Двое лгут: Кто-то должен умереть (ЛП)

— Со мной все будет в порядке. Пиши свой бизнес-план. Сосредоточься на нем.
Перейдя тротуар, я открыла пассажирскую дверь «Хонды» Фрэнсиса, когда Оливия перебежала на водительскую сторону. Я не стал говорить, что она не заперла офис. Все равно там нет ничего, что можно украсть.
— Ты останешься у нас, пока не сможешь вернуться в свой дом? — спросила Оливия, заводя машину.
— Нет. Я собираюсь переночевать у Бернадетт. Там уже есть комната для меня, и я смогу побеседовать с ней о некоторых вещах, связанных с экстрасенсорикой. Айзек сказал, что собрал для меня одежду и оставил в грузовике, а также все остальное, что, по его мнению, может понадобиться.
Оливия повернула к знаку «Стоп».
— Давай я поработаю в офисе несколько часов, а потом встретимся с тобой у Бернадетт во второй половине дня? Мы можем начать мозговой штурм по делу о похищении. Кстати, нам нужно придумать злодейское имя для нашего преступника. Называть его парнем, который похитил Тауни и планировал принести ее в жертву, — это слишком длинно. Я подумала называть его Хищник из Синего Сарая.
— Да, потому что это так органично впишется в разговор. — Я закатила глаза. — Почему бы просто не назвать его плохим парнем или мистером Плохим Парнем?
— Это слишком скучно, — запротестовала Оливия. — Я придумаю что-нибудь еще.
— Давай, — согласилась я, откинув голову на подголовник. — Что касается сбора позже, поживем-увидим. День был долгим.
Чтобы понять, что Оливия бросает на меня косые взгляды, мне не требовалось даже смотреть. Я это чувствовала.
— Я в порядке, Оливия. Хватит волноваться.
— Ты какая-то не такая. Не просто устала.
Я ничего не ответила, потому что не знала, что сказать. Я чувствовала себя не в своей тарелке.
Всю свою взрослую жизнь и половину детства я провела, заботясь о Фрэнсисе, и в тот момент, когда все должно было измениться к лучшему, его не стало. Удар судьбы оказался чертовски сильным.
  
Глава 6
 
Оливия высадила меня на обочине перед моим домом. На подъездной дорожке стоял мой грузовик, и, подойдя к нему, я обратила внимание на то, как тихо в районе. Если здесь и появлялись мои ненавистники, то они уже ушли. Я бросила взгляд вниз по кварталу, потом на другую сторону улицы, но никого не увидела.
На переднем колесе нашлись ключи, оставленные Айзеком. Отперев машину, я перебрала все, что он положил внутрь. Кошелек, телефон, два пакета с одеждой и мешок с обувью.
Я уже собиралась залезть в кабину, когда вспомнила о краске, которая нужна Оливии для ее офиса. Машинально посмотрела на гараж, зная, что в задней части есть полка, заставленная банками с краской. Большая часть краски пролежала не один десяток лет, но там точно найдутся несколько хороших банок, оставшихся с тех времен, когда я перекрашивала свою комнату. Я набрала Стоуну.
— Да? — в трубке послышался рассеянный голос детектива.
— Могу я зайти в свой гараж?
— Не думаю, что мы проверяли гараж, так что нет.
Я вздохнула.
— Это раздражает.
— Зачем тебе в гараж? Твой грузовик стоит на подъездной дорожке.
— Я знаю, где мой грузовик. Я стою прямо рядом с ним. Но мне нужна краска из гаража.
— Для чего?
— Для нашего нового офиса.
— Что за новый офис?
— Детектив Стоун, мы будем играть в двадцать вопросов или ты позволишь мне взять краску из гаража?
Стоун усмехнулся и сказал:
— Секунду. — Я услышала приглушенные голоса, предположив, что он держит руку над телефоном, разговаривая с кем-то. Раздался какой-то царапающий звук, после чего он сообщил: — Айзек встретит тебя там, но он будет минут через двадцать. Ну что, ты закончила жаловаться?
— Пока да. Спасибо, — ответила я перед тем, как он отключился.
Я опустила телефон в автомобильный подстаканник. Услышав звук открывающейся рядом двери, я посмотрела в пассажирское окно. Мой сосед с противоположной стороны от миссис Полсон, Ник Хурон, вышел из своего дома. Когда он оглянулся, я помахала ему рукой.
Ник пригнул голову и поспешил к своей машине.
 
