Подарок на Рождество (СИ)

— Тут примерно три остановки на троллейбусе до меня. Но я так хотела бы пройтись, — мечтательно произнесла она, и почти умоляюще посмотрела на парня. — Ты ведь достаточно хорошо себя чувствуешь для этого?
Миша улыбнулся, при этом так хорошо понимая ее желание и полностью его поддерживающий, как бы не чувствовал себя. Поэтому произнес:
— Я достаточно согревшийся и необремененный вещами мужчина, вполне чувствующий в себе силы хоть в этом угодить прелестной девушке, — наигранно пафосным тоном сообщил он, и они оба улыбнулись.
— Тогда отлично! — благодарно выдохнула она.
И они пошли бок о бок спокойным прогулочным шагом вдоль по улице, которая с каждой минутой казалось все белее и загадочнее от падающего снега и иллюминации.
— Извини за мое любопытство, — вдруг через некоторое время, повернувшись к ней лицом, сказал Миша, — но как так получилось, что ты снимаешь квартиру практически в самом центре? Это же должно быть очень дорого!
Кристина не знала, спрашивает он, потому что ему интересно или просто поддержать разговор, но ей нечего было скрывать.
— Квартира досталась моим друзьям от бабушки, а они по доброте душевной сдают мне ее за сущие копейки, — ответила она. — Говорят, что лучше будут сдавать другу на таких условиях, чем незнакомым людям за хорошие деньги.
— Но ведь это… — начал было удивленно Миша.
— Невыгодно? — продолжила она его мысль, посмотрев ему в лицо.
— Ну да, — согласился он, кивая, подтверждая тем самым, что она правильно поняла то, что он хотел спросить.
Кристина вздохнула.
— А хорошие дела делать вообще не очень прибыльное дело в материальном смысле, — произнесла девушка, отвернувшись от него и теперь смотря перед собой.
— Согласен, — грустным голосом подтвердил он.
— Но это очень наполняет душу, — вдруг неожиданно продолжила она и задумчиво замолчала, как бы обратив взор внутрь себя.
Миша даже остановился от ее слов, от чего она тоже удивленно остановилась. А он положил руку ей на плечо, чтобы нежно повернуть к себе так, чтобы видеть ее глаза.
— Ты совершенно необыкновенная, — прошептал он, смотря на Кристину с восторгом. Девушка, не ожидавшая такой реакции на свои слова, смущенно потупилась.
— Скорее, наивная, — пожала она плечами.
— Нет, скорее, великодушная, — возразил Миша. — Я плохо себе представляю, что смог бы пригласить вот так в дом человека, которого встретил только что и о котором совершено ничего не знаю. А ты пригласила.
— Но… — выдохнула она растерянно, пытаясь найти слова, чтобы объяснить, что не могла иначе, зная, что ему некуда идти и у него совершенно нет денег.
— В этом-то все и дело, — произнес Миша, словно поняв, что она думала. — Ты даже не сомневалась.
Кристина вздохнула.
— Конечно, сомневаюсь.
— Но сделала, — прошептал Миша.
На этом он повернулся в сторону дороги, и они продолжили свой путь. Кристина была под впечатлением от его слов, поэтому отвечала немного невпопад на его вежливые фразы.
Когда они дошли до ее дома и понялись в квартиру, то Кристина от смущения так и не решалась посмотреть на Мишу. Она лишь молча открыла дверь и пригласила его войти. Когда он вошел, то осмотрелся. Обстановка квартиры была достаточно простая, напоминающая ему о стиле советских времен. Типичная хрущевка, с невысокими потолками и совсем небольшими по площади комнатами. Самая маленькая комната была от силы метров девять, а большая около двенадцати, как прикинул Миша. Квартира заботливо была украшена огнями и мишурой, кое — где развешаны елочные игрушки, в углу большей комнаты стояла средних размеров, но богато украшенная искусственная елка, что сразу делало все уютным и предновогодне милым.
— Здорово у тебя, — произнес он искренне.
— Да? Спасибо. Я рада. Располагайся. Тут две комнаты и небольшая кухонька, — произнесла девушка, — ты можешь лечь в большой комнате на диване.
— Действительно все небольшое, но очень уютное, — улыбнулся он.
Кристина не могла избавиться от смущения. Она еще никого сюда не приводила, а теперь вдруг оказался Миша.
 
