Демон-Экзорцист (СИ)

— Я, Демьянов Александр Олегович, клянусь, что раскрытие моей тайны не повлечёт за собой ничего, кроме массовой смерти магов.
Ящерица никак не отреагировала. А если бы я соврал, то глаза бы изменили оттенок на чёрный. Либо же она засияла. Тут всё зависит от версии модели. Российские артефакторы постоянно пытаются усовершенствовать эту вещь.
Илларион Викторович убрал ящерицу обратно в шкатулку.
  
И ведь правда, если орден начнёт внедрять демонов в человеческие тела для их усиления, это приведёт только к массовым смертям… За всю историю человечества удалось договориться лишь с одним из них — и тот сидел в моей голове.
Демоны и без того вселяются в людей: и одаренных, и обычных. Они внедряются в наши ряды, чтобы уничтожить нас изнутри… Ничего хорошего эта идея не несет.
Есть ещё вариант использовать бестелесных последователей Легиона, но все они уже вселились в тела стариков дома престарелых. Они не столь сильны, как их Прародитель, и могут разве что изменить тело носителя в лучшую сторону. Но так много силы, сколько я получаю от Легиона, они своим носителям не дадут.
К тому же, если их переселять в живых, то придётся повреждать души, что тоже плохо. Отразится и на продолжительности жизни, и на ментальном здоровье. Мало какое тело может выдержать две души, как моё — обычно происходит диссонанс, и демоны выдают себя.
Теперь артефакту потребуется несколько часов на перезарядку, и меня не смогут дальше проверять с его помощью. Ящерица работала со стопроцентной точностью, но артефакт этот был крайне сложный, и ограничений хватало. Поэтому его убрали со стола.
— Вы нас убедили, Александр Олегович, — не скрывая разочарования, продолжил Илларион Викторович. — Думаю, вы сами понимаете, что орден не может оставить вас без внимания в любом случае.
— Выпишете мне штраф за уничтожение демонов без лицензии? — уточнил я.
— Нет, — уголок рта мужчины дрогнул в усмешке. — Сперва мы с Тимуром Алексеевичем хотим понять, на что вы способны.
— А на что способен экзорцист в ранге магистра?
— Даже архонт не способен так чётко ориентироваться в зоне выбросов, как это делали вы, — сказал Тимур Алексеевич. — И уж тем более не способен вернуть заложников из мира демонов.
— А вот ко второму я не имею никакого отношения, — спокойно ответил я архонту. — В выбросах видеть могу, но не стоит приплетать мне способности за гранью фантастики.
Тимур Алексеевич хмыкнул, явно пожалев о том, что уже потратил единственный вопрос ящерицы. Хотя члены ордена поступили верно — для них именно ответ на него был бы первостепенен, чем мифическое освобождение заложников. К тому же неизвестно, сколько из похищенных в живых остались…
— Опрошенные говорят, что всё произошло случайно, Тимур Алексеевич, — подтвердил мои слова глава службы безопасности ордена.
Но, видимо, сам архонт спасённым не верил.
А я пока не хотел рассказывать о том, что и правда могу это делать. Иначе до своей семьи я доберусь в самую последнюю очередь.
Многие в войне с демонами потеряли близких, которых забрали эти твари. Я не могу спасти всех. И приходится расставлять приоритеты. Сначала — моя семья, потом — все остальные. Только так, и никак иначе.
А чтобы это сделать, нужно стать сильнее. Поиск заложников мне в этом не поможет, в отличие от ордена, который только и делает, что уничтожает и изгоняет демонов, если не считать всей той бюрократии, которой мы сейчас и занимаемся.
— Илларион Викторович, если вы не собираетесь выписывать мне штраф, то к чему дальнейший разговор? — прямо спросил я, чтобы не тянуть резину.
Все сидящие в этом кабинете понимали итог, и мне хотелось скорее прийти к обсуждению именно этой темы, а не ходить вокруг да около моих способностей, которыми я и поделиться не могу, и не горю желанием перечислять.
