Дитя трёх стихий. Щит истинной любви

Роу покачал головой, бросил ещё один многозначительный взгляд на мать и вышел.
__________________
* Випры – змеи, укус смертелен. Живут парами. Если мёртвую змею подбросить жертве, то вторая приползёт и отомстит. В первой части дилогии Лиссу пытались убить таким способом.
 
Глава 2. Защитный барьер
 
– Ну, а теперь говори, – едва за Роу закрылась дверь, с лица Леры исчезла улыбка, – что случилось?
Чтобы рассказать про Алиту хватило пары фраз. Лера кивнула и подозвала свою камеристку. Та выслушала, присела в реверансе и скрылась за неприметной дверцей в коридоре для слуг. Лера устроилась в кресле напротив меня.
– Думаю, она быстрее моего сына всё разузнает. Когда вернётся, поможет тебе принять ванную. Ты, наверное, и есть хочешь?
Я помотала головой. Не то, чтобы я не хотела, но это вполне могло подождать. При мысли о тёплой воде и мыле меня начинало потряхивать, и все прочие желания отступали. А Лера тем временем ступила на скользкую для меня почву:
– Теперь главное – что ты задумала?
– Ничего.
– Ой ли, как будто я не вижу, как забегали твои глазки.
Ну вот что ты будешь делать? Как объяснить? А ведь вряд ли мне кто-нибудь сможет помочь в моих изысканиях лучше Леры. Может, стоит ей довериться? Я закусила губу.
«Лера, мне нужно срочно в библиотеку», – нет, так начинать нельзя. Первое слово, которое у неё вырвется, будет «нет». А нас когда-то учили, если хочешь чего-то добиться, надо вести собеседника по лабиринту из слов так, чтобы он как можно чаще говорил «да».
Пришлось начать издалека:
– Я тревожусь за Роу. Сейчас ему нужны все силы, а из-за нашей связи, – я протянула руку, позволяя рукаву соскользнуть до локтя, обнажая браслет истинной пары, – он ловит все мои переживания. И я боюсь, что в какой-то момент мой испуг или волнение могут его отвлечь.
На лице Леры появилось досадливое выражение. Я даже удивиться не успела, как она почти слово в слово озвучила мои мысли:
– Защитный барьер. Ну что мне стоило быть внимательнее на занятиях, когда нам в Академии рассказывали об истинных парах? Я была уверена, что истинная связь – сказки, и мне никогда это не пригодится, – она вздохнула. – Ну мне и не пригодилось.
Некоторое время Лера в задумчивости постукивала ноготками по подлокотнику кресла:
– Есть одна мысль.
Я затаила дыхание.
– Библиотека, – продолжила Лера.
Во-о-от!
– Была в ней одна книга, – сейчас на лице моей свекрови проступило отвращение. – Мемуары рыжеволосой дряни – Теи. Эта выскочка решила войти в историю. Не успела занять… трон, как сразу начала диктовать свои бесценные воспоминания.
Вот это новость!
– Разве они с императором Румером истинные? – вырвалось у меня.
До сих пор я столько слышала от Леры про интриги Теи. И решила, что та рвалась к власти всеми правдами и неправдами. Но если Тея и Румер были истинной парой, то вся суть истории менялась.
– Ну, по крайней мере, в книге так написано, – неохотно ответила Лера. – Она даже уверяла, что совсем не стремилась к власти. Ни она, ни красавчик Рум. Но это чистое кокетство.
– А что про барьер? – вернула я её к главной проблеме.
Лера тяжело вздохнула:
– У неё получилось закрыться от Румера во время состязаний, – Лера споткнулась, её глаза расширились, словно она вспомнила что-то очень важное. И она тут же подтвердила. – Алия!
– Что? – я не поверила своим ушам.
– Там, на состязаниях, была Алия, твоя родственница. И именно она подсказала рыжей, как создать барьер.
– Тётя Алия?
– Значит, вас должны были этому учить, хотя бы в теории, – Лера вопрошающе уставилась на меня.
А я почувствовала, как мои щёки заливает краска:
– Я… мне и в голову не приходило, что когда-нибудь эти знания мне пригодятся, – жалобно сказала я, чувствуя, как подрагивают мои губы.
– Ясно, ты такая же бездельница, как и я, – хмыкнула Лера, и тут же её голос стал ласковым. – Ну-ну, не расстраивайся.
– Ой, – почему-то шёпотом сказала я. – Сейчас опять Роу услышит. Он стал такой чуткий.
 
