Избранница мести (ЛП)
Его глаза потемнели.
— Помнишь, что произошло? Помнишь, как бросила меня умирать, сука? Помнишь это?
Давление на ее шее ослабло, и Кейт набрала воздуха в легкие.
— Слышал, ты молчала, Кейт.
Она нащупала кнопку вызова. Джек поймал ее пальцы.
— Думаю, ты играешь в игру, — прошептал Джек. — Будь осторожна. Я лучше тебя, и моя игра еще далеко не закончена.
Кейт прикусила губу.
— Эй, я слышал хорошие новости. — Он провел пальцем по контуру ее лица. — Вот как мне удалось убедить медсестру и полицейского позволить мне увидеться с тобой. Похоже, у нас будет свой ребенок. — Он улыбнулся. — Это избавляет меня от необходимости брать что-нибудь из «Бургер Кинг».
Кейт издала тихий стон.
— Эй, это шутка. Ты должна рассмеяться. — Он сжал ее пальцы. — Я объяснил федералу о наших извращенных способах занятия сексом и о том, что Томми порезал тебе спину. — Лицо Джека приблизилось. — Они думают, что нам нравится боль. Они правы. Мне нравится причинять тебе боль, а тебе нравится причинять боль мне. — Он зажал ей рот рукой и укусил за шею. — Если ты не будешь любить меня, я получу удовольствие любым доступным мне способом. — Он скользнул рукой под простыню к ее животу. Кейт напряглась. — Издашь хоть какой-нибудь звук, и я найду Натана и убью его. Я слышал, как медсестра сказала, что ему делали рентген. Я могу найти его. Он в любом случае должен быть мертв, раз сунул нос туда, где ему не рады.
Кейт судорожно втянула воздух через нос.
Джек ухмыльнулся.
— Помнишь, когда я подарил тебе те цветы и сказал, что это будет самое большое приключение в твоей жизни? Я был прав? — Он убрал руку от ее рта.
Цветы, которые Джек швырнул ей в лицо. Она вытащила слова из головы, покатала их во рту, прежде чем озвучить. Повторила вопрос, который задавала раньше:
— Почему ты выбрал меня?
— Правда в том, что я этого не делал. — Он целовал ее шею, сильно посасывал ее кожу, пока она не почувствовала, как та горит. Кейт снова попыталась нажать кнопку вызова, но Джек поймал ее за запястье.
— Непослушная. Может быть, я не выбирал тебя, но теперь ты моя, до тех пор пока это не закончится.
— Я не принадлежу тебе.
— Как раз таки да. — Джек задрал халат и откинул покрывало, чтобы забраться на Кейт. — Напоминает мне о тех временах, когда я трахал твою мать в Эшленде. Нам пришлось разместиться на односпальной кровати. Было уютно.
— Джек, не надо, пожалуйста.
— Заткнись.
Джек надавил забинтованной рукой на ее горло и просунул пальцы ей в рот. Кейт попыталась высвободиться, но он был слишком сильным. Она с трудом втянула воздух в легкие и схватилась за его раненую руку. Он вздрогнул и ослабил давление на ее шее, но это его не остановит.
Джек задрал платье и силой вошел в нее. Кейт не сопротивлялась. Она обмякла и дала себе обещание. Что это последний раз, когда он прикасается к ней.
Он никогда не сделает этого снова. Она предпочтет смерть. На его лице не отражалось ничего — ни удовольствия, ни ненависти, ничего. Никто никогда не полюбил бы его. Однажды она, возможно, найдет кого-то, кто полюбит ее, но с Джеком этого никогда не случится. Никогда. Проигравший он, а не она.
Мгновение спустя Джек напрягся и застонал. Когда Кейт почувствовала его сперму, ее затошнило. Он убрал руку с ее горла, и она закрыла глаза. Нет смысла оставаться в больнице. Как только он уйдет, она сбежит. Кейт глубоко втянула в легкие воздух.
— А теперь спи, милая. Завтра для тебя важный день. Ты познакомишься с моим отцом и преподнесешь ему самый большой сюрприз в его жизни. Я, черт возьми, не могу дождаться.
В тот момент, когда дверь закрылась, Кейт распахнула глаза. Она села на кровати и потянулась к задней стенке подставки для капельниц. Возможно, ее отключение вызовет переполох среди медсестер, но она щелкнула выключателем, отклеила ленту на руке и вытащила катетер. Зажимая рукой колотую рану, Кейт, пошатываясь, побрела в ванную. Когда смывала сперму Джека со своих ног, ее вырвало.