— У вас ранг магистра, ваше благородие. Это первый зарегистрированный случай, когда магистр-экзорцист существует вне ордена. Нам бы хотелось это исправить. Но, как вы знаете, по уставу Святого ордена вы должны закончить университет для вступления в наши ряды. Мы с Тимуром Алексеевичем можем поспособствовать тому, чтобы вас восстановили в университете на пятом курсе, и вы спокойно закончите обучение.
Сколько раз я уже слышал это предложение… Почему-то каждый считал своим долгом предложить мне договориться о восстановлении, словно я сам не мог дойти до ректора. Отучиться ещё один год в университете несложно, и договориться со строгим ректором тоже реально — я бы вполне мог это сделать сам.
Но у меня нет лишнего года.
Именно поэтому я оставлял после себя небольшие следы, заставившие орден насторожиться и заинтересоваться мной. Меня не устраивал расклад провести ещё один год за партой в университете… это вторая причина, по которой я здесь сижу.
Орден может ускорить процесс, если захочет, и тогда я начну убивать демонов в огромных количествах на своей территории с их дозволения.
Это выгодно для нас обоих. Я становлюсь сильнее, а орден с моей помощью начинает уничтожать гораздо больше врагов человечества.
Правда… я бы делал это и без ордена. Но с нынешними законами Российской империи магистр без лицензии много демонов не убьёт.
— Целый год ваш орден будет без магистра, способного ориентироваться в выбросах? Не слишком ли долгий срок? — спросил я.
— Долгий, — первым ответил Тимур Алексеевич. — Я видел то, что вы сделали в Москве. И признаюсь, это меня впечатлило.
Хм, если бы архонт не хотел того же, чего и я, то он бы выбрал противоположную стратегию поведения. Значит, этим вопросом занимается не он, а Илларион Викторович.
— Ваше благородие, законы Российской империи написаны для всех без исключения, — сухо ответил глава службы безопасности ордена.
Он хорошо играл свою роль и не показывал реальных эмоций, хотя я понимал — он не отпустит меня без решения о вступлении в орден тем или иным способом.
— Это замечательно, ведь род Демьяновых всегда чтил и будет чтить законы нашей великой Империи, — спокойно ответил я. — Илларион Викторович, если вы хотите видеть меня в рядах ордена, я готов сдать выпускной экзамен хоть завтра.
На миг зрачки мужчины расширились, и он выдал своё удивление.
Выпускной экзамен — крайне сложный, состоит из теоретической и практической части, и не у всех студентов получается пройти его с первого раза. Одна пересдача даётся в этом же году, дальше — в следующие годы. Так можно до бесконечности сдавать, пока наконец не пройдёшь все этапы.
Но, как правило, на последнем курсе все студенты берутся за ум, и у девяноста процентов получается сдать экзамен.
— Александр Олегович, попрошу вас воздержаться от шуток, — хмыкнул Илларион Викторович.
— А кто сказал, что я шучу? — приподнял я бровь.
— Экзамен крайне сложный, я бы и сам его сейчас не сдал без подготовки.
— Мои знания свежи, и я готов.
На самом деле, со знаниями Легиона я был готов сдать его хоть сейчас.
— Вы слишком самоуверенны, — хмыкнул Илларион Викторович.
— Какой печатью нужно изгонять демона двадцать третьего уровня? — внезапно спросил Тимур Алексеевич.
— Зависит от вида класса демона, — ответил я.
— Габеол.
Люди дают демонам имена, но по факту — если речь не о владыках, то это виды демонов. То есть Габеол — имя и вид для всех болотных демонов.
Но случается так, что на одном уровне может быть несколько подклассов демонов, и для каждого нужна своя печать.
Как сказал сам Легион, в какой-то момент стало слишком много похожих демонов, и он начал путать, как кого зовут. Некоторым и вовсе дал вторые имена — так появились подклассы.
  
В итоге Легион решил, что если демоны выглядят одинаково, то и зваться должны одинаково. А с логикой прародителя никто в его мирах спорить не стал.
— Это сорок девятый уровень.
— Химеринтус, — продолжил архонт.
— Тысяча первый. Двадцать третьего уровня известно всего три подкласса: Габеол, Зиграсс, Киртрасс. Чтобы изгнать, нужны три разных печати.