Каин и Авель

Уильям откинулся в своём кресле и какое-то время не мог вымолвить ни слова.
– Болезнь Ходжкина?
– Неизбежно смертельное воспаление и увеличение лимфатических узлов, – пояснил доктор довольно спокойным тоном.
Уильям недоверчиво покачал головой.
– Почему же он ничего не сказал мне?
– Вы знаете друг друга со школьной скамьи. Я считаю, что он слишком горд, чтобы грузить своей проблемой ещё кого-то. Он бы скорее умер, чем позволил кому-нибудь узнать, что с ним происходит. Последние шесть месяцев я умолял его рассказать всё отцу. Я, безусловно, нарушил профессиональную этику, выдав его тайну, но я не мог позволить вам и далее обвинять его в том, в чём он не виноват и с чем сам ничего не может сделать.
  
– Спасибо, Эндрю, – поблагодарил Уильям. – Надо же, каким глупцом и слепцом я был!
– Не вини себя, – сказал доктор Макензи. – Ты никак не смог бы узнать.
– И что, нет никакой надежды? – спросил Уильям. – Нет клиник, нет специалистов? Деньги проблемы не составят…
– Не всё можно купить за деньги, Уильям. Я консультировался с тремя лучшими врачами в этой области: двумя – в Америке и одним – в Швейцарии. К сожалению, все трое согласны с моим диагнозом, а медицинская наука ещё не нашла лекарства для лимфогранулематоза.
– Сколько ему ещё осталось? – шёпотом спросила Кэтрин.
– Максимум шесть месяцев, но, скорее всего, три.
– А я думал, проблемы у меня, – сказал Уильям, крепко держа Кэтрин за руку, как будто это она соединяла его с жизнью. – Нам надо идти, Эндрю. Спасибо, что сказал.
– Помогайте ему, как только сможете, – сказал доктор. – И ради бога, проявите понимание. Пусть он делает всё, что хочет. Это последние месяцы жизни Мэттью, а не вашей. И пусть он не знает, что это я сказал вам.
Уильям молча отвёз Кэтрин домой, узнал номер телефона девушки, с которой Мэттью ушёл с вечеринки, и позвонил ей.
– Могу я поговорить с Мэттью Лестером?
– Его здесь нет, – произнёс довольно раздражённый голос. – Он повёз меня в клуб «Ин энд Аут», но был настолько пьян, когда мы добрались, что я отказалась идти с ним туда! – Она повесила трубку.
Клуб «Ин энд Аут»… Уильям припоминал вывеску на железном шесте, но где это, точно не знал. Он посмотрел в телефонном справочнике, поехал в северную часть города и, расспросив встречных прохожих, наконец нашёл клуб. Уильям постучал в дверь. Дверное окошко приоткрылось.
– Вы член клуба?
– Нет, – сказал Уильям и протянул сквозь решётку десятидолларовую купюру.
Окошечко закрылось, а дверь открылась. Уильям вошёл внутрь; его деловой костюм тройка выглядел неуместно в этом месте. Танцующие пары извивались вокруг него, безразлично пропуская его вглубь зала. Уильям обыскал глазами накуренное помещение, но Мэттью здесь не было. Наконец ему показалось, что он узнал одну девушку, которую как-то утром видел выходящей из квартиры своего друга. Она сидела в углу скрестив ноги, а рядом с ней расположился какой-то моряк. Уильям подошёл к ней.
– Извините, мисс, – начал он.
Девушка подняла глаза, но явно не узнала Уильяма.
– Эта дама со мной, так что проваливай, – произнёс моряк.
– Вы видели Мэттью Лестера?
– Мэттью? – переспросила девушка. – Какого Мэттью?
– Я же сказал тебе: исчезни, – повторил моряк, поднимаясь на ноги.
– Ещё одно слово, и я вышибу тебе мозги, – предупредил Уильям.
Моряк уже сталкивался с подобным гневом во взгляде других людей, и это едва не стоило ему потери глаза. Подумав, он сел.
– Где Мэттью?
– Я не знаю никакого Мэттью. – Теперь и девушка была напугана.
– Около двух метров росту, блондин, одет как я и, возможно, пьян, – описал Уильям.
– А, так ты имеешь в виду Мартина. Он здесь называет себя Мартином. – Девушка начала успокаиваться. – Так, дай мне подумать, с кем он ушёл сегодня? – Она повернула голову в сторону бара и крикнула бармену:
– Терри, с кем сегодня ушёл Мартин?
