Рубин
Обернувшись, она поняла, что черная тень ее нагоняет. Решила больше назад не смотреть.
Несколько минут – и Ордерион поравнялся с ней.
Рубин увела лошадь в сторону от дороги, продолжая нестись по зеленеющему полю в никуда.
Принц снова поравнялся с ней. Рубин опять увела лошадь вбок. Теперь она неслась в сторону леса.
– Остановись! – услышала она крик, но сдаваться даже не думала.
Это гонка не на жизнь, а на смерть.
– Остановись, я прошу тебя!
– Я хочу жить! – прокричала Рубин в ответ.
– Ты будешь жить! Я даю тебе слово, что ты будешь жить!
– Тогда отпусти меня!
– Не могу! – набатом звенел его голос. – Рубин, остановись! Давай поговорим!
– Расскажешь мне о клейме?
– Это было необходимо! – оправдывался он.
– Как же, – шикнула она себе под нос.
Край леса стремительно приближался. Рубин собиралась повести лошадь в сторону, как только окажется вблизи деревьев.
Три. Два. Резкий поворот влево. Ордерион не предугадал маневр и свернул направо. Пока сделает круг, у нее есть шанс оторваться. Всего один шанс.
Рубин приподнялась на лошади и оглянулась. Ордерион почти закончил разворот по дуге. Она повернула голову вперед и даже не успела вскрикнуть.
Толстая ветка дерева оказалась прямо перед ней. Сильнейший удар в грудь. Хруст – не то древесины, не то костей.
Рубин вылетела из седла. Руки отпустили поводья и взметнулись вверх.
Перед глазами – чистое голубое небо.
«Красиво…» – подумала Рубин.
Удар о землю. Боль. Темнота.
* * *Рубин открыла глаза. Рук и ног не почувствовала. Изо рта что-то текло. Увидела лицо Ордериона, склонившегося над ней. Его нос… Маска… Его настоящий нос намного красивее, чем этот…
Рубин закашлялась. Брызги крови попали на лицо Ордериона.
– Не-е-ет, – почему-то прошептал он, поглаживая ее по щекам. – Не-е-ет…
Кажется, он плакал…
Снова кашель. Опять кровь. Странно, Рубин даже боли больше не чувствовала.
– Не-е-ет… – повторял Ордерион.
Его губы стали целовать щеки, глаза. Пальцы с нежностью гладили лоб и виски. Приятно…
– Прости… – произнесла Рубин одними губами, понимая, что это ее последние минуты.
– Не-е-ет…
Ее взгляд застыл, уставившись в небо.
– Не-е-ет! – раздался истошный крик над самым ухом.
Все погрузилось во мрак.
Глава 9
РубинОна открыла глаза. Небо все еще было голубым. Тело немного ломило, но с этим она могла смириться. Села. Голова закружилась, и Рубин застонала.
Ордерион лежал на траве рядом и неотрывно смотрел на нее. Все его лицо было в брызгах засохшей крови. И на ее лице что-то запеклось отвратительной коркой.
Рубин начала старательно ее стирать. Отыскала взглядом лошадь. Та мирно щипала траву, стоя рядом с черным гнедым скакуном.
– Зараза! – Принцесса поморщилась, понимая, что так просто лицо от крови не ототрет.
Рубин встала и отряхнула костюм. Ордерион продолжал лежать и внимательно на нее смотреть.
– Я умерла? – наконец спросила принцесса, глядя на белогривую лошадь.
– Да, – ответил он.
– И теперь ожила?
– Да, – подтвердил он.
– Бессмертная, значит? – Она хмыкнула.
– Нет, – ответил принц.
– Ну, если ожила, то бессмертная, – пожала плечами Рубин.
– За все надо платить, – озвучил Ордерион прописную истину. – И рано или поздно мана стребует с тебя все долги.
– Я потом об этом подумаю.
Рубин подошла к своей лошади и взяла ее под уздцы.
– Я тебя не отпускаю, – произнес Ордерион, продолжая лежать на траве.
– А я в твоем разрешении не нуждаюсь. – Рубин погладила бок кобылки, но залезать на лошадь не спешила. Что-то удерживало. То ли нытье в груди, то ли гул в ушах. Лицо Ордериона, забрызганное кровью, все еще стояло перед глазами. И слезы в темно-карих глазах. Так с источником исцеления не прощаются. Как угодно, но только не целуя что есть силы и срывающимся голосом повторяя одно лишь «нет».
