Избранница мести (ЛП)

В этот раз?
Кейт посмотрела на голубое небо, которое простиралось бесконечно.
В этот раз.
Везде болело.
Ей хотелось свернуться калачиком и умереть.
Кейт хотела убить его.
Перекатившись на бок, Кейт приподнялась. Ее сердце так сильно колотилось в груди, что ей казалось, оно вот-вот вырвется через ребра.
В этот раз.
Увидев липкие капли спермы на своих бедрах, Кейт повернула голову, и ее вырвало. Как только спазмы прошли, она прикрыла рот тыльной стороной ладони и потянулась за порванными трусиками, чтобы вытереть между ног. Она проигнорировала свой лифчик, натянула юбку и доползла до футболки, испачканной кровью Чарли.
Ее руки дрожали, когда она натягивала ее через голову.
В этот раз.
Слова засели в голове. Кейт нашла одну сандалию, но не вторую.
Кейт выбралась из оврага и увидела Джека, прислонившегося к машине, вторая сандалия и ее очки свисали с его пальца. Она огляделась, но идти было некуда. Она, прихрамывая, встала перед ним и подняла голову.
— В прошлый раз это был ты?
Он улыбнулся.
— Ты гребаный кусок дерьма! — Кейт бросилась на него, пиная и колотя, пытаясь дотянуться до его глаз, найдя в гневе больше силы, чем в ужасе.
Джек притянул ее спиной к своей груди. Он прижал ее руки по бокам, но Кейт продолжала сопротивляться, била пятками по машине сильнее, чем по нему. Он держал ее, пока она не прекратила, а затем отпустил.
Кейт была слишком измучена, чтобы сопротивляться, когда он захватил пальцами ей подбородок, сжал ей нос и закинул таблетку. Он держал ее рот открытым и влил воду.
Запертая на заднем сиденье машины, Кейт свернулась калачиком, уткнувшись лицом в угол нижней части сиденья. Она пыталась сделать свой мир безопасным и потерпела неудачу. Наблюдал ли он за ней последние четыре года? Ему так нравилось насиловать ее, что он захотел сделать это снова? Он убил человека из-за нее, держал ее руку на ноже. Кейт глубже вжалась в сиденье, пытаясь зарыться в кроличью нору, которой там не было.
Глава 6
Натан глубоко вздохнул, прежде чем позвонить в дом сестры. Элиза, на тридцать седьмой неделе беременности первым ребенком, распахнула дверь и нахмурилась.
Натан изобразил на лице улыбку.
— Ты прекрасно выглядишь.
— Ты опоздал.
— Прости. Работал, — солгал Натан. — Похоже, воскресенье — самый популярный день для прелюбодеяния.
— Поэтому я никогда не выпускаю Боба на выходные.
Натан протянул бутылку вина своему шурину.
— Она пригласила еще одну отчаявшуюся женщину, ты счастливчик, — произнес Боб.
Натан мрачно улыбнулся. Он привык к тому, что его сестра пыталась найти ему девушку. Их семейные ужины редко обходились без приглашенной подходящей подруги. Женщины считали частных детективов сексуальными и таинственными. Телевидение и фильмы придавали работе гламурный и захватывающий вид, хотя в основном она была утомительной и часто грязной.
Он приглашал пару подруг Элизы, но дальше одного свидания дело не доходило.
Чем старше были женщины, тем более отчаявшимися они казались. Два свидания, и они хотели обручальные кольца. У Натана не было проблем с обязательствами — только с доверием. Как он мог кому-то доверять, когда те, кому он доверял больше всего, подвели его? Сначала его мать, потом Элисон.
Он последовал за сестрой на кухню и поцеловал ее.
— Люблю тебя.
— Тоже тебя люблю. — Элиза взяла его руку и положила себе на живот. — Чувствуешь этот удар? Этот ребенок — футболист.
— Так тебе и надо за все тычки, которыми ты меня наградила.
— Натан, мама и папа приедут на День благодарения. Я тоже жду тебя.
— Хорошо, — ответил он.
— Слишком быстро. Я знаю, это трудно, но, пожалуйста? — Она посмотрела на него щенячьим взглядом.
Натану было три года, когда его мать ушла, а год спустя его отец, Уилл, встретил Инес Айялу и женился на ней. Затем появилась Элиза и жизнь
уже никогда не была прежней. Инес любила его, а у Элизы было сердце, и Натан всегда это знал.
