Наследник пепла. Книга VI (СИ)

— Вот даже как, — ответил я и усмехнулся. — Даже удивительно. Обычно в последнее время как раз меня-то всё в первую очередь и касается.
Мать развернулась к Аде. И тут я примерно уже понял, о чём будет идти разговор, и понял, зачем здесь я.
— Моя дорогая дочь, — проговорила Горислава, — через пару дней заканчиваются ваши вынужденные каникулы после происшествия на День урожая в академии. И, по сути, вроде бы тебе нужно будет выходить на учёбу.
  
— Конечно, — кивнула Ада, которая ещё не поняла, к чему всё идёт. — Экзамены же я сдала?
— Ты — большая молодец, — ответила на это мать. — Ты всем доказала, что ты — сильная магичка, достойный член рода и продолжатель наших семейных традиций, а также адепт огня.
— Ой, спасибо, мам! — улыбнулась сестра, не понимая, что последует за столь яркими похвалами.
— Мы думаем, что тебе не составит особого труда нагнать пропущенные три месяца занятий. Поэтому тут особых-то вопросов и нет, — мать по обыкновению стелила очень мягко.
В этот момент Ада глянула на меня и, кажется, тоже догадалась, что что-то не так.
— Как я подозреваю, — проговорила Ада, — если бы всё дело было только в этом, разговор не состоялся.
— Совершенно верно, — кивнула Горислава. — Не состоялся бы. Просто ситуация, на самом деле, несколько сложнее, чем кажется. Как бы не просто так императрица предложила тебе пойти в Институт благородных девиц. Да, у тебя с пробуждением магии был вариант поступить в академию, но всё действительно не так просто. Швыряться фейерболами, вставлять огненные стены, использовать мощные конструкты — это, конечно, круто.
Мама качала головой, взглянула на меня.
— Вот у Вити можешь спросить. Да и вообще, воевать на Стене, как твой отец, это достойно уважения и защищать всех тех, кто находится за Стеной в империи, это здорово. Профессия военного очень уважаемая. Но, кроме всего прочего, Ада, ты ещё и девушка.
— Ну и что? — проговорила моя сестра. — Я же могу быть боевым магом?
— Конечно, можешь, — согласилась с ней мать. — С этой точки зрения у тебя всегда есть две дороги. Вот у мужчин, — Горислава развела руками и улыбнулась, — есть только одна дорога, и выбора нет. А тебе нужно хорошо подумать не только над тем, чего ты хочешь прямо сейчас, но и над тем, как ты видишь своё будущее. И не только на ближайшие пять-десять лет, а над перспективой на пятьдесят, семьдесят, сто, сто пятьдесят, даже двести лет. Понимаешь? И эта перспектива у мужчин и у женщин разная.
— Я не совсем понимаю, — проговорила Ада, глядя на мать, — что ты имеешь в виду?
— Я тебе тогда проще скажу, — ответила ей мать. — Ты можешь пойти либо по моему пути, либо по пути отца. Если ты идёшь по пути отца, то заканчиваешь академию вместе с Витей.
Она показала на меня.
— Ты становишься военнообязанной и служишь на Стене как кадровый военный. После замужества и в случае рождения детей, ты, естественно, получаешь отпуск по уходу за детьми, но по истечении их пяти-, шестилетнего возраста, когда их передают на руки воспитателям и в соответствующие детские учреждения, ты продолжаешь служить дальше. На пенсию ты, извини, не выходишь. Точно так же с супругом или без, но ты служишь. И это твоя работа до конца твоей жизни, точнее, до момента смерти.
— Брр, — Аду передёрнуло. — Как ты невкусно всё это рассказываешь.
— Но есть второй вариант, — проговорила Горислава. — И это мой вариант. Если ты в курсе, то по силе я ненамного слабее твоего отца. И пусть сила родовичей не такая, как у тохаров или у аристократов, но я по уровню вполне смогу сравниться с твоим отцом. А рядом со своим капищем я местами могу использовать такие заклинания, которые ему вообще недоступны. Имея такую силу в запасе, скажу тебе честно: я могла бы отучиться в любой боевой академии и также вместе с отцом, вместе с Димкой стоять плечом к плечу и воевать против демонов.
Дед внимательно смотрел на нас, но в этом месте монолога матери усмехнулся. Видимо, представил себе изумлённые рыла демонов.
