Новый Вавилон

Первым делом следовало создать тревожную обстановку. Не самая сложная задача. Десять убитых пенсионеров на атолле в Тихом океане, книга моего старого заклятого друга Оссиана, таинственная надпись «питчипой» (я знал, что ее нетрудно было интерпретировать), и вот вам очевидная угроза теракта. Ну и кульминация — эвакуация стадиона «Маракана» во время финала чемпионата мира по футболу. Согласитесь, трудно придумать что-то более зрелищное.
10:59
Артем связал ноги Виктору Каппу, бросил киллеру три полотенца, чтобы тот перетянул руку, и положил окровавленный телепортер на журнальный столик в гостиной.
Клео без сил упала на стул в паре метров за спиной майора Акиниса, и он не попросил ее выйти, ведь она знала столько же, сколько и он, если не больше. Артем устроился в кресле напротив Каппа и поигрывал его ножом сантоку. В окно, выходящее на Пикадилли, он видел, как по гигантским световым табло дефилируют смуглокожие модели, рекламируя браслеты для телепортеров из массивного золота, инкрустированные бриллиантами.
Часы на Биг-Бене пробили 11:00.
— Вы знакомы с Галилео Немродом?
— Он… мой старый друг, — со странной небрежностью ответил Виктор Капп.
Артем старался держать себя в руках. Возможно, убийца лжет. Или блефует, чтобы выиграть время. Он старается не показывать, что покалеченная рука пульсирует болью, но в любой момент может потерять сознание.
— Старому другу ни в чем не откажешь, верно? — с кривой усмешкой, больше похожей на оскал, спросил Капп. — У нас был договор. Я как раз объяснял это девице и ее писаке, когда вы вмешались в наш разговор. Мне было обещано смягчение наказания. Я действовал на благо человечества, раз об этом попросил меня президент, разве нет?
«А ведь он не врет, — подумал майор. — Он при смерти, вот и облегчает душу. Потому что заказчик предал его и хотел убить?»
Президент.
Галилео Немрод.
Немыслимо.
— Работа была несложная, — продолжил Капп. — Думаю, президент выбрал именно меня, потому что я толковый электронщик и помешан на древнем транспорте. Он попросил забрать десять билетов на финальную встречу между Бразилией и Германией на частном пространстве немецких стариков. Не спрашивайте зачем… Вряд ли Галилео Немрод так уж интересуется футболом, уж точно меньше меня. — Он скривился от боли, но не застонал. — Президент уточнил, что свидетелей быть не должно, зато нужно оставить два наводящих следа: слово «питчипой» на стволе пальмы и книгу «Право крови» в ящике одного из ночных столиков.
11:04
— Не засыпайте, капитан Ким! — Немрод слегка повысил голос. — Я постараюсь не затягивать мое выступление и обойдусь без технических деталей. Надеюсь, рассказ выйдет увлекательный.
Ми-Ча казалось, что время замедлилось; даже движение маятника, речь президента, его шаги по лакированному паркету, мерный отсчет капель в капельнице, доставляющей лекарство в вену, — все будто растянулось. Это лекарство усыпляло ее. Или убивало?
— Манипулировать Лилио де Кастро оказалось нетрудно. Я выбрал его, потому что он харизматичный романтик. А также трус с заоблачным честолюбием. Эти недостатки свойственны большинству интеллектуалов, хотя они с трогательной убежденностью их отрицают. Лилио де Кастро все бы отдал за роль божественного посланника, раскрывающего землянам революционный секрет, этакий светский архангел Гавриил. В определенные моменты я сливал ему информацию, чтобы он оказался в нужном месте в нужное время — поблизости от Тетаману и на стадионе в Бразилии, — вошел в контакт с проводниками Тане Прао и накопал более или менее убедительные слухи о мифических изгоях.
Президент помолчал, потом продолжил:
— План не предусматривал Клеофею Луазель, но она не только не помешала, но даже оказалась полезной. Чтобы пустить ей пыль в глаза, де Кастро изображал избранника, который разбудит общество, блуждающее во тьме, а ваш милый майор еще энергичнее разыскивал бедняжку, очаровательную и совсем невинную.
 
Укол ревности приостановил действие снотворного. Проклятый Немрод запрограммировал все, он все предусмотрел — вплоть до ее влюбленности в Артема и ревности к этой Клеофее!
Ми-Ча молчала. Пусть мерзавец выговорится, а она будет слушать и бороться со сном.