Пришлось заняться дыхательными упражнениями под одобрительным взглядом Леры.
– Да, девочка, нам срочно надо найти всё, что возможно о барьере. Не хотелось бы, чтобы Роу при Вихо вёл себя так, словно сам вынашивает младенца.
Я фыркнула. Но сдержать смех не получилось, потому что Лера меня поддержала. Отсмеявшись, мы снова вернулись к разговору о защитном барьере:
– Есть две книги, которые могут быть полезны: про одну я уже сейчас говорила, – Лера опять поморщилась, похоже бывают раны, не заживающие никогда. – И мемуары твоей достопочтенной родственницы.
– Достопочтенной? – не поняла я.
– Ну, Алии.
Несколько мгновений я пыталась соединить в голове слово «достопочтенная» с образом лёгкой, словно ветерок, Алии. Так и сидела, разинув рот, не зная, как объяснить, что долгоживущие маги потому и живут долго, что меньше всего похожи на достопочтенных матрон.
В этот момент вернулась камеристка, и я захлопнула рот, так ничего и не сказав.
– Госпожа, – она присела перед Лерой и покосилась в мою сторону, испрашивая разрешения говорить при мне.
Сердце пропустило удар.
– Алита жива? – с трудом шевеля губами, спросила я.
Камеристка быстро закивала. – Жива, жива!
Я выдохнула с облегчением:
– Что ты выяснила? Не бойся, говори. Раз жива, остальное меня не испугает.
Камеристка ещё медлила, но Лера ободряюще ей кивнула.
– Отрава была в настойке вербены, которую так любит госпожа Лисса, Лита надышалась, ну и на руки попало. Целитель сказал, что перестарались, слишком много добавили. Если бы меньше, то на Литу не успело бы подействовать.
Я содрогнулась.
– Ты говорила с самим целителем? – недоверчиво спросила Лера.
– Что вы, госпожа, с его учеником.
Кровь отлила от моего лица:
– И что со мной было бы, если бы я села в эту ванну?
Должно быть я сильно побледнела, потому что в глазах камеристки появилось испуганное выражение, а Лера сделала ей знак молчать.
– Я н-не знаю, госпожа, – пробормотала она. – Возможно, вам стало бы просто плохо.
Она врала, я видела это по её глазам. Просто плохо? Если Алите хватило запаха и погрузить руки, чтобы потерять сознание. А что случилось бы с моим малышом? Инстинктивно я положила руки на живот. Перед глазами поплыло.
Пришла в себя, почувствовав неприятный запах нюхательной соли, которую заботливо поднесла к моему носу Лера.
– Успокойся, Лисса, ничего ведь не случилось.
– В который раз уже, – помертвевшими губами пробормотала я.
– Асхар бережёт тебя и моего внука, – ладонь Леры легла поверх моих рук. – Всё хорошо.
Дверь с грохотом впечаталась в стену. Даже не поворачивая головы, я знала, кто ворвался в комнату.
– М-да, – донеслось до меня тихое Лерино. – Придётся мне самой покопаться в библиотеке.
*****
Роу быстро обвёл глазами комнату, убедился, что нет никакой опасности, и я почувствовала, как напряжение медленно его отпускает. Что-то было не так во всём этом. Связь была и прежде, с того дня, как дракон принял наш брак, но не такой же сильной. Раньше я не чувствовала мельчайшие оттенки его настроения столь остро.
Может, причина обострившейся чувствительности в приближении к средоточию чампийской магии, к спящему дракону? Надо будет подумать, как это проверить.
– Что здесь случилось? Тебе плохо? – Роу всё-таки успел заметить пузырёк с нюхательной солью в руке матери, прежде чем она его спрятала за спину.
Я закатила глаза:
– Роу, не поверишь, я беременна. У меня просто закружилась голова.
Взгляд мужа стал подозрительным, и я поняла, что допустила ошибку. О чём я должна была спросить в случае, если бы ничего не узнала от Лериной камеристки? Я поспешила исправиться:
– Как Алита?
– Пришла в себя. Разбаловала ты свою камеристку. Чуть что – в обморок, как благородная дама, – у него получилось сказать это всё небрежно.