Властное принуждение – невинная сопротивляется. Я боюсь своих желаний

Эти красивые зверевшие мужланы откровенно издевались надо мной и мне придется принять и терпеть это.
Я вяло открыла рот и подчеркнуто брезгливо коснулась губами дрожащей от напряжения, багровой головки. Я была хорошей актрисой, потому что они все еще верили в мою игру…
– Так то лучше, маленькая сучка! Это пойдëт тебе на пользу, станешь более покладистой, научишься ртом работать! – он засмеялся выпуская облако сладкого дыма мне в лицо, – давай старайся и не вздумай меня укусить.
   
Стоны наслаждения
 
Со слезами на глазах я начала это сочное дело. На счëт минета я ничего плохого не думала, тысячу раз отсаживала своему парню (а парней у меня было за последние три года работы официанткой штук тридцать). Люблю отсаживать смачно со звуком. Чавкая и давясь. Но это все не то, потому что я всегда мечтала о кавказцах. Они настоящие красавчики. Настоящие мужики и я думала, что мой шанс никогда не наступит.
Сейчас же мне предстояло отзозать пятерым бородатым мужикам, да ещё так, чтобы им понравилось. Жалости я не дождусь…
Я была так рада устраиваясь на эту работу, хостес в кальянной, довольно неплохо для студентки, у которой постоянно нету денег.
Меня сразу же приняли, сотрудница нужна была срочно и не одна. Пока у меня не было сменщицы, я работала одна, изредка меня подменял хозяин, чтобы я совсем не падала с ног.
Работа с самыми разными людьми была интересной, но не самой лëгкой. Услужить каждому клиенту было тяжело, а ещё тяжелее было улыбаться весь рабочий день. Но я не жаловалась, мне нужны были деньги. Хозяин кальянной, Аркадий был мужиком простым и справедливым, я не была обделена и всегда получала то, что заработала.
Время шло, а сменщица так и не появлялась, где-то меня это даже устраивало
В силу своей молодости, я редко чувствовала усталость и пока с радостью работала.
Всë изменилось, когда постоянными посетителями стали группа кавказцев, всего их было кажется 10, может 12. Они не всегда приходили целой толпой, но каждый вечер приходили 5-7 человек.
Я не расистка, даже не обращала на них особого внимания. Больше клиентов – больше выручка. Хотя правильно сказать наверно я даже обратная расистка. Мне больше нравятся парни НЕ моей национальности. Это плохо?
Но они начали цепляться ко мне с сальными шуточками и приглашениями к сексу. Было неприятно, но я улыбалась и дальше, грубить клиентам, я не имела права.
Приходя домой я понимала, что это моя маска: недовольное ебало, вид оскорбленной аристократки, когда они снова и снова начинают свою живодерствую игру… Но… правда была в том, что это дико заводило меня. Я думала об этом, когда обслуживала в постели своего парня.
Я представляла бородатого парня с акцентом, который ни в хуй меня не ставит. Вот, что мне нравилось представлять когда большая жирная елда гуляла у меня за щекой. Я фантазировала о том, что сейчас сади мне засадит какой-нибудь сын гор. А я начну подвиливать, потому что мне так прикажут.
Я испорченная наверно очень, но пофантазировать то можно?
Так продолжалось раз за разом, громкие пошлости, намëки на секс. У меня уже складывалось впечатление, что они ежедневно приходят только из-за меня, миловидной блондинки с третьим размером груди и талией не больше пивной кружки, которая была «вынуждена» терпеть эти приставания.
Я провоцировала их, а потом делала вид, что мне это не нравится.
Эт властные мужчины вели себя гораздо развязнее и свободнее остальных. Громче говорили, садились на спинки диванов, заказывали много и оставляли избыточно щедрые чаевые. Но они часто сидели до самого закрытия, из-за этого я нервничала, кальянную убирала и закрывала я, а задерживаться ещё на лишний час из-за грубых пошляков мне как-то не улыбалось.
