Игры для взрослых мальчиков
Корпусной блеск мощного фонарика и удивительная по объему фляжка подчеркивали скромность ножен, в которых очень убедительно покачивался большой и красивый кинжал.
Ремни сумки-сухарницы туго перетягивали ЕГО стройную талию.
В лучах утреннего солнца, которое уже достаточно сильно проникало в зал сквозь закрашенные белой краской банные окна, перед всеми стоял Бориска-великолепный.
— Здравствуйте!
Юные щеки помощника рделись гордостью и ожиданием похвалы.
Судя по общей реакции европейцев, им решительно понравился внешний вид Бориски и многие из них, если не все, моментально подумали, что сейчас будут выглядеть также милитаристски шикарно. Но это было невозможно в принципе.
… Еще в самом начале проекта, ожидая свою первую группу, Виктор Никифорович Усманцев в волнении закупил для всех участников новенький камуфляж и необходимые аксессуары к нему. Потом он жаловался по телефону Глебу, что обошлась эта затея дороговато, да и на обратном вылете тех иностранцев, которые пожелали взять с собой на память о приключении почти неношенные военные штаны и куртки, притормозила почему-то аэропортовская таможня. Напряжения были ему не нужны, доброе имя дороже, в общем, Никифорычу пришлось тогда немного покумекать над этим вопросом.
Боцман — это ведь не профессия, а призвание, и, недолго смущаясь, старый моряк договорился с флотскими тыловиками о том, что они ему уступят на взаимовыгодных условиях некоторое количество обмундирования второго, а то и третьего срока носки. Тщательно постирать и прогладить уже использованный российскими салагами камуфляж большого труда не составляло.
Боцман часто смеялся, вспоминая ситуацию, когда один солидный европеец, кажется, французский биржевик, стал пристально и брезгливо рассматривать заштопанную дыру, бесстыдно расположившуюся на самом животе его застиранной пятнистой куртки. Никифорыч тогда вскользь заметил, что эта форма поступает на их войсковые склады из горячих точек.
«Бывают следы от пуль и осколков. Иногда кровь…»
«И даже из Чечни?!» — разом изумились тогда все участники. Француз был горд. Те же, кому досталась более-менее целая, без отметин, одежда, весь поход чувствовали себя ущербными и несчастными.
Но ремни с медными бляхами и высокие ботинки боцман всегда готовил для гостей непременно новые!
Никто и никогда в переодевании не смущался. Не стали взаимно краснеть и эти.
Широкий датчанин, наполовину скинув с себя штатскую одежду, откинулся назад, на жестяную дверцу шкафчика. Он и в автобусе пил холодную воду, и здесь не мог жадно оторваться от маленькой запотевшей бутылочки.
Остальные гоготали, поминутно спрашивая о мелочах Глеба и Бориску.
В общей толпе выделялись спортивными загорелыми телами Тиади, Макгуайер и О'Салливан. Педантичный итальянец был на удивление мощно сложен. Остальные персонажи были примерно одинаковы: тоненькие ножки, дряблые пузики и светлое нижнее белье.
Первым делом немцы стали рассматривать свои именные нашивки.
Вся процедура была давно и подробно проработана, сбоев и ошибок не должно было быть, но капитан Глеб все равно внимательно наблюдал за развитием событий и, особенно, за организационными действиями Бориски.
Каждый из участников заранее, не менее чем за месяц до начала игры, должен был сообщать устроителям свои основные параметры, размеры одежды, обуви, группу крови. Обязательно указывался вес героя. Насколько было известно об этом Глебу, обмундированием занимался обычно Никифорыч, не доверяя эту часть подготовки никому, даже сыну.
«Молод он еще, важности башмаков в жизненном процессе пока не осознал…»
Комплект формы всякий раз тщательно готовился под каждого. Ко всем основным предметам имелись неожиданные и приятные для новичков приложения: нашивка с указанием группы крови и солдатский жетон на цепочке, с именем владельца, соответственно.
