Не влезай, убьет! (СИ)

- Куда?
- На доску попало, на белье и… - и тут ловчий вспомнил, как часть соплей попала на скелет. - Да, это я виноват - это все мое заклинание.
Гелла тут же вцепился в Дареда, выпытывая формулу, и в итоге они разобрались, что за путаница произошла с векторами в этом мире. Это все равно, как если тебе с детства твердили, что высота - это расстояние от пола, а ширина - насколько ты можешь развести руками в стороны, а приехал в гости к соседу, тот начинает уверять тебя, что все наоборот. Вот и пришлось разбираться, сравнивая определения и характеристики магических составляющих.
- А сферический наклон какой? Спиральная составляющая? Нижний предельный коэффициент?
- Это что ты сейчас спросил? Я и векторов-то таких не знаю. Все уже рассказал тебе.
- Ну как же, - удивился Гелла, - ты же мне только девятнадцать рассказал.
- Так их девятнадцать и есть, - недоумевая, чего от него хотят, пожал плечами Даред.
- Как? - изумился Гелла, снова переглянувшись с мужем. - А нас всегда учили, что их тридцать семь.
Разница в магической теории двух разных миров оказалась немного серьезнее, чем показалось сначала. Простой эксперимент подсказал, что магичить здесь Даред не сможет, пока не переучится, а то самое заживляющее плоть заклинание повторить вообще не удастся - это как иголку в стоге сена искать, потому что недостающие векторы оказались заданными случайным образом, и наутро вместо розовых соплей при попытке сканирования у него получилась черная липкая гадость, чуть ли не намертво склеившая пальцы. Но теперь хоть все разобрались в ситуации и сошлись во мнении, что то заклинание, невероятным образом подвернувшееся под руку и совершенно случайно спасшее жизнь здоровяка, связало вместе все три жизни - Дареда с Геллой, который уже был связан с семейными узами с Мираном. Оба мага в один голос уверяли, что ощущают Дареда как третьего супруга, а сам ловчий пока не разобрался, что он вообще чувствовал. Миран огрызаться на Дареда перестал, теперь как-то неуверенно улыбался ему и благодарил за то, что тот вернул мужа, а Гелла просто сказал, что Даред волен распоряжаться своей жизнью сам, если отношения его тяготят, но в этом доме, что бы ни случилось, ему всегда будут рады.
С порталами здесь тоже все грустно было, были только стационарные, правда, радовало, что в магии перемещения участвовали всего двадцать параметров, с девятнадцатью из которых ловчий был хорошо знаком. Так что первое, чем занялся Даред - засел за изучение недостающего вектора. Королевский ловчий хотел попасть домой.
========== 4 ==========
Следующие два дня Даред потратил на изучение коэффициента растягивания. В первый день он почти не вылазил из библиотеки, читая теоретическую часть, а второй - провел в саду, где стояла беседка со стационарным порталом имения Мирана. Оба… мужа (ловчего все еще перекашивало, когда ему напоминали про родство) все крутились где-то поблизости, хлопая дверями библиотеки, пока он в лоб не спросил их, в чем дело. Те напросились понаблюдать, интересно же, и Даред согласился (не убудет же его от такой малости) и перестал отвлекаться на посторонние раздражители. Хотя нет, отвлекаться все же иногда приходилось, особенно когда эти двое забывались и начинали тихо ласкаться, вроде как незаметно, а то и вовсе целоваться, позабыв обо всем. Ловчий тоже при этом что-то чувствовал - непонятное, новое, но несомненно возбуждающее. За мужьями было физически приятно наблюдать, а уж если Даред начинал нескромно фантазировать как в первую ночь, испытываемое в этот момент удовольствие оказывалось настолько сильным, что закрой он глаза, подумал бы, что все происходит в действительности.