Я даже попробовала пожаловаться Аркадию, но в этот раз он лишь отмахнулся от меня.
– Ну нравишься ты мужикам, радовалась бы! А то что пошлят, да и чëрт с ними, не обращай внимания, вот и всë.
– Аркадий Степанович, они и ущипнуть пытаются и под юбкой снимают на телефоны, когда я со стола убираю и по попе бывает шлëпнут, думаете приятно? – я пыталась разжалобить начальника.
– Ничего, потерпишь! Прикрикнул Аркаша, – знаешь сколько они каждый вечер денег нам приносят? – протянул он зелененькую тысячу мне в декольте,– Я вот знаю и очень рад, что у нас появились новые клиенты с толстыми кошельками. Так что иди работай, встречай гостей!
Не дождавшись поддержки, с печальным лицом я вышла из кабинета начальника, настроение было испорчено. Такова учесть хостес – строить из себя куколку, об которую разве что куканами не трутся.
Приходилось и дальше терпеть. Так совпало, что в один из дней Аркадий задержался допоздна, занимался документами. Компания кавказцев сильно шумела, привлекая общее внимания, хотя посетителей кроме них было не много. Культурные люди расходились примерно за минут сорок до закрытия, но только не они.
Вежливая просьба бармена вести себя потише, не принесла успеха. Он переглянулся со мной и растеряно пожал плечами. Охраны у нас не было, Аркаша считал это лишними тратами. Кальянная в хорошем районе, публика приличная, поэтому боятся некого, прижимистым мужиком в этом плане он оказался.
Хотя из-за таких вот дебоширов охрана и нужна. В драку ни бармен Денис, ни кальянщик Никита – оба молодые и довольно субтильные товарищи, точно бы не рискнули полезть. Я их не винила, что сделают двое хиленьких парней пятерым, с горячей кровью кавказцами? Только испортят свои симпатичные мордашки. Так что в ответ Денису я только нервно дëрнула уголком губ и махнула рукой. Аркаше очень нравились эти бородатые здоровяки (да и мне тоже. Но только дома. На работе я продолжала делать вид, что они меня бесят и что они дураки), они и правда делали хорошие заказы, порой оставляли большие чаевые, которые мы все делили между собой, парни меня не обижали, у нас были хорошие приятельские отношения.
Но они меня никогда не ждали всегда уходили раньше меня, правда и приходили раньше.
– Стася, давай закругляйся, – уже одетый Аркадий недовольно поморщился и глянул в сторону шумевших гостей, – и друзей-товарищей своих выпроваживай, Никита с Денисом сейчас уйдут, что этим мужикам тут делать? Только не забывай, вежливо и с улыбочкой, обязательно!
Легко сказать – выпроваживай, сам то Аркадий не стал ничего делать, а я то тем более, что могу? Я кивнула Аркадию.
Денис с Никитой уже собирались, парни собрали выручку и теперь спешили домой. В будни мы работали до 23:00, но дома я была далеко за полночь. Хотя раньше возвращалась намного раньше. Было неприятно задерживаться из-за того, что некоторые люди не уважали чужое время и вели себя по хамски.
Смелости набраться, чтобы выпроводить гостей у меня не хватало и сил и я изо всех сил намывала стаканы, только чтобы создать образ кипучей деятельности.
Его болт был волосатый огромный и с трудом помещался у меня во рту. Я задыхалась и давилась, но здоровяка это мало его интересовало.
  
Запах сводил меня с ума. Я мычала и давилась, но продолжала плакать, чтобы не спалить, что мне то нравится.
Он продолжал курить кальян и выпивать, остальные всë так же оживлённо общались. Это был какой-то невообразимый кошмар!
Он пончил, спустив верму мне в рот. Не выдержав, я выплюнула солëную горячую жидкость.
– Дрянная шлюха! Может заставить тебя это всë слизать?