Удержать мою девушку (ЛП)

— Да! Нет! — Я качаю головой, желая сейчас быть трезвой как стеклышко. — Я не уверена на сто процентов, но думаю, это был он.
— Черт! — Ария бормочет себе под нос, вытаскивая сотовый телефон из клатча. — Я собираюсь позвонить Ренато на всякий случай. Он знает, что делать.
Она берет меня за руку и ведет в угол клуба. Мы в тени, скрытые от неоновых огней, и я не могу перестать искать его.
— Ренато, это я, — говорит Ария в трубку. — Слушай, не психуй, но мы в клубе.
— Черт возьми, Ария! В каком клубе?
Я слышу, как он кричит на другом конце провода.
— Ликвид Лаунж, — отвечает она. У Ренато, должно быть, есть несколько подходящих слов для разговора с ней, потому что она отодвигает телефон от уха и закатывает глаза. — Мне не нужно твое дерьмо прямо сейчас, Ренато. Мне нужна твоя помощь.
Она тяжело сглатывает, прежде чем сказать: — Селина думает, что только что видела здесь Константина Карбоне.
Я наблюдаю, как лицо Арии превращается из просто озабоченного в чистую панику. Теперь она точно знает, что я чувствую.
— Он сказал, что нам нужно убираться отсюда. Я напишу водителю, чтобы он заехал за нами. Он всего в нескольких кварталах отсюда. Тогда мы сможем…
Она так и не успевает закончить это предложение. Раздается громкий, оглушительный грохот, и музыка внезапно обрывается.
Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп!
Я опускаю Арию на колени, укрывая ее, когда раздается стрельба. Толпу людей охватывает паника, многие с криками бросаются к выходу. Я толкаю Арию под стол, чтобы нас не затоптали до смерти, поскольку стрельба продолжает греметь по всему клубу. Вокруг нас начинают падать мертвые тела, пока место не становится похожим на что-то из фильма о войне.
— Ария! Ария!
Я слышу отчаянные крики Ренато из мобильного телефона, который сейчас лежит на полу у наших ног.
Люди плачут, вопят и пытаются спастись, и любого, кто шевелится, просто косят боевики. Я зажимаю уши руками, пытаясь заглушить ужасающие звуки, в то время как паника закипает в моей груди.
Стрельба внезапно прекращается.
Ария смотрит на меня широко раскрытым, расфокусированным взглядом.
— Нам нужно выбираться отсюда, — умоляет она дрожащим голосом. Я думаю, у нее шок.
— Не высовывайся, — быстро говорю я ей.
Мы выбираемся из-под стола, и Ария в последнюю секунду хватает свой телефон, зажав его в руке тисками. Ближайший выход находится у туалетов, и поэтому я тащу Арию за собой к ним.
— На твоем месте я бы этого не делал! — окликает меня глубокий, знакомый голос.
Мое тело застывает, как статуя, а ноги внезапно примерзают к полу. Я не могу даже заставить себя пошевелиться, поэтому кричу Арии: — Уходи! Убирайся отсюда!
Ей нужно спасти себя. Если Константин здесь, то он здесь ради меня. Ей нужно убраться от меня как можно дальше, если у нее есть хоть какая-то надежда сбежать и получить помощь.
— Я не оставлю тебя! — кричит она, слезы текут по ее хорошенькому личику, когда она тянет меня за руку.
— Убирайся, пока не стало слишком поздно! — Я шиплю на нее, отталкивая от себя. Он хочет меня. Это всегда была я. Я отказываюсь позволить ей вляпаться со мной в эту историю. Она не заслуживает быть свидетельницей тех ужасов, которые испытала я. Если мне придется пожертвовать собой, чтобы спасти ее, я это сделаю. Я всегда буду это делать.
Рыдая, она, наконец, поворачивается и выбегает за дверь в конце коридора. И меня охватывает чувство облегчения от осознания того, что она не будет втянута в этот беспорядок.
Я поворачиваюсь и смотрю на самого дьявола. Константин в своей обычной одежде — темном дорогом костюме, сшитом на заказ, который стоит больше, чем месячная аренда большинства людей. Его короткие волосы цвета соли с перцем выглядят безукоризненно уложенными, ни один волосок не выбивается из прически.