Целовать Мирана вот так, не касаясь, было восхитительно, терзать мягкие сочные губы этой сладкой отзывчивой конфетки, припухшие от частых поцелуев, хотелось до дрожи в кончиках пальцев, еще хотелось толкнуться языком внутрь, подразнить, явно намекая на продолжение, распалить ответно того, кто одним своим нечитаемым темным взглядом из-под кокетливо припорошенных блеском ресниц воспламенял кровь. Дареду нравилось в такие моменты безнаказанно получать удовольствие от мнимых ласк с коварным искусителем, но каково же было его удивление, когда эксперимента ради он “обернулся” к здоровяку. Пришлось срочно уткнуться в книгу, чтобы спрятать расползшиеся по щекам, ушам и груди пятна румянца, и остудить тело, невероятно остро отреагировавшее на чужой напор и обжигающую страсть - надо же, а он и не догадывался о таких потаенных желаниях своего организма. Оказывается, и от чужого доминирования над собой можно враз потерять голову. Или все дело в том, что это его мужья?
  
Но Даред не стал разбираться в этом, ловчего пугала скорость, с которой его затягивало в сети к этим двоим и с которой он терял свою лелеемую холостяцкую свободу, так что к вечеру он только разозлился на себя, за ужином намеренно пропустил мимо ушей явный намек Мирана на всегда открытую для Дареда дверь в супружескую спальню, согласился с Геллой, повторившим про “волен распоряжаться своей жизнью сам”, и пошел искать себе свободную комнату для сна. Он вообще сейчас думал только о себе, зациклился на своих обидах, а посмотреть, как эта ситуация отразилась на других участниках, не удосужился. Да и как бы он заметил, спрятавшись за книгой в библиотеке, что после его “фантазии” с поцелуями “конфетка” задышала часто-часто, надрывно, уткнувшись в грудь мужа и пытаясь свести расфокусированный взгляд в одну точку, а сам Гелла как-то подобрался, облизнулся, шумно выдохнул и повернулся к Дареду, сканируя всю его позу “меня тут не стояло и я вообще не при делах”, хищно прищурив глаза.
Дареду в выбранной в боковом крыле дома комнатке поначалу просто не спалось, всякие мысли лезли в голову, а потом, когда вроде успокоился, началось другое - тело плавилось, кожа горела, член жестко стоял, а когда Даред сам попробовал себя погладить и задел ладонью сосок, тело прошило таким удовольствием, что вместе с пошлым стоном с губ сорвались не менее пошлые ругательства - ловчий снова разозлился. Он понял, что двое его… мужей (чтоб им пусто было!) сейчас кувыркались в постели, а его зацепило пресловутой связью. Не собираясь терять остатки свободы и идти на поводу у своих соблазнов, он сердито развернулся на бок, начал вспоминать магическую теорию. Желание не отпускало, внутри томно тянуло обещанием наслаждения, но Даред только хмыкнул и развернулся на другой бок… Через два часа неуютного копошения его отпустило и он смог заснуть, только перед сном со смешком подумал, что не формулы расчета векторов надо благодарить, а мужей, которые наконец угомонились.
На следующий день было полегче - началась практика. Мужья смеялись от всей души, заражая весельем и хмурого невыспавшегося Дареда, они впервые видели, как происходят испытания при перенастройке порталов, им не было надобности экспериментировать с уже известными векторами и стационарными координатами, а на Лании выпрыгивавший из зева портала камешек на веревке был обычным делом - иначе как узнать, не опасно ли по ту сторону прохода, наколдованного бестолковым учеником-первогодкой? Сначала смотрели, не застрял ли камень, как долго падал, а потом уже, когда удовлетворялись промежуточным результатом, анализировали состояние снаряда: мокрый, сухой, горячий, холодный, грязный и так далее. Грязь почему-то особенно веселила Мирана - тот представлял какого-нибудь напыщенного индюка, прибывшего на прием к императору и не удосужившегося проверить свое “непогрешимое” колдовство, и в результате вместо ковровой дорожки приземлившегося в конюшне, где как раз чистили стойла.
Смех смехом, но очередная попытка вдруг удалась. Маги притихли, когда Даред, проведя испытания по всем правилам, сказал, что готов попробовать шагнуть - координаты своего мира он всегда мог оттарабанить без запинки, хоть подними его среди ночи после пьяной гулянки и с хмельной головой, а недостающий вектор он только что подобрал. Портал он настроил разово, чтобы прежние настройки после перехода восстановились, иначе как им будут пользоваться хозяева?