Тайное местечко (СИ)

— Смоленская.
— А я Пскопской. Скобари мы.
— Ну, тогда выгребай нас скобарь Петра Великого.
— Лады. Так. Ревизия добра: скажи, что есть из полезного?
— Нож, пирожки, четыре штуки, вода в бутылочке, ягоды, вот. Ведерки с крышками, авоська, платок, кофта.
— Не густо, но и это хорошо. Итого, еще складник, еще ведро металлическое, пакет, вода во фляге, моточек веревки. О, чуть не забыл: кирпич!
  
— Я думала, меня после Остапа уже не удивить. Ты с кирпичом по ягоды всегда ходишь?
— Да, не! Это я про мобилу! Вот! Ну кирпич же теперь ненужный! Сдохнет и только кидаться им. Даже блинчики по воде не пустить, корпус не скользкий.
— Фух! Я уже грешным делом подозревать стала самое плохое.
— А чего ж не ушла, когда предложил?
— А я тоже русская.
— Ну, русская, каких коней останавливать будем? В каких избах греться?
— Ну… Я учитель начальных классов, нам географию проходить не положено!
— Это ты так намекаешь, что выбирать дорогу буду я, а пилить меня за мой выбор будешь ты?
— Звучит многообещающе! — аж закатила глазки девушка в предвкушении прекрасного.
— Мир, возможно, другой, а порядки те же — почесал «тыковку» Остап.
— Кстати, а с чего ты вообще взял, что это другой Мир? Может, мы только в областях заблудились? Сейчас на сосну тебя залезем, ты все оттуда увидишь и мне расскажешь, а я и пойду за сеном до ближайшей деревни.
— Зачем?
— Ну, тебе подстелить, куда ж ты прыгать будешь? А сам ты уже обратно и не слезешь с той сосны, я ее отсюда вижу.
— М-да, ты не совсем права, не приучены мы кролики по соснам лазать. Я туда и не влезу.
— Почему, кролики?
— А я в год кролика родился.
— Ха! Он же год кота! Очень даже приучены! Особенно вверх. Вот со спуском я отлично угадала, это вы очень не любите. Сидите потом наверху и орете благим матом.
— А ты мне сливочек налей, я и спущусь!
— Ты лезть будешь?
— Не, землелюбивые мы!
— Городские! — закатила глаза Олеся и решительно направилась к соснам.
— Э! Ты че, серьезно? Да это же пальма! Ты ж глянь! Она и салом натерта, вон как блестит на солнце!
— Вот именно, пока на солнце,— выделила интонацией Олеся слово «пока», — а скоро у нас и того не будет. Надо определяться с направлением.
— Слушай, это отличный выход! Ночью и поймем — наш это Мир или нет! Уж звезды то мы с тобой видали не раз. Созвездия, глядишь и узнаем, или... не узнаем!
— Ага, здесь и заночуем? А если зверь дикий?
— А вот на соседней полянке его нету? Там травка от волков растет, да? Ты ее разглядеть хочешь, училка?
— Я хочу рассмотреть признаки близкого жилья: дым из труб, города, дороги, или хоть реки, вдоль которых точно должны быть поселения людей.
— Вот реально, не заберёшься ты! Не усугубляй ситуацию.
— Да не дрейфь, Остапчик! Я столько отлазила в свое время…
— Именно, что — в свое!
— Это ты на что намекаешь?
— Не-не, показалось тебе, девочка! Лезь! Даже подсажу! — и добавил шепотом, — Если сил хватит.
— Я все слышу! Вот залезу сейчас, а ты с полянки то один и отправишься куда Макар телят не гонял!
— А ты рыбкой оттуда и за мной!
— Ох, и доведет тебя язык до …
— Счастья земного!
Так перекидываясь фразочками они и дошли до края поляны к высокой сосне, что приглянулась Олесе. Она поставила свои пожитки на землю и стала присматривать — с какой стороны сподручнее забираться будет. Ещё раз порадовалась, что пошла по-ягоды в спортивках и кроссовках, лезть было сподручно и вообще удобно.
А Остап потерянно стоял рядом с сосной. Ну не умел он лазать по деревьям. Права была Олеся, рос он городским мальчишкой. Вот книги, беготня, пацанские игры в мяч, ножички — это было его, а вот стройки, деревья — это прошло мимо. Какие деревья в городе, а строек давно и не было в округе. Вот и приходилось сейчас смотреть, как Олеся ловко карабкается на дерево. Было немного стыдно. Но делать глупости, после которых добавить им обоим проблем со здоровьем не хотелось.
— Ну, что там? Москва, море, пляж, вокзал?
— А тебе бабушка не рассказывала, что наша Родина огромная и не имеет края?
— У меня тетка географичка. Я хорошо знаю, что границы таки есть! И на Земле даже есть «не Россия»!
— Ой!
Раздалось сверху и девушка резво стала спускаться с дерева. Это ее «ой» Очень не понравилось Остапу:
— Что? Что там? Звери? Опасность? Ну не молчи ты!
Олеся в это время уже спрыгнула цела и невредима на землю, но вид ее был взволнованный.
— Ну! — поторопил парень.
— Там люди!
— Ну, это же хорошо! Далеко до них? Ты хорошо направление запомнила? Бежим, пока не ушли!
— Незачем бежать, не уйдут они! Никуда уже не уйдут. Они там висят.
— В смысле, висят?
— На веревках висят.
— Как это? Как раньше? — Растерялся парень.
— Наверное, я не видела, как раньше висели. А эти давно висят. Там звери пир устроили уже, птицы…бррр.
— Далеко? — слетела с парня последняя веселость?
— Ну, я рассмотрела. Там деревьев меньше и они… висят.
— Признаки жилья увидела?
— Да, там недалеко и деревня небольшая.
— А другие поселения есть?
— В той стороне река.
Махнула рукой влево девушка. Других домов не видела.
— Но я туда не хочу!
— Я тоже! Лучше к реке и другое поселение поищем. Сейчас лето, ягод наберем, в реке попробуем рыбу поймать, будем искать. Согласна?
— Конечно! Сегодня здесь ночуем? Или сразу дальше идем?
— Давай сразу, пока силы есть, пока направление помнишь. Какая разница, где дикого зверя бояться. Везде пока условия одинаковы, а вот дикого люда не хочется встретить.
Они поели немного собранных ягод, попили воды и пошли в направлении реки, что заприметила Олеся.
Весь день они шли по лесу, дремучим он не выглядел, был проходим и привычен, словно лес у дома за деревней. Только вот не вешали у нас рядом с деревнями людей! Вот этот страх и гнал попаданцев подальше от жилья неприветливых людей.
  