— Ты скучала по мне? — Константин спрашивает с кривой улыбкой. Он выглядит так же, как и в последний раз, когда я его видела. Все такой же красивый и нетронутый. Все еще с той же вездесущей жестокой ухмылкой, украшающей его губы. Все еще злой.
 
Крики Арии разносятся по коридору, и я в ужасе наблюдаю, как один из головорезов Константина тащит ее обратно в клуб и заставляет встать рядом со мной.
— Я пойду с тобой, — быстро говорю я Константину. — Просто отпусти ее.
Он издает глубокий, сердечный смех.
— О, ты думаешь, что теперь устанавливаешь правила, моя маленькая зверушка?
Я съеживаюсь от его прозвища для меня. Никогда не думала, что снова услышу эти слова из его уст. У меня были кошмары на эту тему, но я не думала, что мне придется переживать все это снова.
Я была в безопасности.
На самом деле я была в безопасности.
И я покинула свое убежище.
О чем, черт возьми, я думала?
Я хочу злиться на Арию, но она не заставляла меня идти с ней. Я хотела пойти. Я просто хотела быть нормальной. Неужели я просила так много?
Да, говорит мне тихий ворчливый голос в моей голове.
Посмотри, что произошло в тот момент, когда ты потеряла бдительность.
За многие годы я ни разу не теряла бдительности. Ни разу. Я никогда не могла, когда жила в постоянном страхе и отчаянии.
Константин подходит к нам. Его рука тянется, чтобы коснуться меня, но я морщусь и отстраняюсь от него.
— Кажется, мой маленький питомиц потеряла манеры, — говорит он сквозь стиснутые зубы. — Не волнуйся, я снова научу тебя хорошим манерам. Я буду выбивать из тебя гребаное неповиновение до тех пор, пока ты не перестанешь ходить.
Он отводит руку назад и ударяет кулаком мне в висок.
Половина моего лица взрывается от боли. Кряхтя, падаю на четвереньки. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз испытывала такую сильную боль.
Я ослабла за время разлуки с ним. Раньше требовалось гораздо больше, чем просто удар, чтобы заставить меня упасть.
— Оставь ее в покое! — Ария начинает кричать, и я вздрагиваю.
Подняв глаза, я наблюдаю, как Константин подходит к ней. Его кончики пальцев скользят по ее щеке и подбородку, прежде чем он обхватывает ее рукой за шею и приподнимает ее лицо, чтобы лучше рассмотреть.
— А ты, должно быть, Ария Витале. Боже мой, ты так похожа на свою мать, — говорит он с благоговением, и я вижу похоть в его глазах. — О, я собираюсь повеселиться с тобой. Все веселье, которого я был лишен с ней, благодаря твоему никчемному отцу.
Гнев закипает во мне, переполняя до такой степени, что я больше не могу его сдерживать. Все годы жестокого обращения. Все годы страха. Все привело к этому.
С криком я поднимаюсь на ноги и бросаюсь на Константина, намереваясь выцарапать ему глазные яблоки. Моим ногтям удается поцарапать ему щеку, прежде чем один из его людей внезапно оттаскивает меня назад. Мужчина сжимает мои руки в тисках, и я сопротивляюсь ему, как дикое животное, пока не выдыхаюсь и не обмякаю в его объятиях.
Константин достает белый носовой платок из кармана своего костюма и вытирает лицо, глядя на кровь, когда убирает его. Сердечный смешок вырывается из его груди, прежде чем его темные глаза останавливаются на мне.
— Побереги свои силы, маленький питомец. Тебе это понадобится для того, что я запланировал для тебя, — угрожает он. Затем он смотрит на своих людей. — Поторопись и обыщи их, а потом давай убираться отсюда к чертовой матери.
— Куда ты нас ведешь? — Кричит Ария.
Я знаю, что у нее где-то спрятан телефон. Надеюсь, Ренато все еще слушает Но сомневаюсь, что Константин так легко выдаст свое местоположение.
— Мы отправляемся на небольшую прогулку на лодке, — говорит он со злобной ухмылкой, прежде чем покинуть клуб, перешагивая по пути через трупы.
Вдалеке слышны полицейские сирены, в то время как четверо мужчин грубо обыскивают Арию и меня, срывая с нас одежду и засовывая пальцы туда, где их быть не должно.
— Не смей прикасаться ко мне! — Визжит Ария. — Не надо! Остановись!