— Второй этап оказался не сложнее первого. Достаточно было убрать Тане Прао — одним ублюдком меньше, — и де Кастро как по волшебству оказался хозяином трехсот нелегальных телепортеров и точных указаний, где искать изгоев. Я ничуть не сомневался в его желании встретиться с этими людьми, чтобы обменять свою помощь на эксклюзивный материал. Надо лишь уговорить изгоев согласиться рискнуть и надеть телепортеры, а для этого Лилио должен был выказать абсолютную искренность, иначе кто-нибудь почуял бы ловушку. Искушение должно оказаться непреодолимым, а искуситель — вполне убедительным, чтобы слабовольные пацифисты вылезли из тихого убежища.
Немрод замолчал, помешал угли в камине, и Ми-Ча не удержалась от вопроса:
— К чему весь этот цирк, если речь шла о слабовольных пацифистах? Зачем понадобилось выдавать их за террористов?
Президент подкинул в камин полено, и огонь разгорелся.
11:10
— Понимаете, капитан Ким, Карл Маркс был обычным слабаком-интеллектуалом, и тем не менее десятки миллионов невинных людей погибли во имя его идей. Адам Смит был салонным философом, но сколько преступлений творилось ради торжества капитализма? Чуть все население планеты не погибло! Вы слишком молоды, капитан Ким, но я все-таки надеюсь убедить вас. Возможно, вашим внукам повезет жить на Земле, откуда навсегда изгонят призрак национализма, а на во́йны былых времен станут смотреть как на столкновение доисторических племен, но мы пока не доросли до подобного уровня планетарной сознательности и тяги к миру. Понадобятся столетия доброй воли, в том числе вашей, когда вы узнаете все до конца.
11:15
Майор Акинис соорудил жгут из шнурков от кроссовок, в изобилии выставленных в тренажерном зале хозяина квартиры, и кровь, лившаяся из культи Виктора Каппа, почти унялась. Киллер так и сидел на диване, не отрывая глаз от своего телепортера, лежавшего лишь в паре метров. Артем был начеку.
Это было частью сценария. Сосредоточься, играй с убийцей, дай ему надежду, разговори и не слишком часто оглядывайся на женщину у себя за спиной. Клео не вмешивалась в разговор, но явно не упускала ни слова из признаний человека, только что убившего ее любовника.
А кстати, был ли Элиас Кибервиль любовником мадемуазель Луазель? Майора впечатляла сила, исходившая от хрупкой Клеофеи. Нужно собраться с мыслями и сконцентрироваться на невероятном рассказе Каппа.
За всем случившимся с самого начала стоял президент Немрод. Киллер попросил воды и с жадностью выпил.
— По второму из трех контрактов я должен был отправиться в Кашмир и убить Тане Прао, после чего вырезать на дереве рядом с особняком слово «питчипой», подложить в ящик комода экземпляр «Права крови» и не оставить ни одного свидетеля. На это понадобилось чуть больше времени. Торговец оказался недоверчивым, дом хорошо охранялся. Я несколько часов караулил его в снегу. — Капп посмотрел на Клео: — Тогда-то мы и встретились, мадемуазель. Мне жаль, что вы входили в число свидетелей. Во всяком случае, я так думал. Если это вас утешит, президент устроил мне разнос, узнав, что я сбросил вас в пропасть вместе с журналистом. Видимо, дорожил вами по какой-то причине. Но собой — только не обижайтесь — он дорожит больше.
11:20
— Мне следует поблагодарить Лилио де Кастро, он прекрасно справился. — Немрод посмотрел в окно на горы, они были лучшими стражами замка. — Добыв бесценный список трехсот подпольных телепортеров, он сразу передал его мне, и фамилии были идентифицированы с помощью «Пангайи». Как только изгои активируют их, подпишут сами себе приказ о депортации. После чего существовать будут не в полусвободном, а в тюремном режиме. Их посадят в прекрасно оборудованную, просторную, функциональную тюрьму, совсем новенькую. Обещаю, что прикажу хорошо с ними обращаться. Через четверть часа я объявлю, что празднование столетия телепортации отменяется из-за угрозы теракта. Общественное мнение подготовлено. Я добавлю, что попытка теракта провалилась благодаря совместной работе Всемирной военной организации и Бюро криминальных расследований. Вам, капитан Ким, тоже достанется доля славы. Мы возьмем изгоев с телепортерами на запястьях, уже готовых рассеяться по планете. На сей раз Конгрессу останется поддержать меня, опираясь на данные Экклесии. Мировая общественность облегченно вздохнет, пожурив депутатов за непоследовательность, за то, что оставили правонарушителей полусвободными на обширной территории, где их невозможно контролировать, вместо того чтобы отправить в более надежное место. Именно так я и поступил. Поверьте, взлет популярности станет сопутствующим бонусом, не имеющим для меня никакого значения, важно другое: мир отныне будет жить без угроз — мир, в котором свобода и безопасность впервые не противоречат друг другу. Такова суть Нового Вавилона.