Будет жестко (СИ)

— Сползай вниз, Цветкова. На колени. — говорит он мне в губы, а я округляю глаза, пытаясь отстраниться, но профессор внезапно хватает меня за заднюю часть шеи, оставляя на месте.
Матерь божья. Его стальная хватка настолько внушает тревогу, что я как-то теряю все романтическое настроение, розовым облачком окутывающее меня ранее.
— Что делаешь!
— Не нервничай так, Цветкова. Я понял, что это было «нет». — его длинные пальцы скользят на мой затылок, пока он это говорит. — Просто внезапно стало интересно, насколько легко я смогу тебя нагнуть, если будешь слишком долго отнекиваться.
  
Что?!
С этими словами он с легкостью нагибает меня вниз, к своим коленям, а я в шоке смотрю на пол. На чистый ламинат. Интересно, у него робот-пылесос впахивает по дому, или он полы сам надраивает? И какого черта я об этом сейчас думаю? По-моему, мне стоит подумать над тем, не были ли его слова скрытой угрозой и шантажом.
— Какая-то ты совсем слабая. — слышу я голос этой скотины-абьюзера. Его рука все еще давит на мою голову, а потом я слышу, как он берет со стола чашку со своим кофе. Он еще и напитком наслаждается, пока я перед ним в такой позе. Чудесно. — Может, мне стоит подарить тебе абонемент в спортзал?
— Отпусти! — вырывается у меня, когда я прихожу в себя от его издевательских слов.
— Не хочу. Если честно, у меня короткое терпение. — продолжает он спокойно говорить со мной, пока я закипаю. — Поэтому, Цветкова, что будешь делать со своими слабыми мышцами, когда оно закончится?
— Боже, ненормальный! — кричу я, решив, что мне стоит сползти на пол, чтобы спастись от него. Именно это я и делаю, оказавшись, все-таки, на коленях между его ног, и только хочу уползти, как он сдвигает ноги и зажимает меня между ними. Ублюдок!
Его мышцы на ногах — просто сталь. Будто каменная статуя тебя держит. Я возмущенно вскидываю голову и наталкиваюсь на издевательскую усмешку, с которой этот черт, расслабленно поставив локоть на стол, и подперев голову кулаком, наблюдает за мной.
— Сколько тебе лет? — вырывается у меня, и он приподнимает бровь.
— Еще и память плохая. Двадцать семь, Цветкова. Ты полное недоразумение. Мне даже сложно представить, как ты выживаешь.
— А ведешь себя иногда на все пять. — выдыхаю я. Потрясающе просто, я сижу на полу у двадцатисемилетнего мужчины, который работает директором какой-то там компании, и он издевается надо мной. — Отпустишь меня или нет?
— Не знаю. — отводит он незаинтересованно взгляд. Затем снова берет кофе и пьет. — Из-за тебя я пропустил тренировку вчера и теперь пробежку с утра. Хоть немного разомнусь. Попробуй выбраться, Екатерина.
Придурок. Я смотрю на его ногу и думаю о том, что хочу ее укусить. Но что-то мне подсказывает, что я сломаю зубы об его мышцы там.
Какое-то время я вожусь, выбившись вконец из сил, а затем чудом выскальзываю и отползаю в сторону, вскочив на ноги. Затем выдыхаю. Просто класс, вот тебе и романтичные посиделки. Я теперь поостерегусь привлекать внимание этого ненормального. Я бросаю на него возмущенный взгляд, а он отвечает мне спокойным и таким, будто не мучал меня секунду назад.
— Больше я к тебе домой не приду. — сообщаю ему я.
— Цветкова, это по-твоему, проблема? Судя по всему, я могу наплевать на твое мнение, все равно ты мне ничего не сделаешь. Просто притащу, если захочется.
Я закатываю глаза, и, отвернувшись от него, иду к кофемашине, чтобы забрать свой уже давно приготовленный кофе. Оставшись на всякий случай там, в безопасности, я осторожно отпиваю из кружки. И морщусь, потому что кофеина тут явно на три Кати. Я надеюсь, что эта доза даст мне продержаться пары две-три.
Какой заботливый ненормальный, приготовил покрепче.
Кстати, насчет пар…
— Послушай. Можно я… — начинаю я, вспомнив кое о чем, но, посмотрев на этого человека, замолкаю. Боже, нет, я не буду спрашивать, могу ли я пропустить его пары. Себе дороже. Мне проще отсидеть две штуки а потом свалить домой.