– Почему ты не можешь меня отпустить? – спросила Рубин у Ордериона, по-прежнему не оборачиваясь к нему.
– Потому что одна ты с этим не справишься, – прозвучал его голос над самым ухом.
Принцесса вздрогнула. Медленно повернула голову. Ордерион оказался за спиной. Встал вплотную и, судя по всему, никуда уходить не собирался.
– С чем «с этим»? – просипела она.
– С даром, который не только спасение, но и проклятье, – тихо произнес он. – С миром, в котором таких, как ты, убивают. С безрассудством, в которое ныряешь с головой. С долгом перед маной, который она потребует вернуть. Одна со всем этим ты не справишься. Даже сейчас ты явно держишь путь в Нотарию. Но что будет, когда украденные седоулы закончатся?
– Найду работу, – не капли не сомневаясь, ответила Рубин.
– Кем? – Он покачал головой. – Посудомойкой? Прачкой? Подавальщицей в трактире? Месяц такой жизни – и ты завоешь. Спросишь себя, что лучше: рискнуть и быть принцессой, надеясь сохранить секрет о даре, или вечно убегать от судьбы, работая за медяки? Поверь, соблазн вернуться к прежней жизни окажется слишком велик. И ты к ней вернешься. Потому что ни папа, ни свита не подготовили тебя к реальной жизни.
Рубин опустила глаза.
– То есть теперь ты веришь, что я – принцесса, – сделала вывод она.
– Поверь, считать тебя мошенницей было значительно проще. И я выбрал для себя более легкий путь.
– Как ты понял, куда я еду?
Ордерион взял ее за руку и погладил большим пальцем запястье. Метка на нем проявилась и тут же исчезла, снова становясь невидимой.
– Обманул… – с досадой пробурчала Рубин.
– С помощью нее я наблюдал за тобой. Я знаю, что ты расшифровала письмо королю от существа, но скрыла это от меня. А еще я знаю, почему ты так и не сдала в чистку сапоги…
Рубин судорожно вздохнула, пряча горечь поражения за плотно сжатыми губами.
– То есть ты догадался, что я собираюсь бежать.
– Признаюсь честно, я до последнего сомневался. Думал, тебе хватит ума не совершать глупости. Но увы, страх одолел твой разум.
Рубин со злостью толкнула Ордериона в плечо.
– Мог бы сразу меня остановить! – с обидой выпалила она. – Тогда бы мы не стояли сейчас здесь!
– Извини, принцесса, но я был так измотан, что проспал твой побег…
Рубин почувствовала укол вины. Она и не подумала о том, что там, на озере, Ордерион не спал всю ночь. А потом было путешествие до Гразоля, и снова он провел на ногах весь день. Да и передышку на заставе вряд ли можно было назвать отдыхом.
– У тебя лицо в крови, – произнесла она, поднимая на него глаза.
Ордерион ничего не ответил. Молча отступил назад. Пошел к своей лошади. Достал из подсумка флягу и чистую белоснежную рубаху. «Когда только купить успел?» – подумала Рубин.
Принц намочил ткань и вернулся к ней. Поднес ее к лицу принцессы и начал оттирать с него засохшую кровь. Рубин во все глаза смотрела на Ордериона, а он будто этого не замечал.
Она перехватила его руку и повернула запястьем к своему лицу. Уставилась на метку. «Смотреть – не значит видеть» – возникла мысль в голове. Внимательно изучая рисунок, она нашла спрятанные и изогнутые буквы. «Мой» – было написано на его клейме.
– Ты не шутил, когда говорил, что хочешь жениться на мне? – Она перевела взгляд с метки на его лицо.
– Нет. – Он покачал головой.
– Даже будь я простолюдинкой?
– Я и собирался жениться на простолюдинке, – напомнил Ордерион. – Кто ж знал, что ты окажешься настоящей принцессой?
– Тогда мне нужно открыть тебе еще один секрет. – Она поморщилась, думая об этом.
– Я слушаю.
– Атан не узаконил наш брак. Я проколола палец фрейлины, чтобы измазать простыню.
– Почему фрейлины, а не свой? – внезапно удивился Ордерион.
– Чтобы никто не заметил прокола на моей коже и не заподозрил подвоха.
– А Атан что, даже не понял, что жену девственности не лишил? – его голос стал похож на рык.