Бармен вынул изо рта потухшую сигарету и ответил:
– С Дженни. – И воткнул сигарету обратно.
– Точно, с Дженни, – сказала девушка. – Но ведь у неё сеансы короткие. Никогда не позволяет мужчине оставаться с ней более получаса, так что они скоро придут.
– Спасибо, – поблагодарил Уильям.
Он просидел в баре почти час, потягивая виски, сильно разбавленное водой, и всё сильнее ощущая собственную несовместимость с этим местом. Наконец бармен, всё с той же погасшей сигаретой во рту, показал на девушку, которая вошла в дверь:
– Вот Дженни.
Мэттью с ней не было.
Бармен жестом пригласил Дженни присоединиться к ним. Стройная, невысокая, темноволосая, она казалась привлекательной. Дженни подошла ближе, покачивая бёдрами, и подмигнула Уильяму.
– Ждёшь меня, дорогой? Что ж, я свободна, но за полчаса я беру десять долларов.
– Нет, ты мне не нужна, – сказал Уильям.
– Замечательно!
– Я ищу мужчину, который был с тобой, – Мэттью, то есть Мартина.
– Мартин был слишком пьян, его и краном не поднять, но он заплатил мне десять долларов – как всегда. Настоящий джентльмен.
– Где он сейчас? – нетерпеливо спросил Уильям.
– Не знаю, у него ничего не получилось, он плюнул на всё и пошёл домой.
Уильям выскочил на улицу. Холодный воздух взбодрил его, хотя спать ему и так не хотелось. Он медленно ехал по дороге, следуя тем маршрутом, по которому должен был пойти Мэттью, и внимательно вглядываясь в лицо каждого прохожего. Когда он проезжал мимо круглосуточного кафе, то через стекло увидел силуэт Мэттью, пробиравшегося между столиками с чашкой кофе в руке. Уильям припарковался, зашёл внутрь и сел рядом с другом. Мэттью опустил голову на стол рядом с нетронутой чашкой кофе. Он был настолько пьян, что даже не узнал Уильяма.
– Мэттью, это я, – сказал Уильям, глядя на друга. Из его глаз потекли слёзы.
Мэттью поднял голову, задел чашку, и кофе пролился на стол.
– Старина, ты плачешь? Тебя что, девушка бросила?
– Нет, мой друг, – ответил Уильям.
– Вечно с ними какие-то проблемы.
– Я знаю.
– У меня есть хороший друг, – сообщил Мэттью заплетающимся языком. – Он всегда заступался за меня, пока мы не поссорились сегодня – в первый раз. Но во всём виноват я. Я его сильно подставил.
– Нет, вовсе нет, – возразил Уильям.
– А откуда ты знаешь? – спросил Мэттью сердито. – Ты недостоин того, чтобы знать его.
– Пойдём домой, Мэттью.
– Меня зовут Мартин!
– Извини, Мартин, пойдём домой.
– Нет, я хочу остаться здесь. Сейчас сюда придёт одна девица, и, по-моему, теперь я готов заняться ею.
– У меня есть отличное виски, настоящий выдержанный молт, – сообщил Уильям. – Почему бы нам не выпить вместе?
– А бабы у тебя есть?
– Да, в изобилии.
– Тогда всё нормально, я еду с тобой.
Уильям поднял Мэттью, подставил ему своё плечо и медленно повёл к выходу из кафе. Он впервые в жизни ощутил, насколько тяжёлым был Мэттью. Они прошли мимо двух полицейских, сидевших за стойкой, и Уильям услышал, как один сказал другому: «Чёртовы гомосеки».
Уильям помог Мэттью сесть в машину и отвёз его на Бикон-Хилл. Кэтрин ждала их.
– Тебе следовало отправиться спать, дорогая.
– Я не смогла заснуть, – ответила она.
– Боюсь, он совершенно невменяем.
– Это и есть та девушка, что ты обещал мне? – спросил Мэттью.
– Да, она позаботится о тебе.
Вместе с Кэтрин Уильям провёл друга в спальню для гостей и уложил в кровать. Кэтрин начала раздевать его.
– Ты тоже должна раздеться, – заявил Мэттью. – Ведь я же заплатил десять долларов.
– Как только раздену тебя, дорогой, – сказала Кэтрин непринуждённо.
– А почему ты такая печальная?
– Потому что я люблю тебя, – ответила Кэтрин, и на глаза у неё навернулись слёзы.
  
– Не плачь! Тут незачем плакать. На этот раз у меня получится, вот увидишь.
После того как Мэттью был раздет, Уильям накрыл его простынёй и одеялом, а Кэтрин погасила свет.
– Ты же обещала лечь со мной, – сказал Мэттью сонным голосом.