Страж для мира (СИ)
В девушке из отражения узнать себя получилось с трудом. Кожа смуглая, но гораздо светлее, чем во время моего путешествия по Креиту, шрамов нет, русые волосы заплели в две толстые косы, их кончики касались талии, темно-синее платье длиной до колен обтягивало фигуру.
Я подняла руку, коснулась скулы, очертила линию подбородка.
В этой жизни я не воин и не маг. Кто же тогда?..
Помимо платья и обуви к нему, Ирвин расщедрился на ботинки, плащ, штаны и рубашку с жилетом, а также сумку для всего этого барахла.
— И зачем? — спросила я, глядя как парень укладывает покупки и вешает сумку на плечо.
Он лишь отмахнулся.
Когда мы вышли на улицу, солнце село и город поглотили сумерки. Один за одним медленно загорались магические фонари, однако людей на площади меньше не становилось.
— Извини за это, — вдруг сказал маг, — Я просто не смог удержаться. Ты напомнила мне её. Столько лет прошло…
— Кого «её»? Девушку, которую ты любил?
— Да. Она была моей сестрой. Она обожала платья и беготню по магазинам. Хотя путешествия с ней были самым счастливым временем в моей жизни, я плохо их помню, но никогда не смогу забыть её голубые глаза и улыбку.
Наверное, её уже нет. Даже если она была магом, никто не проживет так долго.
Я прикоснулась к плечу мага, тихо сказала:
— Мне очень жаль…
— Не стоит. Она прожила долгую и счастливую жизнь. Стала женой, матерью, сделала множество добрых дел для окружающих, как и мечтала… Я жалею лишь, что меня не было рядом в её последние минуты.
Погрузившись в воспоминания, Ирвин замолчал. Шаги замедлились, взгляд блуждал по лицам прохожих, словно в поисках того самого знакомого и родного лица.
Невольно настроение парня передалось и мне. Я подняла к глазам руку, на запястье которой помимо браслета, подаренного Джафом, сейчас повязана тонкая черная нить.
Алая бусина потемнела, утратила прежний блеск, однако ещё была теплой.
Элай… Где он? Всё ли с ним в порядке?
— Что это у тебя? — спросил Ирвин, повернувшись ко мне. Я повела плечами, убрала руку за спину.
— Ничего. Ты бы лучше по сторонам смотрел. Кстати, нам долго идти?
Маг покачал головой и указал на широкое двухэтажное здание из красного камня, возникшее за очередным поворотом. Из окон первого этажа лился теплый свет, чем ближе мы подходили, тем отчетливее становился звук голосов. А ещё запах — пахло жареным мясом и выпечкой.
— Говорить буду я, из нас двоих всё же я больше знаю о том, что происходило в эти годы.
Я фыркнула.
— Ты так говоришь, будто прошло лет сто, не меньше.
— Ну не сто, а только двадцать.
Сколько-сколько?!
Увидев мое лицо, Ирвин рассмеялся.
— Вижу, спорить ты не будешь. Я обязательно обо всем расскажу, но позже. А сейчас идем, не то последние места разберут!
Глава 15. Прошлое и будущее
Ирвин оказался прав. Комната нам досталась последняя, небольшая, но довольно уютная. После ужина маг собирался завалиться спать, позабыв про обещания, только я не позволила.
— А как же сказка на ночь? — вскинув бровь, спросила я.
Ирвин тяжело вздохнул, посмотрел на кровать, потом на меня.
— А может лучше спать?
— Ты обещал.
Маг снова вздохнул, смиряясь со своей участью, откинулся на спинку кровати, подмял под себя пару подушек и жестом указал мне на место рядом с собой.
— Будет тебе сказка, даже с картинками.
Это как? Не успела я спросить, Ирвин повел рукой по воздуху и над нами возникла иллюзия — Саит с высоты самой высокой башни королевского дворца. Люди, похожие на движущиеся разноцветные точки, дома, зеленый с серебром ковер деревьев в парке…
— Саит остался прежним, таким, каким ты его помнила, по счастливой случайности. Пусть фараты и помогали в войне с вампирами, Креит пострадал так сильно, что не оправился до сих пор.
