Призраки Эхо (СИ)

— Береги себя и поскорее возвращайся, — попросила Эйо, на прощание обняв Брендана и найдя его пока не скрытые фонарем экзоскелета губы.
— Только бы с магнитными ошейниками все получилось, — ответив сполна на поцелуй, смутился он, еще раз проверяя планшет.
Когда Пэгги сообщила, что коды у нее, отчаяние, в котором Брендан тогда пребывал, сменилось робкой надеждой, едва не испарившейся, когда они увидели принцессу Савитри в покоях профессора Нарайана. К счастью, удивительное самообладание и продуманная линия поведения, выстроенная отважной махарани Сансары, давали им шанс довершить дело, из-за которого она подвергла себя риску и обрекла на незавидную участь пленницы.
И теперь бюджетное голографическое устройство со стандартным накопителем превратилось в средоточие силы, точно жезл Семма-ии-Ргла или скрижаль завета, а их экипированная самым фантастическим образом разношерстная группа уподобилась искателям земли обетованной или легендарным рыцарям Грааля, которых принцесса Савитри и Маркус Левенталь, точно ангелы преисподней, вели на эсхатологическую битву с легионами тьмы.
Поэтому спина под экзоскелетом горела, подгоняя вперед. То ли там тоже пробивались крылья, то ли набухали болью будущие рубцы от огненных бичей адских демонов, лазерных плетей надсмотрщиков и ненасытных жвал медуз. Так что волей-неволей Брендану то и дело приходилось самого себя осаживать, чтобы раньше времени не истратить силы или от нетерпения не наделать глупостей.
Всю-то свою жизнь он ставил себе планку на почти недосягаемой высоте и злился, если по каким-то причинам ее не удавалось достичь. Его считали вундеркиндом и баловнем судьбы, а он все эти годы с остервенением проходческого бура вгрызался в неподатливую твердь науки, распутывал цепочки ДНК, набивал шишки в спортивном зале. Больше всего на свете он боялся не оправдать оказанного доверия и обмануть возложенные надежды. Хотя ни родители, которые из последних сил пытались дать ему образование, ни старшие товарищи, прикрывавшие его в лабиринте монстров, ни, само собой разумеется, вытащившие его оттуда «Барсы» ничего от него не требовали.
Это же стремление доказать прежде всего наставнику и его боевым товарищам, что он отнюдь не пацан и не маменькин сынок, побудило его променять горячо им любимый институт вирусологии на борт боевого корабля. Хотя Брендан отлично понимал, что в тиши лабораторий велась борьба куда более непримиримая, чем на поле брани. Чудовищные эксперименты Нарайана, результаты которых так неожиданно и своевременно использовала во время схватки с охотниками Кристин, служили этому тезису наглядным подтверждением.
Вот и сейчас его гнала вперед не только тревога за судьбу пленных товарищей и других заключенных. Он пытался доказать прежде всего самому себе, что чего-то стоит, и искупить свою вину за то, что не уберег принцессу. Тем более что новоявленные бойцы сопротивления безоговорочно признали его командиром.
Хотя Мубарек и другие горняки регулярно смотрели в лицо опасности, спускаясь в шахту, да и в стычках с мутантами показали себе молодцами, настоящего боевого опыта они не имели. А Брендан, хотя и не прошел Ванкувер и Сильфиду, но участвовал в боевых вылетах, да и во время трехмесячного противостояния со змееносцами на пустоши почти каждый день покидал медотсек, участвуя не только в перестрелках, но и в рукопашной.
Как командир он понимал, что каждый в группе сам принял решение, осознавая всю степень риска, но думал о том, как провести операцию с наименьшими потерями и не только вывести пленников, но и вернуть спутников женам и детям. Впрочем, вместе с ними шли и две молодые женщины, которым пришлось спуститься в забой после ареста мужей.
— Только бы успеть, — вздыхал один из горняков по имени Ласло.
Его брат оказался на нижнем руднике лишь из-за того, что вступился за девушку, приглянувшуюся кому-то из банды Хайнца.