Глава 4
 
Только раз они сделали привал, попив воды и перекусив ягод на новой полянке, и отправились дальше. Чтобы не сбиться с направления, Олеся еще раз залезала на дерево и сверялась с местоположением реки. Это было не зря, ибо все же они стали немного отклоняться.. Дорогу сокращали легкой беседой, прощупывая интересы в их прошлой, дополянной жизни. Пока было больше общего, молодым людям было приятно в обществе друг — друга.
Ближе к вечеру, оба стали понимать, что сегодня они не доберутся до речной дороги. Хотя у Остапа была надежда дойти, построить плот и переночевать в дали от опасных берегов. Но… Мечты останутся мечтами. Еще не известно, в какую сторону несет свои воды та речка. А вдруг как раз к тому поселению с висельниками, что тогда делать? Хотя, опять же, есть выбор — переправиться на другой берег, чтобы быть еще дальше от негостеприимных жителей поседения. Опаска подстегивала спутников весь день, но силы все же не бесконечны. Пришли к окончанию они. И даже пережитый ужас от осознания близкой опасности притупился под действием усталости. Попаданцы решили пройти еще час и устраиваться на ночлег. Больше тянуть было нельзя, оставался риск не успеть обустроиться до темноты.
Речку они не достигли и через час. Приглядели полянку поудобнее и просторнее и стали думать, как же суметь пережить эту ночь, не зная от какой опасности стоит беречься. Решили спать по очереди. Не спать совсем было не реально. Олеся предложила все же устроиться на деревьях. Там безопаснее. Если опасность угрожает от волка или кабана. А если медведь… Или люди — охотники? Выбирать было тяжко, подсказок-то никаких. И оставалась очень серьезная проблема: по деревьям лазить Остап не умел.
  
— Ты, прекрасно придумала, полезай на дерево! И спать и сторожить оттуда сможешь более эффективно! А я уж тут внизу. Если вдруг заметишь зверя, предупредишь меня, но сама не слезай. Смысла не будет, и моя смерть будет напрасной и себя погубишь. Ну хоть сейчас прислушайся к голосу разума!