Альтер эво

– Но они есть для меня, – неожиданно проговорил Андрулаки. – Я не вправе раскрывать подобные сведения третьим лицам до момента официального вступления наследников в их права.
Марк недоуменно воззрился на поверенного: кажется, на лбу у того выступила испарина и в целом вид Андрулаки имел совершенно бледный.
– Вы, наверное, не поняли, – начал Марк по новой, медленно и зловеще. – Я выясняю о людях такое, чего не знает ни их родная матушка, ни священник, ни дорогой дневник в розовой обложке с сердечками. Такова моя работа, – он подбавил в голос насмешки. – Стало быть, вам в вашей жизни нечего стыдиться?
Поверенный сглотнул и опустил глаза.
– Я не могу сказать вам того, о чем вы просите, – негромко, но четко произнес он. – Вне зависимости от ваших действий, имеющих место или запланированных. Это было бы прямым нарушением не только действующего законодательства, но и моего долга по отношению к клиенту, и я этого не сделаю.
Ни хрена себе, подумал сбитый с толку Марк. А ведь, похоже, он в очередной раз недопонял Язепса Старкова.
– Ваш клиент мертв, – намеренно резко напомнил он.
– Но мои обязательства перед ним сохраняются, – возразил Андрулаки.
Марк еще пару секунд постоял над столом, потом резко распрямился, развернулся спиной к поверенному и зашагал по кабинету, маскируя растерянность. Планируя визит сюда, он и помыслить не мог, что этот малахольный заика проявит такую стойкость. И это притом что у Андрулаки очевидно тряслись поджилки: Марку точно удалось задеть его за живое своими угрозами, и поверенный был перепуган до крайности. Но не сдавался.
– Кто-то из семьи стал вашим клиентом после смерти Старкова? – бросил Марк наугад, по-прежнему не зная, что делать теперь. – Это вы мне можете сказать?
– Могу, – согласился Андрулаки. – Велика вероятность, что в дальнейшем я буду действовать в интересах Ольги Алексеевны… Вдовы. Разумеется, в областях пересечения ее интересов с интересами покойного, буде такие найдутся, я в первую очередь…
Марк не стал вникать в продолжение. В голосе Андрулаки он уловил некую дрожь – и произошло это на «Ольге Алексеевне». Круто обернувшись, он заглянул поверенному в глаза. Андрулаки сбился посреди предложения и с отчего-то покрасневшим носом принялся вертеть в пальцах взятую со стола ручку.
Вот вам, пожалуйста, высококвалифицированная работа ретривера и плоды ее. Марк позволил себе медленную и многозначительную улыбку, увидев которую, поверенный тут же снова уставился на стол.
– Ай-ай-ай, – покачал головой Марк. – И вы, Сергей, говорите мне, что отказываетесь помогать расследованию?
– Я не отказываюсь… – пробормотал Андрулаки, не поднимая глаз. – Тем более – позвольте, с вашими умениями вы же сами в состоянии…
А то! Ясное дело: вот прямо сейчас он пойдет и поищет иголку в стоге сена – абстрактную юридическую информацию среди миллиарда альтернатив, да еще без единой зацепки. Как раз к началу следующей жизни управится.
– Разумеется, в состоянии, – холодно подтвердил Марк. – Но мне требуется официальное подтверждение.
– Я не могу… – с несчастным видом завел в очередной раз Андрулаки, и Марк перебил:
– Да, да, я уже понял, вы не можете мне его дать. Вернее, не хотите. А что вы можете, Сергей? – Вновь подойдя к столу, он скрестил руки на груди. – Вашего клиента застрелили – для вас это что-то значит? Хотели бы вы, чтобы его убийцу нашли? Ведь он, убийца, был совсем рядом с вами. В доме, где вы были частым гостем. Возможно, он до сих пор рядом, этот человек.
Теперь у Андрулаки покраснел не только нос, но и глаза. Казалось, поверенного разрывают на части собственные представления о разного рода лояльности.
– Арнис, – выпалил Андрулаки и тут же зачастил: – Если вам нужен убийца – то далеко ходить не надо: он же сущий головорез, он этим зарабатывал на хлеб. Он ненавидел отца, он и Ольгу… Алексеевну ненавидел.
– И дочь свою, – поддакнул Марк.
Андрулаки запнулся, моргнул и с каким-то даже сожалением покачал головой.
