Невинная для Грешника
Дина Данич
Невинная для Грешника
1 Маша
– Да кому ты будешь нужна кроме меня, коза упрямая?
Голос жениха, теперь уже бывшего, звучит резко и обидно. Смотрю на Виктора и не понимаю – как могла не замечать? Почему так легко доверилась и влюбилась в него?
– Уходи, – мотаю головой. – Ты изменил мне, на этом точка.
Прохоров самоуверенно ухмыляется. Наверное, считает, что загнал меня в угол, поймав в подсобке элитного ресторана, куда мне пришлось устроиться работать официанткой.
Почему? Потому что отец не согласился с моим решением отменить свадьбу с Виктором после того, как я узнала, что у него есть любовница. И возможно, даже не одна.
– Ты же взрослая умная девочка, должна понимать, что нужно мужчинам. А раз сама отказалась давать, то…
Он не заканчивает, но такая демонстрация только сильнее убеждает меня, что я все сделала правильно, пусть и накануне свадьбы.
– То что? Должна терпеть твои измены? Нет, Вить, – возмущенно качаю головой. – Это не про меня. Оставайся со своей любовницей.
– Ты могла не выкобениваться, а трахаться со мной сама. Но нет, тебе же подавай романтику – папина принцесса, которая верит в волшебных мужиков и единорогов, – ядовито ухмыляется Прохоров. – А я нормальный мужик, Маша. Мне секс нужен, и регулярный.
– Так теперь у тебя полный карт-бланш! – огрызаюсь на его аргументы.
Господи, как же больно-то, а? Ну, какой цинизм в его словах. Неужели я правда сама виновата в том, что он с кем-то на стороне? А как же любовь? Верность?
– Можешь ни в чем себе не отказывать! Хоть одна, хоть несколько сразу и каждый день!
Виктор зло прищуривается, а затем неожиданно толкает меня – довольно сильно, так, что я отлетаю к стене и ощутимо прикладываюсь головой об нее.
– Я буду трахать кого захочу и когда захочу, уяснила? Я – твой будущий муж, детка. И слушаться меня ты будешь беспрекословно. А сейчас ты быстренько соберешь манатки и вернешься домой к папочке.
– Нет, – шепчу упрямо, стараясь сдержать слезы, которые наворачиваются на глаза.
Не узнаю его, просто не узнаю! Витя же был таким галантным, таким внимательным. Да, он старше меня, и сильно – ему почти сорок. Но когда мы только познакомились, меня это совершенно не насторожило – он был таким… таким…
У меня не было шансов устоять. Тем более что и папа одобрил Прохорова, обронив, что такому мужчине он может доверить меня. Для меня мнение отца много значит. По крайней мере, так было раньше. До того, как я услышала от него, что должна просто закрыть глаза и потерпеть.
– Да, Маша, – чеканит бывший жених. – Я дал тебе достаточно времени, чтобы ты одумалась. Побегала, и хватит. Для свадьбы всего готово, и отменять мы ничего не станем. Это мое последнее слово.
– Ты – чудовище, – разочарованно вздыхаю. – Я не выйду за тебя замуж. Не стану терпеть такое отношение.
– Еще как станешь, Маша, – рявкает Прохоров, подходя ближе. – А чтобы ты не наделала глупостей, я тебе сейчас объясню, как должна себя вести моя невеста, – угрожающе тихо цедит он.
Я шагаю в сторону, но бывший резко подается вперед и хватает меня за руку.
– Витя, пусти!
– Я хотел по-хорошему, – хрипит он, нависая надо мной. – Правда хотел. Но ты сама виновата.
Его рука ложится мне на бедро, внаглую задирая юбку униформы официанты. В этот момент я очень четко понимаю – если я срочно что-то не предприму, то Прохоров пойдет до конца. В его взгляде ярко горит лютая решимость наказать меня.
– Отпусти, – прошу, все еще надеясь, что это просто проверка или запугивание. Но бывший скалится и наклоняется ниже.
Я, резко вдохнув, наступаю каблуком на его ботинок. Впервые радуюсь, что одним из требованием к официантам здесь – носить туфли на шпильках.
Виктор по-девчачьи взвизгивает и отшатывается, давая мне возможность улизнуть.
