Избранница мести (ЛП)

Кейт с трудом сглотнула.
— Ты уверен, что это в апреле?
— Угу.
В апреле у нее родился ребенок. Кейт потянула руку к металлической манжете, пытаясь сжать запястье до половины его размера.
— Какой день в апреле, ты знаешь?
Он пожал плечами.
— Понедельник?
Кейт улыбнулась.
— Ты живешь в Лас-Вегасе?
— Да.
— Ты не был на отдыхе?
— Нет.
— Вы всегда жили там?
Он кивнул.
— Думаю, что да.
— Ты знаешь где?
— В доме.
Кейт снова улыбнулась.
— Какой твой дом?
— На заднем дворе есть качели. Они красные. Кирин слишком мала, чтобы на них кататься.
Томми говорил и говорил, а Кейт пыталась все это запомнить.
Наконец они уснули. Томми лежал, положив голову ей на ноги. Кейт снилось, что он умирает, и она не может спасти его от череды несчастных случаев, один нагромождается на другой, лавина катастроф. Ей удалось увести их от Джека, но она разбила машину, и когда они бежали, то провалились под лед, и Томми выскользнул из ее рук. Она нырнула, нашла его, и они снова побежали, чтобы упасть со скалы, а он полетел в противоположном направлении, выкрикивая ее имя.
Кейт вздрогнула и проснулась, воздух застрял в ее легких, испугавшись, что Томми ушел куда-то в дом и в опасности, но он был в безопасности у нее на коленях. Ей стало больно.
Ей хотелось кричать. Слезы текли по ее лицу. Она хотела, чтобы Джек убил ее. Потом Томми пошевелился, открыл глаза и улыбнулся ей, и она почувствовала себя ужасно даже при мысли о том, чтобы оставить его наедине с Джеком.
— Все в порядке, Томми. Все будет хорошо.
Кейт чувствовала себя еще хуже, потому что он доверял ей, и все не так хорошо. Джек мог уйти навсегда.
— Когда он вернется?
— Не знаю. Я думаю, нам лучше подготовиться, чтобы провести здесь ночь, на всякий случай. Нам нужны вещи, пока не стемнело. Фонарик для начала. Ты знаешь, где он?
— Разве мы не можем включить свет, и я могу пойти и посмотреть?
— Нет, генератор не работает. Если нам нужен свет, у нас должен быть фонарик.
— Думаю, что на стойке есть один.
— Ты сможешь достать его?
Он кивнул и поднялся на ноги. Кейт попыталась сообразить, что еще он мог бы принести.
Когда Томми вернулся, она послала его за подушкой и одеялом из его комнаты, сказав, чтобы он сбросил их с койки. После того, как затащил их внутрь, он снова выбежал. И вернулся с печеньем, пакетом картофельных чипсов, пакетом яблочного сока и банкой кофе. И с ее очками.
— Кофе для тебя.
Кейт улыбнулась.
— Спасибо, Томми. Ты хороший мальчик. Храбрый мальчик. Я хочу, чтобы ты помог мне сделать специальную кровать в ванне.
— В ванне?
— Тебе нужно остаться здесь со мной. Мы можем кинуть подушку и сложить одеяло, и ты сможешь спать посередине. Представь, что это подводная лодка, и ты отправляешься исследовать океан.
— Где ты собираешься спать?
— Я буду в порядке на полу.
— Я принесу тебе подушку.
Он вернулся через несколько мгновений, таща за собой красную подушку для сиденья.
— Я голоден, — уточнил он.
— Мы устроим пикник, а потом я расскажу тебе историю.
— У нас нет книги.
— Мне не нужна книга. Я знаю много историй.
К тому времени, как Томми заснул, Кейт почти охрипла. В доме стало холоднее, холод сквозь ее свитер пробирал до костей. Кейт положила голову на подушку, ее рука вытянута над головой наручником, прикрепленным к трубе. Может быть, Джек скоро вернется, подумала она и так же быстро поняла, что если с ним случится несчастный случай, он не сможет вернуться, и никто никогда их не найдет.
Теперь она не хотела его смерти.
***
Джек с ревом помчался прочь от дома, так чтобы Кейт поняла, что он уезжает. За ним поднялось облако грязи. Если бы не уехал, он бы убил ее. Машина подпрыгнула в выбоине, отбросив в сторону, и он, ударившись головой, выругался. Джек ногой сильнее нажал на педаль газа и вновь вспомнил то, что произошло. Его голова непрерывно пульсировала, словно Кейт продолжала бить его этим проклятым поленом. Джек провел пальцами по свежей шишке. Он все еще не мог в это поверить. После всего, что он для нее сделал, она пыталась его убить?