– Нет, Инта – другое, у него с ней не складывается, и очень даже понятно. Но, сдается мне, он бы многое отдал, чтобы… Бедная девочка.
 
– Сергей. – Марк демонстративно вздохнул. – Вот прямо сейчас вы пытаетесь выдать свои личные чувства за полезные сведения. Разве так ведут дела порядочные юристы? Ведь этот Арнис просто бесит вас, потому что он – ваша полная противоположность. – Марк метнул на поверенного испытующий взгляд. – И конечно же, потому что у мужчины вроде него куда больше шансов добиться расположения женщины вроде Ольги Старковой.
Сергей Андрулаки захлебнулся словами:
– Ложь! Такого рода клевета всегда окружает… Да, я с сожалением допускаю, что одно время Арнис мог иметь некие виды… Надежды определенного рода – поймите, они ведь не были знакомы до совсем недавнего времени, но… Господи, помилуй, да они же родственники!
– Не кровные, – рассеянно возразил Марк: что-то в словах поверенного пробудило его внимание – вот прямо сейчас, буквально миг назад – и тут же ускользнуло. – В отличие, к примеру, от Ольги и вас. Ведь вы ее кузен, не Язепса.
Андрулаки пошел пятнами.
– Я… я не…
Внезапно у Марка появилось ощущение растрачиваемого попусту времени – которого было мало: почему-то он чувствовал, что должен спешить, что времени почти не осталось.
– Сергей, вы имеете на Арниса что-то посерьезнее всей этой инцестуальной ерунды, с которой мне, честно говоря, категорически не хочется разбираться?
Поверенный, уставившись в угол, тяжко и часто задышал, словно только что бежал кросс. Марк понял, что ничего не добьется в этом кабинете. Ставка не сыграла.
– Отец хотел с ним помириться. Я был решительно против, но мои советы… – Поверенный не сводил глаз с углового книжного стеллажа, голос его теперь был тихим, но по-прежнему напряженным: – Незадолго до кончины у моего клиента появилась новая бизнес-идея. Естественно, я не был посвящен. Но это, по-видимому, должно было быть нечто великое. Он предпринял некие радикальные шаги, некую реорганизацию, даже переориентирование… И исполнился убеждения, что ему необходим… Ну, понимаете, помощник. Правая рука. Полагаю, проект был воистину грандиозен… – Поверенный судорожно вдохнул. – Одним словом, он связался с Арнисом, пригласил его для беседы. И – вы знаете, что произошло потом.
Андрулаки замолчал, глядя куда-то сквозь книги. Короткие пальцы продолжали теребить ручку.
– Так вам кажется, что отец рассказал Арнису о своих бизнес-планах? И Арнис убил его с тем, чтобы завладеть оригинальной идеей? – без обиняков спросил Марк.
Поверенный вздрогнул и оторвал наконец взгляд от книжных корешков.
– Мне не кажется. Я совершенно точно уверен, что мой клиент в общих чертах ввел сына в курс дела. Я сам готовил NDA.
Одна бровь Марка поползла наверх. Соглашение о неразглашении? Интересным все же покойный был человеком: фамилья, значит, фамильей, а табачок врозь.
А через секунду в голове у Марка взорвалась маленькая петарда. Арнис мог убить отца – а мог и не убивать. Но если все так, как говорит Андрулаки, значит, Арнису как минимум известен мотив. То, что он знает о бизнес-идее отца – это именно то, за что Старкова убили.
От ощущения, что надо спешить, уже кололо пальцы. Марк кивнул Андрулаки и подхватил куртку.
– Спасибо, Сергей. Вы помогли.
– Могу ли я надеяться… – начал было поверенный, но затем безразлично мотнул головой. – А впрочем…
Марк мог бы успокоить беднягу, заверить, что он не делится информацией. По крайней мере, без веской причины и явной выгоды, а разбалтывать секреты поверенного ему никакой выгоды нет. Но не стал этого делать. Страшилка про дядьку-ретривера работает – так лучше поддерживать ее в рабочем состоянии.
Он уже взялся за дверную ручку, когда за спиной снова раздался вялый голос Андрулаки:
– Инта… Если вам действительно нужна информация о наследовании, попробуйте поговорить с ней.
– С девочкой? – переспросил Марк, оборачиваясь через плечо и отчего-то слегка раздражаясь. – А она тут при чем?