Но отоспаться так хочется…
— Пропусти, Цветкова. — внезапно отвечает он, а я округляю глаза. У меня в самом деле мелькает мысль, что он читает все, что в моей голове и от этого холодок по спине.
— Откуда ты знаешь, что я хотела спросить?
— Что ты еще можешь у меня спросить с таким виноватым лицом? Выглядишь сейчас, как собака, которая натворила дел в отсутствие хозяина.
Я едва не закатываю глаза. У меня начинает зарождаться подозрение, что эмпатии и проницательности он учится на своем псе, которого я встретила сегодня ночью. Оттуда такие потрясающие сравнения с домашними животными.
— Забыл, кстати, предупредить. Тема сегодня будет сложная, Цветкова. — слышу внезапно я его голос и поднимаю на него глядя. — Вряд ли сможешь разобраться сама.
— Ты же мне объяснишь потом? — интересуюсь я, а он, приподняв брови, переводит на меня взгляд. Смотрит так, будто я предложила ему что-то очень унылое и скучное.
— Нет, не хочу. Одного раза мне хватило, спасибо.
Это ему-то ХВАТИЛО?! Я тихо вдыхаю в грудь побольше воздуха, чтобы не взорваться. Это меня дергали за хвост, это я рыдала, захлебываясь соплями от бессилия и болящей головы, это меня таскали за ошейник и унижали, а потом еще за это преподавание шесть тысяч потребовали. Блядь, посмотрите на это оскорбленное и унылое лицо!
Я допиваю махом кофе и со стуком ставлю чашку на стол.
— Я лучше схожу на пары. А пока пойду, прогуляюсь пару часов перед институтом, чтобы проснуться. — мрачно отвечаю я, проглотив рвущиеся из меня слова.
— Ну, иди. — реагирует он. — Сейчас самое время для прогулок. Особенно по парку.
— Почему? — растерянно переспрашиваю я.
Он смотрит на меня, как на полную идиотку.
— Цветкова, если я тебя еще не придушил, то это не значит, что ты бессмертная. Тот чудила из парка вряд ли поступит так же. У него явно другие интересы. Сиди лучше дома до пар.
А-а, маньяк…
— Я не собиралась идти в парк одна. Погуляю возле кафе в центре и дождусь подруг. — отвечаю я. Совсем за дуру меня держит, что ли? — Все, пока.
Я ухожу, провожаемая совершенно не сонным взглядом этого сумасшедшего. Как же я ему завидую. У него просто нечеловеческая выносливость, если он собирался еще на пробежку с утра после бессонной ночи.
Поторчав еще немного дома, я потом убиваю время, сидя на улице возле одной из кафешек и дыша свежим воздухом. Мне даже становится полегче, словно открывается второе дыхание. Таблетки от боли помогают не загнуться от спазмов в животе, и я почти нормально себя чувствую.
После я встречаюсь с Аленой и Светой и мы вместе идем в институт. В этот-то момент внезапно мир и начинает терять былую яркость и я начинаю неожиданно вырубаться.
— О, не прошло и года. — говорит Алена, когда мы доходим почти до института и останавливаемся покурить. Я тоже присоединяюсь к этому нездоровому занятию и смотрю растерянно в пространство, борясь со сном. Только голос подруги отвлекает меня от этого состояния и я поднимаю взгляд.
Она смотрит куда-то наверх. Я тоже поворачиваюсь в ту сторону и вижу, как на каком-то столбе возится очкастый мужчина, что-то прикручивая.
— Камеры новые ставят, походу. — продолжает Алена. — Поймают маньячеллу наконец. Свет, че пялишься на мужика-то? Понравился очкастик? Подходи и знакомься. Ты ж недавно болтала об айтишниках с баблом в карманах.
— Я просто смотрю. Это не айтишник. — флегматично отвечает Света, выпуская дым.
— С хрена ли он не айтишник? Камерами занимается.
— Монтажник обычный. Не так уж им много платят. Нет, мне, пожалуйста, какого-нибудь разработчика. Чтобы не я содержала мужика, а он меня.
  
— Боже, лучше найди себе бизнесмена. Эти айтишники хуже маньячел из парка.
— Ты дура? С чего бы?
— Будто я с ними не знакомилась. Они все какие-то немного на голову пришибленные. Один аниме смотрит, второй с мамой живет, третий в игры играет, а еще один вообще наборы Лего коллекционировал.
Я слушаю их треп, тупо моргая и даже не вникая в разговор. Слова текут мимо меня, словно река.