Внезапно в углу заржал Шон Мерфи.
Капитан Глеб обернулся.
На распяленных пальцах рук сын мясника держал темно-синие сатиновые трусы и заливался во весь голос.
— Это и есть русский военный интим! Такими секретными тряпками их солдаты привлекают к себе своих больших подруг!
Стройность аккуратно уложенных рядов униформы нарушилась. Иностранцы принялись спешно и азартно рыться каждый в своем комплекте, выискивая подобные сокровища.
Через минуту смеялись уже все.
Триумф русских военных трусов был безоговорочен.
Темный сатин победно реял над представителями Евросоюза.
В общей суматохе бременский Крейцер попытался набросить принадлежащие ему форменные трусы на голову Крейцера из Штральзунда. Тот слабо хихикал из-под просторного полотнища, требуя от товарищей незамедлительно его в таком положении сфотографировать.
Держа подозрительное изделие кончиками пальцев, О'Салливан брезгливо спроецировал их на свое тело в нужном месте. Потом бросил трусы в угол.
Под крики иностранной общественности целая стая синих и черных деталей нижней мужской одежды дружно полетела в том же направлении.
Итальянец гордо напялил камуфляжные штаны на свои гражданские голубоватые трусики.
Понаблюдав за поступком первопроходца, почти все сделали то же самое.
Дальнейшее перевоплощение продолжалось без особых происшествий. Только под самый конец, завязав наконец-то все шнурки на своих высоких кирзовых башмаках и выпрямившись, кто-то из шведов обратился к Бориске с глупым вопросом.
— А почему они не гнутся?!
Русский человек Бориска отреагировал моментально.
— Потому что они несгибаемы!
Но правильно перевести это объяснение на английский язык юноша не смог и поэтому в очередной раз смутился.
Нитки и иголки были предоставлены в изобилии каждому. О необходимости пришить подворотничок и все опознавательные знаки на форму капитан Глеб предупреждал иностранцев заранее, еще в автобусе. Пыхтя и чертыхаясь, многие достаточно быстро справились и с этой проблемой.
Глеб с пониманием отнесся к проступку Стивена Дьюара, который, подслеповато щурясь, попросил своего британского соседа Макгуайера помочь ему вдеть нитку в иголку, но уж когда улыбчивый Бадди стал настойчиво понуждать Бориску пришить подворотничок на его куртку, терпение командора закончилось.
— Отставить! Дедовщины здесь не будет! Не допущу! Каждый самостоятельно подтирает себе свои сопли!
Погрохотав в пустынной раздевалке еще немного, капитан Глеб тихо взял Бориску за руку.
— Выйдем.
Юноша с тревогой взглянул на него.
— Я делаю что-то неправильно?
— Все о'кей. Давай мы с тобой ненадолго отсюда удалимся. Так надо…
На самом деле Глеб просто решил поберечь нервы своего не закаленного еще пока в суровых жизненных ситуациях адъютанта, да и сам не особо желал присутствовать на предстоящем мероприятии.
С пожилым мичманом Козловым его познакомил день назад Ян Усманцев. Там же они с ветераном-контрактником подробно обо всем и договорились. В том числе и о стоимости его эксклюзивной услуги.
— Так, всем внимание!
Капитан Глеб Никитин вышел на середину просторной раздевалки. Подтолкнул вперед мичмана.
— Точной настройкой и подгонкой вашего обмундирования сейчас займется вот этот серьезный господин. Все его приказания выполнять быстро и беспрекословно! Кроме этого, он же постарается познакомить вас с некоторыми специальными выражениями, без употребления которых в нашей армии и пушки не стреляют, и самолеты взлетают очень медленно. Попытайтесь хоть что-то запомнить. В ближайшее время вам эти слова очень пригодятся.
Помогать герру Козлову общаться с коллективом будет наш самый опытный игрок — Тиади Грейпсювер. Многие необходимые термины он уже знает наизусть.