— Но в этом варианте мы исключаем один немаловажный аспект, и этот аспект — дети. От моего мужчины, твоего отца, которого я очень люблю. Ты сама видишь, какая у нас семья, какая атмосфера. И при всём том, если бы я служила с ним одинаково, на равных, мы бы были кадровыми военными, военнообязанными. И в случае прорыва мы должны были бы явиться на Стену оба, а дети оставались бы практически сами по себе. Да, их защищали бы слуги, преподаватели, в нашем случае тот же Аркви стал бы грудью на вашу защиту. Но ты представляешь себе такую ситуацию, когда вы здесь одни, мы отражаем атаку где-то там на Стене, а демоны вдруг прорываются в город?
После этих слов моей матери повисла тишина. Ада только переводила взгляд с меня на мать, на деда и хлопала ресницами. До неё, кажется, смогли донести очень важную мысль, которая в разрезе ближайших перспектив и столь юного возраста обычно просто не видится.
— Я даже не знаю, что сказать, — ответила Ада.
— Просто смотри, — проговорила мать. — Вот в нашей семье ещё до вашего рождения у нас с твоим отцом такой разговор состоялся. И я могла и имела возможность отучиться так же, как он, и могла быть достаточно сильной боевой магичкой. Но я выбрала тот вариант, когда я стала последним рубежом обороны нашей семьи и наших детей. Это означало, что мы распределили обязанности в нашей семье. Он воюет на Стене, я воюю дома. Если есть необходимость, то я закрою вас своей грудью.
Мать даже раскраснелась от своей пламенной речи.
— И, если ты помнишь, когда к нам прорывались демоны через ущелье в Горный из-за растаявшего ледника, мы с твоим отцом стояли плечом к плечу и защищали всех, кто остался за нашими спинами: не только тебя, а всех детей из всех семей. И по факту, если бы демоны прорвались в город, ещё неизвестно, где была бы кровавей битва: там, где мужчины давали отпор легионам, или где женщины защищали бы своих детей и свои семьи. Вот теперь подумай, чего конкретно ты хочешь. В твоём варианте это сейчас: либо идти в академию — и это путь твоего отца, — или идти в Институт благородных девиц. Это мой путь.
— Там нет военнообязанных, да? — уточнила Ада, но её немного потряхивало от одной мысли об институте.
— Военнообязанных нет, — покачала головой Горислава. — Но у вас там тоже будет магическая подготовка. Братья тебя подтянут в плане боёвок. Даже не сомневайся. Они выжмут из тебя умения по максимуму и дадут всё, что смогут дать. А с точки зрения практики они дать смогут очень много. Я думаю, что львиную долю того, что преподают в академии, ты освоишь. Но зато у тебя будет гораздо больше свободы выбора и его вариантов. То есть ты будешь подготовлена для защиты своей семьи, своих детей.
— Мам, как же так? А как тренировки все, поступление… Как же академия? — на глазах у Ады появились слёзы. — И институт этот… Витя же меня туда специально не пустил. Нам нельзя… Мы же тохары! И мы же видели, что творится в Институте благородных девиц. Ты же сама говорила, что ты меня туда не отдашь. Там же кромешный ужас.
— Я знаю, что там. Я была вместе с тобой, если ты не помнишь, — с иронией проговорила Горислава.
— Ну ты же говорила, что не отдашь меня туда. Почему ты передумала? — кажется, Ада не на шутку испугалась, решив, что её отправят на перевоспитание в институт, вместо академии.
— О-о-о, — протянула Горислава. — Самое главное-то я тебе и забыла сказать. А дело всё в том, что на ближайшие три месяца, об этом мы договорились с дедом Креславом и с императорской семьёй, я возьму руководство над Институтом и буду наводить в нём порядок.
  
У Ады от удивления расширились глаза.
— Если ты только захочешь, — продолжала мать, — ты будешь это делать вместе со мной. И по истечении трёх месяцев мы вполне сможем сделать это место не просто пригодным, а достаточно комфортным для обучения. Тебе просто нужно выбрать. Принуждать я тебя не буду. Но в случае, если ты всё-таки согласишься пойти в институт, мне будет легче ориентироваться, какие именно изменения там делать. Поняла, дочь?