— Может, еще чаю? — порывисто предложила Кристина и быстро прошла в кухоньку метров шести, где еле-еле умещался небольшой столик и кухонный уголок, с плотно втиснутым маленьким холодильником, газовой плитой и раковиной.
— Ты прямо читаешь мои мысли! — произнес Миша, тоже испытывая непонятное смущение, последовав за ней на кухню.
Кристина налила не очень крепкий чай и добавила обоим лимон.
— Кстати, есть несколько пирожных колечко с творогом, — порывисто предложила она, словно боясь сесть рядом с ним.
— Думаю, я не буду против, — сказал парень, словно тоже пытаясь оттянуть тот момент, когда нужно будет ложиться спать, хотя ему после сэндвичей не очень хотелось есть. Просто он не хотел ее обидеть, и в тоже время ему было приятно, что она заботиться о нем.
Тем временем Кристина поставила порезанное на небольшие кусочки пирожное на стол. Затем села за стол, под которым от тесноты их коленки вынужденно соприкасались, вызывая еще большее смущение у Кристины. И вдруг вырубило свет. Совсем. И во всей квартире.
— Черт, — ругнулась Кристина. — Тут старая подстанция и частенько так бывает, — сказала она, успокаивая то ли Мишу, то ли себя.
— Свечи есть? — спросил он.
— Я же готовилась к празднику! А в Новый год и Рождество как без свечей на праздничном столе? — и она аккуратно в темноте встала и подошла кухонному рабочему столу. Затем вслепую стала шарить по ящикам в поисках свечей. К ее радости, она достаточно быстро нашла три толстые белые свечи и зажгла их спичками, которые значительно дольше искала в темноте, тихо ругаясь под нос, когда ненароком что-нибудь задевала.
— Извини, что так долго. Заряд телефона не хотела тратить, — объяснила она ему свое странное на первый взгляд поведение.
Миша поспешил ее успокоить.
— Все отлично. Я бы тоже так же сделал.
Свет свечей на столе сделал итак предпраздничную атмосферу совсем сказочной. От этого лица Кристины и Миши в их свете стали как будто завораживающими, и они частенько украдкой бросали друг на друга быстрые взгляды, пока не видел другой.
— Ты только не пугайся, — сказала она вдруг, стараясь разрядить получившуюся уж слишком интимной и неловкой обстановку, в то же время чувствуя необходимость предупредить гостя.
— У меня тут еще есть кот. Он полностью черный. Его Мрак зовут. Просто ночью, если честно, сама несколько раз чуть в обморок от страха не падала, когда вдруг в темноте два огонька светятся.
— И где этот Мрак сейчас? — спросил Миша настороженно.
Кристина пожала плечами.
— Прячется, наверное. Он, в отличии от меня, не очень доверяет незнакомцам. Я его с улицы взяла.
Миша улыбнулся.
— Постараюсь заслужить его доверие, если он, конечно, покажется, — искренне произнес он.
— Ночью, наверняка, придет на разведку, — уверенно заявила Кристина.
— Он, ведь, не царапается и не кусается? — теперь немного испуганно спросил Миша, чувствуя, что даже если не помнит, но ему как-то кажется, что он недолюбливает котов.
— Он добрый, но трусливый, — попыталась успокоить его девушка. — Сам увидишь.
— Очень надеюсь, что не увижу, — немного неожиданно пробурчал он, — или уж если только днем.
— Ты, наверно устал, — вдруг спросила его Кристина, чувствуя, что в темноте ее клонит ко сну саму, — Я тебе сейчас постелю на диване в большой комнате.
Сказал это, она вскочила и не дожидаясь его ответ, поспешно пошла застилать, прихватив свечку.
На следующее утро Кристина открыла глаза и посмотрела в окно. На улице все так же падал пушистый белый снег.
 
— Сказка! — прошептала восторженно она. Затем девушка потянулась и медленно села на кровати, потом нехотя встала, оделась в домашний новогодний комплект со смешными оленями и пошла готовить завтрак. Ей так вдруг захотелось сырников и обязательно с изюмом. Теплых, с пылу с жару, несладких, но политых на тарелке сиропом или вареньем и сметаной, напоминавших самое изысканное пирожное. Как делала ее бабушка, решив побаловать себя и гостя.