Чужая жизнь. Дилогия (СИ)

Рыдания, словно по мановению волшебной палочки, тут же прекратились. Она резко оторвалась от груди отца и недоверчиво уставилась в его глаза.
– Сейчас, сейчас я тебе докажу! Сейчас включу визор, и ты сама во всем убедишься! – император вскочил с места и, щелкнув по панели управления, активировал визор. – Смотри…
Только включив визор, император запоздало подумал, что возможно ему и не следовало этого делать. Кто знает, как Анна отреагирует на увиденное?! Ведь Бельский после этой катастрофы явно скатился с катушек! Другого мнения просто и быть не может! Достаточно было включить любой канал и посмотреть, что там показывают. Признаться, он и сам с содроганием смотрел кадры, на которых этот подросток одним мановением рук равнял с землей целые гектары. Зрелище, следовало признать, было особенно впечатляющим. Территория поместья, как показывали съемки с многочисленных дронов инфоагенств, казалась черно‑белым морем, на котором бушевал шторм. По земле ходили волны, в небо взлетали тонны земли и гигантские ледяные глыбы. Что на все это скажет его дочь?!
Цесаревна вдруг подошла к панели управления и отключила визор. После повернулась к отцу.
– Я должна быть рядом с Лёшей. Ему очень плохо, папа, – произнесла Анна. – Пожалуйста, помоги мне. Я прошу тебя…
Император тяжело вздохнул. Ему был прекрасно знаком этот непреклонный взгляд дочери, так похожей в этот момент на свою мать. Этот взгляд означал, что она что‑то твердо решила для себя. В такие моменты никто не мог изменить ее мнение. Как бы на нее не давили, какие бы аргументы не приводили, Анна все равно стояла на своем. Похоже, именно это случилось и сейчас.
Что было ему теперь делать? Что ответить дочери? Как реагировать? Мог ли он позволить ей отправиться к обезумевшему подростку?! С Бельским происходило совершеннейшее безумие, с которым нужно было что‑то делать.
Не дождавшись от отца ответа, цесаревна с независимым видом направилась к двери. Чуть хромавшая, с аккуратной марлевой повязкой на правой руке, девушка казалась выпавшим из гнезда птенчиком, которого нужно было защищать, а не атаковать.
– … Хорошо. Я помогу тебе увидеться с ним, – с тяжестью на душе проговорил император, когда Анна уже схватилась за дверную ручку. – И еще Анна… Ты должна знать еще кое‑что, – он догнал дочь уже в коридоре. – Теперь ты моя наследница и должна знать все об этом человеке.
Рассказ он продолжил в лимузине, которые мчался в сторону поместья боярина Вяземского. На земле императорский кортеж прикрывали броневые автомобили родовых дружинников, в воздухе их сопровождали штурмовики имперской гвардии. Император больше не хотел испытывать судьбу.
– …Наше общество уже давно расколото. Может это не так явно видно и не проявляется в заметных социальных сдвигах. Только социоаналитики уже давно трубят тревогу по этому поводу, – с тревогой в голосе рассказывал император о том, что для многих было бы настоящим откровением. – Мы расколоты и касается это не только обычных подданных, но и нашей элиты. На самом верху уже давно звучат голоса о том, что маги являются белой костью, солью земли. Последовательно и неуклонно эта идея проводится через многочисленные законы, ущемляющие права обычных людей, не имеющих способности к магии. Им всячески затрудняется доступ к поступлению в престижные учебные заведения, ужесточаются требования к получению следующих званий и назначению на новые должности, вводятся все новые и новые цензы для участия в выборах самого разного уровня. Появление такого рода законов совсем не случайность. Те, кто не имеют способностей к магии, в итоге должны оказаться на самом низу, самом социальном дне. Эти мысли уже облекаются в самые настоящие концепции и теории, которые приобретают особую популярность среди отпрысков самых знатных боярских родов. Ты понимаешь, к чему это ведет?! Наследники урожденных боярских родов – это будущие канцлеры, министры, генералы и адмиралы, промышленники. Они через несколько лет будут определять то, куда и как пойдет страна… Все это может окончиться катастрофой, войной всех против всех – маги против немагов, бедные против богатых, одни против других. Это станет нашим концом.
 