  
Добравшись до главной дороги, Джек сбавил скорость. Ему не нужно, чтобы полицейский останавливал его. Он ехал, пока не нашел закусочную, заказал у стойки стейк среднего размера с картошкой фри и пошел в туалет, чтобы проверить свою голову. Где эта сука набралась наглости ударить его? Он пнул мусорное ведро, и оно отлетело в сторону, смятые бумажные полотенца рассыпались по полу. Его единственным утешением было выражение ее лица, когда она увидела, что он идет к машине, и поняла, что ей не уйти. Кейт была так чертовски напугана, что удивительно, как она не обмочилась.
Джек плеснул себе в лицо холодной водой. По крайней мере, кровотечение прекратилось. Он осторожно ощупал кожу головы. Он не мог увидеть, какие повреждения она нанесла, но не чувствовал, что ему нужно накладывать швы. Он посмотрел в зеркало и изобразил на лице улыбку. Не хотел, чтобы его запомнили, во всяком случае, что он был мудаком.
Вернувшись к стойке, Джек подозвал официантку.
— Извини за это. Я отчаянно хотел попасть в туалет.
Он одарил дирижабля с сальными волосами широкой улыбкой и подмигнул, а в ответ получил уродливую беззубую ухмылку.
Джек смотрел телевизор, пока ел, его головная боль становилась все сильнее. Ему нужен «Адвил». Вероятно, и Кейт тоже. Вряд ли попал ей в лицо. Он надеялся, что нет.
Синяки можно спрятать где угодно. Джек отодвинул пустую тарелку и потянулся за кофе. Эту поездку он намеревался совершить в любом случае, и Кейт не помешало бы подумать о последствиях того, что она сделала. Мало шансов, что кто-нибудь войдет в дом до его возвращения.
Джек поехал во Фриско и сделал покупки в «Вол-Март», купив теплую одежду для всех, игрушки для Томми и краску для волос. Он проглотил «Адвил», пока ходил по магазинам, и головная боль уменьшилась. Джек расплачивался деньгами Кейт. Не хотел, чтобы его отец видел активность на его кредитной карте, поскольку предполагалось, что он ее порезал. Джек намеревался зайти в портретную студию, чтобы сделать две большие свадебные фотографии, но в «Вол-Марте» стоял автомат, которым он мог воспользоваться сам. Насколько это удобно? Джек выбрал фотографию, которая меньше всего походила на Кейт и больше всего на него, и ухмыльнулся.
Он заполнил адрес своего отца на запечатанном конверте и написал на обратной стороне фотографии: «Мы с Кейт поженились в Лас-Вегасе. Она милая и замечательная. Мы переехали в Эхо-Лейк с нашим трехлетним сыном Томми. Приезжай, чтобы провести Рождество с нами. Мы бы хотели, чтобы Томми познакомился со своим дедушкой».
Джек перечитал надпись. Ну, Кейт не такая уж милая и замечательная, но она, черт возьми, станет такой к тому времени, когда встретит его отца. Конверт отправили по почте, а другую фотографию поместили в деревянную рамку, чтобы Кейт хранила ее. Джек хихикнул.
Уложив сумки в багажник, он поехал искать дешевый мотель. Он еще не готов вернуться. Пусть Кейт волнуется. Она будет так рада его видеть, что сделает все, что он попросит. Джек вздохнул. Ну, может быть, еще нет. Он заплатил наличными за комнату и доступ к каналу для взрослых, а затем перекрасил волосы обратно в их обычный темный цвет. Джек так громко выругался, когда химикат попал ему в порез, что какой-то мудак ударил в стену.
Открыв банку пива, Джек приготовился к вечернему просмотру порнофильмов.
Глава 20
Дом Дона Томпсона и близко не выглядел таким большим, каким его помнил Натан.
Он был впечатлительным ребенком, а теперь стал озлобленным взрослым.
Бизнес Натана в Хьюстоне быстро свернулся. Ему следовало больше стараться, но его сердце не лежало к этой работе. Это не причина, по которой он приехал сюда.
Причина в другом.
Натан позвонил заранее и договорился о встрече с отцом Джека. Входная дверь открылась, когда Натан вышел из своей машины.