Брендан боевого товарища понимал. Ведь им приходилось пробираться кружными путями через так называемый старый рудник. Проход к подъемнику оставался под контролем службы безопасности, и рудокопы, включая Ндиди и Синеглаза, никак не могли прорвать оборону.
 
— Вот гады! — ярился на охотников старый Хенк, наблюдая за схваткой по голографическому монитору. — Там же под землей, не считая заключенных, несколько сотен рабочих. Целая смена.
— Надеюсь, к вашему возвращению удастся эту погань выбить! — пообещал Йохан Даллен, который вместе с частью женщин и стариками помогал переправлять в убежище раненых.
— Иди уже! — приструнил он Брендана, заметив, что тот, верный врачебному долгу, пытается определить, кого нужно срочно класть в анализатор и оперировать, а кто может и подождать. — Сами разберемся. Пули я вынимать умею, поверхностные раны тоже зашью. Альбумин и изотонический раствор здесь есть. В крайнем случае можно и прямое переливание сделать, а я это тоже несколько раз проводил.
Брендан и сам понимал, что за время своей медицинской практики в кабинете Хайнца рыжий плут поднаторел и необходимые навыки отработал. А для восстановления выжженных плазмой органов и сосудов все равно требовалось специальное оборудование, которого и на верхних уровнях не хватало. К счастью, охотники, как и протестующие, опасаясь повредить систему коммуникаций, пока не применяли скорчеры.
Вход на старый рудник начинался в одном из технических коридоров, на стыке которых Маркус Левенталь и расположил свое убежище. Конечно, это был дом на семи ветрах, но для координатора подполья и ангела-хранителя города под куполом иного жилища и не требовалось.
— А вы уверены, что эти коридоры не заблокировала служба безопасности? — поводил перебитым горбатым носом Мубарек, узнав, что им предстоит идти тем же путем, что и спутникам конструктора.
— Они входили через поверхнофтные фтреки, — привстав с постели, пояснил Ящер, который между допросами сумел каким-то образом обменяться информацией с Гу Синем.
— А вы пойдете по центральному шурфу, — кивнул Маркус Левенталь.
— Там маршрут, конечно, не из легких, — объяснял товарищам Тонино Бьянко, который за три месяца участия в сопротивлении успел изучить все потайные ходы. — Подъемник давно не работает, и многие скобы проржавели насквозь. Лучше идти со страховкой, — добавил он, доставая из обширных, как пещера Али-Бабы, и таких же запутанных недр убежища тросы, ледорубы и карабины.
— И не забудьте оборудование для отпугивания медуз, — напомнила Кристин, которая до этого проинструктировала Брендана и его спутников, как обращаться с ловушками. — Оно, конечно, достаточно громоздкое, мы с отцом не успели разработать более мобильный вариант. Но, если им правильно воспользоваться, покрывает участок до километра.
Дочь Маркуса Левенталя в ближайшее время планировала заняться тварями пустоши сама. Убедившись, что отец и другие раненые идут на поправку и в постоянной опеке не нуждаются, она решила присоединиться к группе, которая выдвигалась в сторону города на последнем боеспособном танке.
— Постарайтесь продержаться хотя бы сутки! — умолял бойцов сопротивления Пабло Гарсиа. — Я сумею подключиться к локальным городским сетям еще с перевала Большого кольца.
Хотя его правая рука пока не вернула подвижность, он понимал, что его навыки сейчас нужнее в городе, где в любой момент все может взлететь на воздух. В качестве командиров их группы шли Лева Деев и Саав Шварценберг.
Старый рудник заложили первые вынужденные поселенцы еще в те годы, когда о строительстве города под куполом даже не шла речь, а пленники черной звезды пытались выживать в отсеках кораблей и временных модулях. Именно тогда была обнаружена магнитная аномалия, ставшая путеводным маяком, приводящим корабли к единственному обжитому уголку планеты, а также залежи молибдена, тория и других редкоземельных элементов. Сегодня первая выработка почти полностью иссякла, а следы настурана и молибдена в желтоватой толще карнотита и песчаника, как и пятна смазки и копоти от давно утилизированных механизмов, нервировали горняков своим неприятным сходством с медузами.