Я не могла его винить. Я бы тоже не хотела жить по соседству с женщиной, которая, возможно, убила своего отца.
За год, прошедший с тех пор, как Ник переехал в этот дом, он никогда не отличался дружелюбием, но заслужил мое уважение, несколько раз спасая меня, когда я проигрывала в драке с Фрэнсисом.
Я посмотрела вниз по кварталу, размышляя. Поскольку у меня оставалось время, я решила проведать миссис Полсон, а может быть, и принять душ. Схватила пакет с одеждой и пару старых кроссовок.
Когда я, прихрамывая, направилась к тротуару, то осознала, что Фрэнсиса больше нет, и можно смело идти через двор. Странное ощущение, но я все равно это сделала: пересекла лужайку и подошла к задней двери миссис Полсон.
— Это я, — крикнула, входя на кухню.
— Я надеялась, что увижу тебя. Ты в порядке? Тебе лучше?
— Просто замечательно, если подумать. Я собираюсь остаться на несколько дней у Бернадетт, но если вам что-то понадобится, телефон при мне.
— Со мной все будет в порядке, дорогая. Ты слишком много времени проводишь, беспокоясь обо мне. — Миссис Полсон отложила игральные карты и с серьезным лицом посмотрела на меня. — Неужели полиция и правда думает, что ты убила Фрэнсиса?
— В основном. Брейдон делает все, что может, но мне все ясно. Я ожидаю худшего, так что не буду разочарована. По крайней мере, окружной прокурор предупредил полицию, что им нужно закончить сбор доказательств, прежде чем меня арестовывать.
— Ох, дорогая, это ужасно. — Миссис Полсон нахмурила брови.
Я подошла к креслу и обхватила ее за плечи.
— Я не хочу, чтобы вы из-за этого переживали. Не волнуйтесь обо мне. Все будет хорошо. А вот вам вредно нервничать. Может случиться удар.
— Просто я так боюсь за тебя. Не представляю, как они могли подумать, что ты совершила что-то настолько отвратительное. Это ужасно. Просто ужасно.
— Я знаю, но волноваться — не выход. — Я тяжело вздохнула, затем посмотрела в сторону своего дома. — Это еще не кажется реальным. Что его больше нет. Что он мертв. Теперь мне предстоят похороны. Я должна чувствовать грусть, или злость, или что-то еще… Но ничего не чувствую. Он был моим отцом. Я должна что-то чувствовать. — Я снова посмотрела на миссис Полсон. — Почему я ничего не чувствую?
Миссис Полсон положила руку на мое колено и похлопала его.
— Ты ощутишь потерю, когда твой разум и тело будут готовы ее принять. Иногда на это требуется время. Иногда она обрушивается на человека, как товарный поезд. Так было, когда умерла твоя мать. Первые три дня я чувствовала себя нормально, а в утро ее похорон расклеилась.
Я вспомнила смерть мамы, ее похороны. Помню, что чувствовала грусть, злость, растерянность, но не помню, чтобы плакала. Может быть, со мной что-то не так. Может быть, я просто сломалась.
Я встала и подняла свою сумку.
— Не возражаете, если я приму душ? Это избавит меня от поездки к Бернадетт, только для того, чтобы потом снова возвращаться в город.
— Конечно.
— Вы самая лучшая, — проговорила я и поцеловала ее в щеку, прежде чем направиться по коридору в ванную.
Водонагреватель миссис Полсон работал с перебоями, поэтому я приняла душ как можно быстрее, прежде чем переодеться в джинсы и футболку. Покопавшись в шкафу, я стащила новую зубную щетку и дважды почистила зубы, просто потому, что чувствовала себя очень грязной, не сделав этого раньше. Несмотря на то, что мне сказали не надевать обувь на травмированную ногу, я, сняв шнурки, натянула старые кроссовки.
Вернувшись на кухню с мокрыми волосами, собранными в хвост, я подошла к раковине, чтобы вымыть несколько грязных кофейных чашек.
— Я взяла зубную щетку из вашего шкафа.
— Если мне не изменяет память, то ты купила эти щетки на распродаже в начале года, — усмехнулась миссис Полсон. — И, как всегда, не позволили мне за них заплатить.