью и презрением.
— Дзюнъитиро Курода, — Прошептал за моей спиной Танака. Он, видимо, решил взять на себя роль того, кто пояснит важные детали, и это, кстати, было очень даже к месту. Потому как мне вообще фиолетово, я никого из явившихся якудз не знаю. — Правая рука кмитё клана Инагава-кай. Его первый советник.
Я еле заметно кивнул, намекая Танаке, что прекрасно все расслышал и понял.
Рядом с этим Куродой стояли ещё двое мужчин, одетые в такие же дорогие чёрные костюмы. Их физиономии выглядели не менее агрессивно, чем крайне недовольное лицо главного «гостя».
Каору сорвалась с места и в одно мгновение оказалась рядом со мной.
— Адачи-сама… — Девушка поклонилась, всем своим видом демонстрируя глубокое уважение и почитание, хотя в ее взгляде я успел заметить немой вопрос:«Где тебя носит, придурок⁈ »– Мы заждались вас. Как видите, сегодняшний день начался немного иначе, чем мы планировали.
Каору тактично развернулась полубоком и сделала вежливый кивок в сторону представителей Инагава-кай.
Стоило ей высказаться, как троица якудз из противоборствующего клана ожила.
— Приветствую вас, господа, — произнёс тот самый тип, которого Танака обозначил как главного советника. Его голос был низким и властным. — Я — Дзюнъитиро Курода, а это вакагасира, Хаято и Кенджи. Мы прибыли из Инагава-кай, чтобы познакомиться с новым оябуном Ямагути-гуми.
Каору, стоящая рядом со мной, еле заметно дёрнула плечом.
— Курода-сан, — начала она, но он её резко оборвал.
— Молчать, девка! Я приехал не с тобой разговаривать. Мне нужен разговор с этим… недоразумением. — Взгляд Куроды переместился снова на меня, — Такито Адачи… Всего лишь час понадобился мне, чтоб выяснить, кто ты такой. Представь, каково же было мое удивление, когда я узнал, что ты… никто. Сараримен, полукровка, который никогда никакого отношения не имел к серьезным делам и к Ямагути-гуми. Я смотрю на тебя и думаю, ты действительно решил, что можешь быть оябуном? Клан якудз теперь возглавляет какой-то мальчишка без роду и племени? Это позор! А еще у меня вопрос, где были ваши глаза и мозги⁈
Курода обернулся к вакагасира, стоявшим за его спиной. К моим, вообще-то, вакагасира! Кстати, лейтенанты сегодня были не в полном составе. Здесь, в холле офиса, присутствовали всего пятеро якудз, среди которых я, конечно же, увидел Кэзухи. Его, наверное, все время подтягивают, как главного специалиста по Такито Адачи.
— Как вы могли допустить такой позор⁈ В общем… Мы требуем доказательств легитимности новоиспеченного кумитё.
Со всех сторон послышались глухие вздохи и шепот. Якудза Ямагути-гуми были явно недовольны таким открытым оскорблением. Курода намеренно пытался меня спровоцировать. Мало того, он обращался без должного уважения, будто я — мальчик на побегушках, так еще открыто, вслух поставил под сомнение мою власть.
— Он хочет… — Начал было за мной спиной Танака.
— Да понял! — Оборвал я телохранителя.
Ибо конкретно в данном случае все действительно было предельно понятно. Не понятно только, что мне со всем этим делать. Чисто теоретически, я в оябуны не набивался. Это все девка сумасшедшая придумала. А теперь она в сторонке, а мне приходится расхлебывать.
— Кстати, — продолжил Курода, его взгляд стал ещё более острым, — говорят, что Синода-сама, ваш бывший оябун, просто «отошёл от дел» и передал клан в руки…этого человека. Очень удобно, не правда ли? Никаких прощальных цереморий, никаких объяснений. Просто исчез. Так вот, я требую немедленно устроить нам встречу с Синодой-сама. Хочу говорить только с ним. Все, что происходит в одном клане, касается и других.
Я почувствовал, как по моей спине пробежал холодок, а внутри начало расти глухое раздражение.
Значит, мои вакагасира скрыли от Инагава-кай истинную причину «отставки» Синоды. Они официально заявили, будто он отошёл от дел и передал клан мне. Типа, просто ударила в голову кумитё такая блажь. Естественно, ни один якудза в здравом уме в столь нелепую версию не поверил бы. А то и принял бы за оскорбительную шутку.
Но это ладно. Это не играет особо роли. Дело в другом. Поведение вакагасира и то, что они официально преподнесли случившееся совсем не так, как было в реальности, означает одно — они не верият в меня, не верят, что я смогу удержать власть, если правда о смерти Синоды станет известна.
В их глазах я был лишь временной фигурой, которую можно при оказии легко сместить. И класть они хотели на слова Каору по поводу дракона. Собственно говоря, мои утренние подозрения насчет того, что вакагасира приняли кандидатуру Такито Адачи, рассчитывая, что все это — недоразумение, вполне подтвердились. Поди еще и втихаря, за моей спиной выбрали кого-то более подходящего. Ну хорошо… Хорошо… Я вам покажу, кто в доме хозяин.
Это уже было дело принципа. Да, мне сто лет не впёрся этот чертов клан. Но теперь, исключительно на зло всей мафиозной братии, я научу их Родину любить. Вернее, уважать своего оябуна.
Каору чуть подалась в мою сторону и тихо, так, чтобы только я слышал, прошептала:
— По традиции, оябун должен либо унизить бросившего вызов, либо убить дерзкого.
Мой мозг лихорадочно заработал. Убить Куроду? Сейчас? В окружении его же людей? Это было бы круто, но…
Я прислушался к внутренним ощущениям. Они были вполне себе обычными. То есть, рассчитывать на приступ безумного веселья, которое мое тело наполняет какой-то могущественной хренью, не приходится.
Нет… Так не пойдёт. Сегодня же разыщу Тенноки и вытрясу из нее все, что она знает о драконе. Мне нужно знать, где находится кнопка, включающая мои суперспособности. Совершенно не желаю зависеть от прихоти дракона. Когда ему, значит, хочется повеселиться, я исполняю всякие номера. Когда он отдыхает — иди в задницу Такито, разбирайся сам.
В общем, вариант с убийством этого Куроды исключается. Он мало того огромен и опасен сам, так рядом с ним еще отирается парочка головрезов. У них прямо на рожах написано, что они головорезы.
И ладно бы, сказать, что моих людей больше, но я уверен на сто пятьдесят процентов, ни один из них не будет вмешиваться. Во-первых, эти чертовы традиции. Не сомневаюсь, по этому поводу найдётся какая-нибудь конкретная. Типа, поединок чести или еще какая-нибудь хрень. Во-вторых, если Курода меня тут прибьет, они ему потом «спасибо» скажут. Кстати, не удивлюсь, если мои вакагасира специально спровоцировали всю ситуацию.
  
Значит, нужно унизить. Но как?
— Если бы он был равным вам, то можно устроить ритуальный поединок… — Прошептал за моей спиной Танака.
Нет, однозначно мне нравится этот парень. Выпишу ему премию. Пожалуй, он единственный, кто реально печётся о благе своего нового оябуна.