Анна слушала его затаив дыхание. Правда, она все еще не понимала, а причем тут ее Алеша. Ведь, отец явно не спроста рассказывал ей обо всем этом. Значит, была какая‑то связь.
– … Анна, Алексей Бельский, является ключом ко всему этому, – продолжил император, переходя к самому главному. – Алексей может стать тем, кто раз и навсегда прекратит этот раскол… Он, точнее его способности, могут сделать магами всех остальных… Понимаешь, что случиться в этом случае? Исчезнет сама причина раскола. К сожалению, это устраивает далеко не всех. Многие из бояр считают, что магия это божья благодать. Мол, именно так Господь отмечает избранных. Их может привести в ярость самая идея искусственного создания магов…
А вот это уже была новость, «врывающая» сам мозг. Анна, открыв рот от изумления, трясла головой. Её Алеша может сделать всех магами? Как в такое можно поверить? Это же похоже на бред! Ведь никто из живущих на планете не может такого! Всем известно, что магия возникла в результате падения метеорита и появления после этого огромного количества особых геоэнергетических зон. Причем тут ее Алеша?!
– Здесь нет никакой ошибки, Анна. Уже были проделаны сотни специальных тестов, собрано больше число экспериментальных данных. Все говорит о том, что магические способности Бельского стали следствием искусственно созданных условий, – с печальной улыбкой император смотрел на цесаревну, прекрасно понимая, в каком она смятении сейчас находилась. – Пока еще не все известно о сути этих условий. К сожалению, ученый, что непосредственно работал над этим, разбился на том самом самолете… Анна, ведь тот полет тоже не был случайным. Неужели ты не обратила внимание на то, что в салоне самолета была специальная аппаратура?
В этот момент автомобиль начал замедлять ход и вскоре совсем остановился. На коммуникаторе императора загорелся индикатор вызова – глава службы безопасности сообщал, что они достигли зоны оцепления.
– Там небезопасно, совсем небезопасно, Анна, – покачал головой император, беря дочь за руку. – С Бельским творится что‑то очень страшное. Это словно похоже на какой‑то приступ. Аналитики советуют немного подождать, когда его психика стабилизируется. Тогда с ним можно будет поговорить… Не бойся, я не дам его в обиду. Мы снова отправим его в наш исследовательский центр, где до него никто не сможет добраться. Там ты с ним и сможешь поговорить.
Куда там. Как об стенку горох. Он смотрел в ее глаза и понимал, что все его слова бесполезны. Она просто горела желанием увидеть того, кто был центром ее обожания.
– Анна, услышь меня. Теперь для тебя все изменилось. Ты наследница престола, и это совсем другой статус. Ты больше не можешь руководствоваться лишь одними эмоциями. Пришло время вспомнить о своем разуме, – устало произнес он. – Анна…
В ее глазах, по‑прежнему, была лишь непреклонность. Ее было не переубедить. С такой упрямостью Анне будет тяжело править, вдруг подумалось императору. Будет хорошо, если рядом с ней окажется человек, который сможет смягчить ее. Его мысль снова вернулась к Бельскому. Видно, сама судьба была за него.
– Пошли, – наконец, буркнул он. – Только прежде одень этот браслет. Одевай, одевай, – мужчина вытащил массивный амулет, заряженный под самую завязку. – Не помешает…
Охрану император оставил у линии оцепления, вместе с солдатами. Его сил должно было хватить, чтобы защитить и себя, и дочь. Тем более разговор мог пойти о том, чего никто не должен был слышать. Еще слишком рано…
 
Остальной путь до места они проделали вдвоем. Он шел впереди, дочь позади него.
По мере приближения к поместью магический фон давил на них все сильнее и сильнее. Повсюду были страшные следы ужасной магической битвы. По краям дороги бугрилась земля, стеной стоял огромные ледяные глыбы. Кое‑где из сплошной облачной пелены выглядывал остекленевшие горы песка.