– Ах ты тварь!
Я проскальзываю мимо и несусь к двери. Успеваю сделать пару шагов, как слышу отборные ругательства. Сбросив туфли, выбегаю в коридор.
Позади раздается рев – даже не представляла, что Прохоров так умеет. Но сейчас это меня вовсе не восхищает, а наоборот – становится еще одним поводом бежать быстрее.
Как назло, в этой части ресторана очень немноголюдно. Судорожно вспоминаю, куда надо свернуть, чтобы попасть в комнату персонала, где всегда есть охранники.
И ошибаюсь! Но понимаю это слишком поздно.
Не знаю, что именно находится в этом крыле, но моя последняя надежда – запереться где-то и переждать. На другие идеи банально нет времени.
Завернув за угол, я замечаю приоткрытую дверь. Решение приходит мгновенно – толкаю ее и, забежав в комнату, резко захлопываю за собой.
А потом оборачиваюсь и кричу в голос.
Практически тут же мне на лицо ложится широкая ладонь, а от увиденного перед глазами начинает плыть.
У дальней стены на стуле сидит привязанный парень. Справа от него – мужчина, держащий пистолет у виска того парня.
А рядом со мной, чуть позади – огромный, словно медведь, незнакомец. Который и заставил меня замолчать.
– Ты как здесь оказалась, лапуля? – спрашивает он низким голосом.
2 Маша
– Черт, Игнат, дверь было сложно закрыть? – недовольно фыркает мужик с пистолетом.
Мужчина ловко оттаскивает меня от двери и проворачивает на ней замок. Но теперь-то уже поздно.
– Кричать не надо, – веско роняет он и убирает ладонь от моего лица. – Это ясно?
Я медленно киваю, готовясь к самому плохому. Незнакомец проходится по мне взглядом и тормозит на фирменном бейджике.
– Потерялась, Ма-ша?
Он выглядит пугающе брутально – высокий, явно постоянный клиент спортзала. Крупные черты лица, массивная челюсть, темные брови и карие глаза, в которых застыл немой вопрос. Голос у Игната низкий и густой, даже мурашки по спине проносятся.
– Я п-по ошибке, – бормочу, стараясь не смотреть в сторону парня, который начинает дергаться, но получив ощутимый удар от того, что с пистолетом, замолкает.
– Ворон, закончишь, – резко бросает тот, что рядом со мной и, щелкнув замком, резко выводит меня обратно в коридор.
Где я тут же вижу Прохорова с бешеным взглядом, в котором ярко горит желание устроить мне наказание.
– Тоже по ошибке?
Витя настороженно смотрит сначала на мужчину, затем на меня, на то, как Игнат меня крепко держит за плечо.
– Прошу прощения, – нахально заявляет бывший, видимо, решив, что его привычная наглость сработает. – Повздорили с невестой, и она убежала. Женщины, сами понимаете.
Вижу, как выразительно он смотрит на меня. Неужели, и правда, рассчитывает, что я сейчас возьму и побегу к нему, как послушная собачка?
– Меня уже можно отпустить, – тихо говорю, пытаясь отстраниться.
Хватка Игната становится крепче – я почти успеваю испугаться, но руки с моего тела все же пропадают.
Я, естественно, отступаю в сторону – подальше от обоих мужчин. Неизвестно, кто из них страшнее.
– Маша, – выразительно произносит Прохоров. – Идем.
– Уходи, – качаю головой и отступаю назад. – Я не вернусь к тебе.
Витя прожигает меня злым взглядом. Странно, но находится рядом с мужчиной, которого я увидела в той комнате, мне кажется более безопасным, чем пойти с тем, кто должен был стать моим мужем.
– Учти, твой отец хотел тебя видеть, – бросает Прохоров, прежде чем уйти. – Он ждет тебя, Маша.
Когда он скрывается за поворотом, слышу резкое:
– Я так понимаю, ты здесь работаешь.
И это звучит вовсе не как вопрос.
– Да, простите. У нас вышло… эээ… недоразумение.
Сейчас, чуть успокоившись, я могу рассмотреть мужчину внимательнее. По нему сразу и не скажешь, какую должность занимает в ресторане. А то, что он как-то связан с этим заведением, очевидно.