Ее пальцы дрожали, пока она надевала свою грязную одежду. Затем положила подушку под одеяло и подсунула под нее катетер капельницы. Это одурачит только идиота. Кейт вздохнула. Когда она открыла дверь и посмотрела в конец коридора, полицейский сидел и читал книгу. Кейт следила за мужчиной, который должен наблюдать за ней, и ждала.
Возможность представилась раньше, чем она думала. Группа медсестер прошла мимо, загораживая обзор ее палаты. Кейт выскользнула и пошла в другую сторону, ее сердце бешено колотилось. Ей хотелось бежать, но она заставила себя идти медленно. Она поднялась по первой попавшейся лестнице, но на каждой наружной двери располагалась табличка с надписью «Сигнализация». Вокруг было очень мало людей. Её могут окликнуть в любой момент.
Кейт следовала указателям к скорой. Если люди приходили на лечение, значит, должен быть и выход. Она приготовилась к тому, что кто-то положит руку ей на плечо, окликнет остановиться, но никто не пришел за ней. Кейт просто вышла за дверь. И остановилась, не зная, что делать. Первое дуновение холодного воздуха нанесло тройной удар. Без пальто, некуда пойти и без денег, ее шансы на выживание равны нулю.
***
Натан не сразу понял, что возле его машины кто-то стоит, и не сразу признал кто именно
— Господи Иисусе, Кейт. Что ты здесь делаешь? — Он присел на корточки рядом с ней. — Как ты выбралась из больницы?
Ее зубы стучали. Она выглядела полузамерзшей.
— Давай я отведу тебя обратно.
Кейт отпрянула.
— Нет… Джек там. Пожалуйста, забери меня отсюда. Помоги мне.
— Разве полиция не следила за тобой?
— Джек пришел в мою палату. Он… — Ее плечи поникли. — Все в порядке. Извини.
Кейт с трудом поднялась на ноги и направилась прочь. Натан пошел за ней.
— Кейт, остановись. Ты умрешь здесь.
— Я поеду на попутке.
— К ч… садись в машину. — Он уставился прямо на нее. — Я больше никогда не позволю ему прикоснуться к тебе. Обещаю. Ты доверяешь мне?
Кейт кивнула. Именно отсутствие колебаний зацепило его.
— Садись в машину.
Натан накрыл ее своим пальто, когда она легла поперек заднего сиденья. Через несколько мгновений Кейт крепко спала. Теперь он собирался сделать кое-что глупое.
Похоже, у него это вошло в привычку.
Глава 32
Хедли включил прикроватную лампу в гостиничном номере и посмотрел на время.
Три часа ночи. О Боже.
— Надеюсь, это что-то важное, Дэниел, — прорычал он в мобильный телефон.
— Это так. Помнишь, я проверял гостей, остановившихся в мотеле «Домашний очаг» в то же время, что и Томпсоны? — Хедли сел и спустил ноги с кровати. — Да?
— Парой в соседней комнате были Берт и Марта Одюбон из Канзаса.
— Получается так, что они позвонили в ответ на план перехват о Сэмми, чтобы сказать, что видели парня на парковке их мотеля, снимающего номера со своего «Субурбана».
— Он сказал им, что купил персональный номер для своей жены, но так и не поставил новый.
Хедли провел пальцами по своим редеющим волосам. Удивительно, что у него еще что-то осталось.
— И мы ничего не предприняли?
— Человек, принявший звонок, зарегистрировал мотель в Канзас-Сити. Я увидел имя Одюбон с комнатой рядом с Томпсонами, поискал их и понял, что кто-то напортачил. Я только что разговаривал с этой парой.
Хедли поморщился.
— В такой час?
— Эй, я извинился. — Голос Дэна звучал слишком взволнованно.
— Выкладывай, — скомандывал Хедли.
— Они сказали мне, что за день до похищения, когда Томпсон поставил свой автомобиль на стоянку, его жена вывалилась из двери комнаты и упала к ногам Одюбона. На ней были наручники, и из ее головы текла кровь.
Хедли закрыл глаза и глубоко вздохнул.
— Они не сообщили об этом? Тебе не показалось это немного странным?
— Томпсон убедил их, что все в порядке. Он настаивал, что его жена страдает эпилепсией и ее нужно удерживать на случай, если она поранится. Но Марта Одюбон сказала мне, что ей показалось, что женщина прошептала слово «полиция». Ее муж убедил ее, что это слово «пожалуйста».