— Я приготовлю твой любимый десерт, — поощряла Элиза.
Натан закатил глаза.
  
— И я позволю тебе сесть между мной и Бобом. — Они оба знали, что ей это не сойдет с рук.
Натан был подростком, когда все пошло наперекосяк. Он хотел узнать о своей биологической матери, которую считал мертвой. Его отец воспринял его настойчивые вопросы как оскорбление женщины, которая его вырастила. Натан не это имел в виду, но плохие чувства, которые это вызвали, так и не рассеялись. Когда он узнал, что ему солгали, что его мать жива и у нее еще двое сыновей, шаткий мост между ним и отцом полностью рухнул.
Но у Натана не было проблем с Элизой. Она обожала своего старшего брата, а он обожал ее. Она всегда приходила к нему за советом и лаской. Если бы не она, он бы сбежал из дома и никогда не вернулся.
Раздался звонок в дверь.
— Это, должно быть, Мари, — уточнила Элиза. — Она действительно милая, работает в компьютерной компании и только что рассталась со своим парнем. Будь милым.
Элиза вразвалку ушла и вернулась с Мари и букетом цветов.
Мысли Натана были только наполовину заняты представлениями и светской беседой. Цветы заставили его подумать о Джеке. Джек не покупал цветы. Не значит, что он не купил их, когда Натан не наблюдал, но это казалось неправильным. Он задавался вопросом, сможет ли он придумать оправдание, которому Элиза поверит и его отпустит. Скорее всего, нет.
— Натан, ты слушаешь? — спросила Элиза.
— Я всегда слушаю. Ты ударишь меня, если я этого не сделаю.
— Мари спросила о твоей работе.
Натан повернулся к ней лицом.
— Это, должно быть, так захватывающе, — произнесла Мари.
— Да.
Натан взглянул на сестру. Она знала, как сильно ему не нравилось то, что он делал.
Элиза пыталась убедить его, что грязная не работа, а просто некоторые люди, с которыми он имел дело, но для Натана все это было частью одного и того же. Она тоже беспокоилась о его личной жизни, потому что он не сказал ей, почему они с Элисон расстались.
— Ты носишь с собой пистолет? — спросила Мари.
***
За пределами Тусона Джек попал в сильный шторм. Порывистый ветер и проливной ливень не позволяли различить, где кончается небо и начинается земля. Он немного притормозил и понаблюдал за Кейт, свернувшейся калачиком позади него в одурманенном сне. Она была вся в крови и грязи. Джек похоронил Чарли в неглубокой могиле, затем умылся бутылкой воды и переоделся. Он выглядел нормально, но все еще чувствовал запах крови Чарли.
До Финикса оставалось еще пару часов. Джек налил себе выпить из кулера, схватил пакет чипсов и стал ждать, когда пройдет плохая погода.
Джек добрался до городской черты в восемь вечера и свернул с шоссе I-10. Он выбрал мотель наугад из ряда неоновых огней. Безопасное убежище. Эти свалки выглядели одинаково снаружи и были бы идентичны внутри: анонимные помещения с потертыми коврами и дешевыми покрывалами. Он подогнал «Субурбан» к самой темной стороне стоянки и заглушил двигатель. Кейт открыла глаза, когда он прижал скотч к ее рту, но не сопротивлялась, когда связал ее руки за спиной кабельной стяжкой. Самое гребаное время. Джек запер машину, подошел к офису и расплатился наличными.
В машине Кейт лежала точно так же, как он ее оставил. Джек подъехал к концу ряда номеров и как только убедился, что вокруг никого нет, разрезал галстук на запястьях Кейт и положил пару новых в карман. Затем понес ее к номеру и прижал к себе, пока отпирал дверь.
Огромная кровать, потертый ковер, прожжённый сигаретами, и настенный телевизор, закрепленный толстой цепью, — как будто кому-то нужен этот антиквариат. Интерьер — имитация коренных американцев, кровавая гравюра «Танец солнца» доминировала на стене над кроватью. В комнате было тепло от обогревателя.
Джек отнес Кейт в ванную. Без окна, без второй двери. Когда опустил ее, Кейт свернулась в клубок. Он пнул ее и захихикал. Затем привязал ее запястья галстуком к поручню на ванне. Вернувшись в главную комнату, Джек включил телевизор и увеличил громкость на случай, если Кейт решит закричать.