Изображение столицы сменилось незнакомым мне городом. Некогда белая мостовая залита кровью, дома и деревья в огне, всюду обезображенные тела — воины Аллаина словно вихрь сметали любое сопротивление на пути, оставляя после себя лишь разрушение и смерть.
— Я помню это время, — кивнула я, — У нас с Джафом тогда было много работы.
Сколько городов и деревень уничтожили вампиры? Не думаю, что хоть кому-то известно точное число. Наверное, мы с Джафом отправили в чертоги Амриэль половину Креита.
— Фараты помогли не только в войне с Аллаином, но и в восстановлении Креита. Во многом благодаря Лориану и его таланту вести переговоры, фараты задержались, хотя у них самих проблем было немало, — продолжил говорить Ирвин, — Их правитель погиб в битве с вампирами, король Аллаина лично оторвал ему голову. Лориан и здесь вмешался, остановив борьбу дворян за власть, он управлял фаратами и людьми, позже именно на его мнение опирались фараты при выборе нового правителя.
— Чем он заслужил такое почтение?
— Лориан прошел всю войну бок о бок с фаратами. Он запомнился им как воин, не как маг, хотя именно магия позволяла ему быть с нелюдями на равных. Фараты не могли не зауважать его, видя, как он сражается на поле боя, не боясь ни ран, ни смерти.
Картинка изменилась. Я увидела Лориана в окружении фаратов и людей и ощутила как сердце сжалось. Он стоял ко мне вполоборота, одетый в простую темно-синюю форму. Густые золотые пряди разметались по плечам, лицо было бледным с кругами под глазами, с меча стекали багровые капли. Взгляд голубых глаз потускнел, в нем нет жизни, только холод.
Именно такие глаза бывали у тех воинов, которых я видела во времена войны. Когда каждый день видишь, как вокруг умирают люди, внутри что-то ломается.
Я на миг зажмурилась, сглотнула вставший в горле ком.
Лориан… Пусть война была неизбежна, мне жаль, что тебе пришлось пережить всё это.
— После войны власть рода Креасс лишь окрепла. Фрид обставил всё так, что народ поверил будто именно благодаря Лориану в войну вмешались фараты, и, хотя люди их боялись не меньше вампиров, радовались перелому в затянувшейся битве. Вампиров отбросили далеко на юг Аллаина, а потом они и вовсе пропали. Сейчас Лориан продолжает укреплять отношения с фаратами, он наладил торговлю, часто бывает с семьей в Дроуме. А, да, у него уже своя семья.
Изображение поплыло, смазалось и вместо Лориана я увидела семейный портрет.
На небольшом диване сидела женщина лет тридцати в пышном зеленом платье. Черные волосы незнакомки спускались ниже талии, черты лица весьма привлекательные, во взгляде серых глаз присущее многим дворянам высокомерие.
Рядом с женщиной две девочки, на вид им лет по пять. Обе с золотыми волосами и голубыми глазами, похожи друг на друга как две капли воды, даже платья одинаковые.
Лориан стоял над супругой, ладонь с узором лежала на плече женщины. На портрете маг не выглядел таким мрачным, губы слегка изогнуты в улыбке, однако в глубине глаз навечно застыл тот самый холод.
По обе стороны от Лориана стояли два парня. Им здесь лет по пятнадцать, каждый копия Лориана в годы его юности. Разве что у одного золотая коса до талии и зеленые глаза, у другого короткая стрижка и голубые глаза.
Чуть в стороне от парней я увидела мальчика лет десяти-двенадцати, бледного и худощавого, с голубыми глазами и вьющимися черными волосами. Взгляд у него был растерянный.
— Портрет старый, ему почти пять лет. За эти годы родилась ещё девочка. Лориан назвал её в твою честь — Лилит Алианора Креасс.
Среди дворян считается хорошим тоном давать детям вторым именем имя мертвого родственника, мол, так дух будет присматривать за ребенком и оберегать его. Сейчас, после всего, что я видела, подобное кажется бредом, но не мне переделывать традиции.
Говоря о семье… Лориан был одинок в детстве, его родители ненавидели друг друга и не проявляли никакого интереса к сыну, пока у него не проснулась магия.
Помню, Ло мечтал, что его семья не будет похожа на семью, в которой он вырос. И, похоже, ему удалось осуществить мечту.